зажить в своё удовольствие? Вот теперь я верю, что мы с тобой одной крови. Знаешь, Алинка, в честь того, что в тебе наконец-то проснулась деловая хватка, я готова презентовать тебе на свадьбу две... кхм, сто пятьдесят тысяч единиц. Живи и радуйся, только помни, - изящный пальчик наставительно поднялся, - ты тоже забываешь о моём существовании, не прилетаешь, не пишешь, не звонишь и, самое главное, о деньгах не просишь. Тебе сто пятьдесят тысяч и бумага, мне всё остальное. По рукам?
Алина. Предложение Эдерии было не просто заманчивым, а головокружительным, ведь оно сулило мне свободу! Правда, ценой отречения от наследства, но мне бы очень хотелось верить, что родители, будь у нас возможность встретиться и пообщаться, меня бы поняли и не осудили. Я не была эмпатом в полной мере, но витающую над головой угрозу, с каждым годом становящуюся всё реальней и ощутимей, различала безошибочно. Графиня Оледеску хоть и могла придать себе облик невинной овечки, на самом деле была той ещё хищницей и не задумываясь пошла бы на любую крайность ради сохранения титула и прилагающихся к нему богатств. Единственное, что меня останавливало, - это опасение, что меня обманут. Обещать и выполнить - вещи разные и, увы, Эдерия это знала даже слишком хорошо. Я глубоко вздохнула, понимая, что балансирую на грани чёрной дыры, после выхода из которой к прежней жизни возврата уже точно не будет.
- По рукам. Только сначала ты составишь документ по всем правилам и передашь его мне, а уж после этого я начну, - в моём голосе помимо воли зазвучали ядовитые нотки, - обожать своего жениха.
Кстати, не знаю, как там с обожанием, но уважения Габриель точно заслуживает. Сведения о нём были засекречены столь качественно, что даже Генрих не сумел ничего раздобыть, а при попытке копнуть поглубже, в дом друга моего отца пожаловали очень вежливые молодые мужчины, которые настоятельно просили прекратить археологическую деятельность. Угроз прикопать в случае неповиновения произнесено не было, но иногда молчание бывает красноречивее тысячи слов. Резонно предположить, что если эрдейца защищают так основательно, то как специалист он превосходен, а папа всегда говорил, что талант, каким бы он ни был, достоин уважения.
Эдерию заметно перекосило, она терпеть не могла, когда ей ставят условия, только и я отступать была не намерена, прекрасно понимая, что для меня это в прямом смысле слова вопрос жизни и смерти. Наконец, графиня совладала с собой или придумала другой способ мне напакостить и пропела ангельским голосочком:
- Договорились, моя милая. Надеюсь, у тебя найдётся фамильный бланк и перо с чернилами?
Несмотря на научно-технический прогресс, давно вышедший за пределы планеты, все важные бумаги у нас составлялись исключительно рукописно, на специальных листах, помеченных фамильными монограммами, причём для письма использовали перо и чернила. Считалось, что такие документы невозможно подделать, мол, любая, даже самая примитивная, техника безошибочно определит, когда и кем написано это послание, и без труда изобличит фальшивку. На всякий случай, я ещё и прямую трансляцию с адвокатом, занимавшимся делами нашей семьи, включила, дабы Эдерия не смогла заявить, что я заставила её писать под дулом бластера или ещё какого-нибудь грубого физического воздействия. Графиню моя бдительность не порадовала, но и спорить она не стала, что особенно настораживает. Ох, чует моё сердце, затеяла что-то дражайшая родственница, знать бы ещё, что именно.
- Готово, - Эдерия поставила размашистую подпись и подула на листок, небрежно помахивая им в воздухе, песок, промокашку или пресс-папье она категорически не признавала. - Господин Юдер, надеюсь, всё сделано правильно и ни в коей мере не противоречит букве закона?
Адвокат заверил, что бумага составлена по всем правилам и вступит в силу сразу же, как только графиня передаст её мне. Я протянула руки к заветному документу, но графиня с обольстительным смешком отдёрнула его, выразительно помахав пальчиком у меня перед носом:
- А-а, моя милая, сначала ты выполнишь мою маленькую просьбу.
Я стиснула зубы, признавая, пусть и весьма неохотно, правоту Эдерии. Как ни крути, а она свою часть договора выполнила, теперь мой черёд. Я глубоко вздохнула, одёрнула простое домашнее платье и расправила плечи:
- Я готова.
- Кол-то выплюнь, невеста счастливая, - насмешливо посоветовала графиня, бережно сворачивая бесценную для меня бумагу и пряча её в декольте, - а то даже самого наивного дурачка не обманешь.
Я послушно приняла более непринуждённую позу, искренне поблагодарив курсы актёрского мастерства, которые посещала в детстве. Эдерия окинула меня скептическим взглядом, неопределённо хмыкнула и насмешливо протянула:
- Ну что ж, вижу, актриса из тебя весьма посредственная. Хорошо, что твой жених приедет лишь в день венчания, у тебя есть время потренироваться, - графиня коротко хохотнула, - в обожании.
Вот зараза, а сразу не сказать, что жених ещё не приехал?! И как, простите, мне влюбляться в того, кого я даже толком не знаю? По коварному блеску фиолетовых глаз я безошибочно поняла, что Эдерия получает удовольствие, выставляя меня дурой, а потому решила хоть немного смешать карты 'горячо любимой' родственнице и улыбнулась так, что даже щёки заныли:
- Отлично, как раз успею подготовиться к нашей первой встрече. Ах, - я восторженно прижала руки к груди, копируя героиню одной романтической мелодрамы, - уверена, мы полюбим друг друга с первого взгляда!
- Даже не сомневаюсь, - пропела графиня и так круто повернулась к двери, что юбки обвились вокруг её ног, - я займусь подготовкой к свадьбе.
Посторонний наблюдатель решил бы, что Эдерия буквально умирает от желания оказать мне услугу, но на самом деле её слова означали лишь то, что она не желает меня видеть до самой свадьбы, где нам придётся играть в любящую семью перед моим будущим мужем и приглашёнными на торжество гостями. Что ж, я тоже была заинтересована в том, чтобы как можно реже пересекаться с графиней, которая с каждым днём всё сильнее напоминала змею, переполненную ядом и только и ждущую момента, чтобы напасть.
Время до свадьбы пролетело стремительно, я даже не поверила, когда однажды утром открыла глаза и увидела на электронных часах, что день икс уже наступил. Принёсшая завтрак Онка, совсем недавно выписавшаяся из больницы, куда она угодила не иначе, как из-за Эдерии, подтвердила,
