у тех, кто решил продать: десять деревьев в одной роще, еще двадцать в другой и так далее. Или ждать случая, когда кто-то захочет продать свою рощу целиком. Чаще всего это делали наследники, которые не хотели здесь жить, а собирались перебраться в Париж или другой большой город. Но такие крупные продажи случались довольно редко. Здесь же к дому за небольшую плату уже прилагался огромный сад олив. Но оценить такую удачу мог только тот, кто немного разбирается в местном рынке недвижимости.
Второй дом был менее удачным. За ту же цену они получали меньше квадратных метров, узкий и высокий дом, построенный в три этажа, и совсем небольшой кусочек земли. Но здесь открывался чарующий вид на море и была большая терраса, что тоже очень высоко ценится.
Едва ли не первый раз в жизни Ирэн была почти не заинтересована в продаже. Она опять думала о том, что Катрин больше нет, и в обед снова расплакалась. Горечь потери не хотела уходить, и ей до конца не верилось, что ее подруги, ее сестренки больше нет. Но она взяла себя в руки и принялась думать о том, как ей выудить информацию из психологов, к которым ходила Катрин. Она чувствовала, что начать надо именно с этого, поскольку подруга была очень внушаема и каждые полгода находила себе новых гуру, которые познали секреты счастья, успеха и изобилия.
Ее размышления прервал звонок Пабло.
– Спасибо, что перезвонил! Я хотела попросить тебя достать распечатку звонков Катрин. Помнишь, ты так делал в универе? Может, по звонкам я смогу понять, с кем она общалась последнее время и кому отнесла мои деньги?
– Тебе бы нужна не распечатка, а расшифровка разговоров из мессенджеров. Это дольше, но ты сможешь прочесть целые тексты, что она писала.
– Неужели так можно? Сделаешь?
– На это уйдет пара дней, но да. Могу.
Клиентка, нетерпеливо ожидающая, пока Ирэн закончит, тихонько покашляла, обращая на себя внимание.
– Мадам, одну минуту, пожалуйста. Звонит русский премьер-министр, он хочет купить этот же дом для своей кузины.
Клиентка ошеломленно замолчала, слегка выкатив глаза и поджав губы.
– Пабло, извини, я снова с тобой.
– Премьер-министром меня сделала? Молодец! Учишься правдоподобно врать.
Клиентка снова покашляла и настойчиво сказала:
– Мадам, простите, но все-таки мы первые смотрели этот дом. И именно мы хотим его купить.
– Пабло, прости, пожалуйста, я тебе вечером позвоню.
– Ну все, – снова обратилась она к супружеской паре. – К сожалению, этот дом собираются купить. Я могу показать вам другой по такой же цене.
– Нет, мадам, мы хотим именно этот! Вы показали дом – значит, он не был под задатком. Его посмотрели мы. И мы готовы внести аванс. Так что мы первые.
– Ну не знаю. Уважаемый премьер-министр – мой клиент много лет, даже не представляю, как смогу отказать ему. – Ирэн замолчала и сделала вид, что глубоко задумалась. – Впрочем, я что-нибудь придумаю. Какую сумму вы готовы оставить в качестве аванса?
«Ничего себе, а так можно было? Первый раз в жизни я не прыгала перед клиентами, а они все равно купили. Немного хитрости – и вуаля!» – думала Ирэн, доставая бумаги.
Глава 18
После обеда Николя приехал в участок, где его уже ожидала Ирэн.
– Ну как она? – спросил он Люка. – Готова врать? Давай подержим ее в приемной минут тридцать, а потом приводи ко мне. Пусть немного понервничает – может, больше выболтает.
Но Ирэн вовсе не нервничала. Она хорошо помнила, как нужно было общаться с продажным полицейским из ее поселка: личико кирпичиком и ничего не рассказывать. Что действительно волновало Ирэн – это ее сегодняшний визит к психологу. В перерыве между работой ей удалось записаться к одному из них – тому самому психоаналитику, чьи посты читала Катрин. И, как ни странно, записалась она в этот же вечер. Обычно у хороших психологов запись на пару недель вперед, но эта, пошуршав блокнотом, сказала, что готова принять Ирэн уже сегодня вечером. «Психоанализ – это что-то связанное с сексом, комплексами и влечением к собственным родителям, – вспомнила Ирэн университетский курс. – Да уж, будет весело».
Выждав полчаса, сержант провел ее к капитану жандармерии Николя Фонтену.
– Мадемуазель Дюпри, с кем ваша подруга была в отношениях? С кем проводила свое время?
– Катрин… Не знаю, как сказать. Она любила мужчин. У нее не очень удачно складывалась личная жизнь, но она не уставала пытаться ее строить: легко знакомилась, легко влюблялась. Но долгих отношений у нее не было.
– С кем она собиралась встретиться вчера?
– Я не знаю. Она написала мне: «Приезжай, я так больше не могу». Это тоже бывало довольно часто, когда ее бросал мужчина. Обычно она писала мне, и я неслась ее утешать.
– Чем она занималась? На что жила?
– Если честно, не знаю. – Ирэн замялась. – Катрин родилась в богатой семье, и деньги у нее были всегда. Наверное, у нее имелись сбережения.
– А что с работой в галерее, о которой вы говорили вчера?
– Какая-то крупная галерея в Париже. Она должна была работать там промоутером или вроде того. Она и сама прекрасно рисовала, но… как и с мужчинами, ничего серьезного.
– Какая необычная у вас подруга! Пробует все, но все по верхам. Мужчин много, но никого конкретного.
Внезапно в коридоре послышалась громкая ругань, женский голос пронзительно кричал:
– Вы придурки полные! Вы вообще знаете, кто я?
– Мадам, вы находитесь в национальной жандармерии, соблюдайте порядок.
– Убери от меня свои руки, червяк! Не прикасайся ко мне! Это блузка «Шанель»! Ты знаешь, что такое «Шанель», придурок? Убери от меня свои руки! Одна моя туфля стоит больше, чем все твои органы на черном рынке!
– Мадам, еще одно слово, и я добавлю к вашему делу нападение на жандарма.
– Мой муж тебя уволит, ты понял? Ищи себе новую работу! Планктон! Звони моему мужу, я тебе говорю!
Капитан Николя Фонтен улыбнулся и прошел к двери.
– Люк, что там случилось? – спросил он проходившего мимо сержанта.
– Капитан, мадам задержана за хулиганство. Устроила срабатывание системы пожаротушения в ресторане. Она не смогла предъявить документы, при себе у нее их нет. Так что пробьем по базе, а пока подержим у нас.
– Ты тупой, что ли? Я же говорю: позвони моему мужу, он заберет меня, – продолжила свое наступление мадам. – Вон! Эту спросите! Она нам дом подбирала недавно, она знает, кто я.
Капитан Фонтен повернулся к Ирэн.
– Мадемуазель Дюпри, вы знаете эту женщину?
Ирэн секунду поколебалась.
– Нет. Впервые ее вижу. Хотя, знаете… Такое знакомое
