знакомы.
Скрывая глаза, что искрятся от слёз,
Дурманит мой разум – хранилище грёз.
Я, будучи просто обычным туристом,
Не сразу опомнился разумом чистым,
Как селезнем сизым на дивный манок
Повёлся опробовать сладкий станок.
В роскошном борделе царил полумрак,
Сюда путь закрыт, коли нищий чудак.
Внутри интерьеры в пастельных тонах,
Казалось, что круто с деньгами в штанах.
Красива, ухожена, в меру прилежна,
Вздымала свой бюст игриво и нежно.
Высокая, дерзкая в чёрных чулках,
Следы феромонов на пухлых губах.
И с фразой: "Я очень люблю между ног"
Она попросила, чтобы помог
Раздеться красавице до наготы
С доплатами от моей щедроты.
Я думаю хватит на этом, стыдясь,
Признаюсь, мной правила грешная страсть.
Полгода прошло, не забыть рандеву,
Как то наваждение в сонном бреду.
Ариозы Жизненной Прозы
Поэты-любовники в свете луны,
Сжимая в руках шипастые розы,
Роскошны на вид и в меру скромны,
Поют серенады и ариозы.
Весенней агонии музы полны,
Их налиты соком спелые лозы.
Но опыт познаний любовной волны,
В миг растворится средь жизненной прозы.
Банный Досуг
Долгожданная воскресная отрада -
Конец недели тяжкой трудовой.
Парного запаха знакомая услада
Наполнит доверху трухлявый древострой.
На верхней полке с тазом медным рядом,
Я усажу девчонок, что навеселе.
И упреждая ласки расслабляющим угаром,
Прибавлю жару в угольном котле.
Не описать словами страстные блаженства,
Работу веником распаренных девиц,
Румяные от счастья после действа
Розовые лица средь златых косиц.
Пластмассовое Сердце
Ты глядишь сквозь тьму на всех,
Никто не верит в твой успех.
Сквозь океан крови и тлена
Бредешь, и море по колено.
Пластмассы сердца супротив
Прикосновения мотив
Заглушит боли перезвон.
Самоубийство – не резон.
Словно акула на прощанье
Ты ешь меня без колебаний.
Мой падший ангел – я твоя.
Вырви же сердце у меня!
Сиянье плоти погасил,
Страдания остановил,
И жду тебя как никогда,
В твоей постели навсегда.
Измена
Я позвонил примерно в полночь…
Прости, любимая, прости.
Быть может я всего лишь сволочь,
Что сбилась с верного пути.
Желанье белой пеленою
Меня налево увело.
Забыл, что звал тебя женою,
Когда под брюхом припекло.
Ведь телом страсти управляли,
Блаженством радовал экстаз.
Мой разум бесы обуяли,
Быть может не в последний раз.
Не осуждай меня ревниво,
А лучше просто пожалей,
Я вновь вернусь к тебе стыдливо,
Нам нужно поднимать детей.
Бюст
Когда в делах я весь на нервах,
И после трудно мне уснуть,
Сполна запутавшись в проблемах,
Присяду, нарисую грудь.
Я буду тщательно стараться,
Давя сильней на карандаш,
Чтобы моментом упиваться
Покорнейший слуга мог ваш.
Зарисовав овалы быстро,
Разочаруюсь я в трудах.
Затем резинкой сотру чисто -
С симметрией я не в ладах.
Как первоклассник, что влюблённый,
В попытках труд учить на пять,
Как нерадивый заключённый,
Всё заново начну ваять.
Возможно, что сотру весь ластик,
И стопку изведу бумаг.
Но грифель – тот еще фантастик,
Не сразу будет ко мне благ.
Прилежно стану впредь стараться,
Рисуя вновь роскошный бюст.
Заснуть не суждено пытаться,
Пока слюна не хлынет с уст.
Цветочница
Стою – жду автобус, время ползёт…
Мимо машины – в башке нет забот.
Под обувью глина, замучила грязь!
С неба дождь хлынул, стою матерясь.
Капли с жакета, вода за ворот.
В кармане конфета – айда ко мне в рот!
Вдруг толчок справа, испуганный всхлип.
Вот так забава – судьбы перегиб.
Рыжие косы, глаза – изумруд,
Ноженьки босы на месте снуют,
Застенчивы нравы, в веснушках весь лик -
Стройный стан девы пред мною возник.
– Простите за дерзость, купите цветы
Любимой на радость, будьте щедры.
– Секунду… – сковало сужденья мои,
Спросила спонтанно, во взгляде огни.
Достал вдруг бумажник, цветы оплатил,
Купил я букетик, что-то шутил…
Красотка лишь только кивала в ответ,
Слушая стойко мой пьяный бред.
Затем как-то так незаметно ушла,
Снова природа вокруг ожила.
Приподнялся тонус, рукой махнул жест:
Пришел мой автобус – платный проезд.
Но деньги отдал за цветы, что держу.
В бумажнике пусто – ясно ежу…
Жалко водитель суровый попался -
Зайцам в дороге сопротивлялся.
Надолго запомнил поход я тот свой,
Пешком из заречного в город – домой.
Банан
Спелый, сладкий, ароматный
И на вкус весьма приятный,
В гости к нам из южных стран
Прибыл сладенький банан!
Брежно в тропиках созревший,
Сочный и на ощупь нежный,
Вдоль обтянут кожурой,
Голод утолит собой.
Да, красотка Женевьева,
Говорят, срывала с древа
Далеко-о не яблочки,
Когда порхали бабочки.
Панацеей от раздоров
Без излишних разговоров,
Так и не приняв обманов,
Любимой принесу бананов.
Постояльцы
Ты воздыхаешь надо мною,
Ваяя тень своей ладонью.
В попытках обрамить черты
Дверей, что ныне заперты.
Ведь я женат давным-давно,
Хоть мы близки, но всё равно
Расклады наши неизменны -
Семейные уклады ценны.
Морские волны и ветра,
Вздымая пены кружева,
Несут с собою жизни соль,
Что губ твоих осядет вдоль.
Осядет соль и под кольцом,
Коим мой палец окаймлён.
В объятиях, разжавши пальцы -
В сердцах мы словно постояльцы.
Пусть я тобой не раз лелеян,
Не будет разум мой рассеян.
И попираемый борьбой,
Прости, мой дух с моей семьёй.
Не Время Умирать
Я должна была понять,
Что уйду одна опять,
Осознав излишний раз,
Вырвешь око вновь за глаз.
Кровью, коей истекаешь,
Долг сполна ты погашаешь.
Были парой мы с тобой -
Всё увидела с лихвой.
Обманул меня однажды,
Знаю, обманешь и дважды,
Моя гибель или рай -
Ангелок мой, умирай.
Зрелище невыносимо,
Был ты мне любимым сильно,
Но судьба несправедлива,
Жизнь давно уже не мила.
Поздно ли я поняла,
Как глупа всегда была
В безрассудности помочь,
Отдаваясь любви в ночь?
Ты сочтёшь ли очевидным
Ложь, что кажется всем видным
Ослеплением меня?
Тлей остатками угля!
Больше не увидишь слёз,
Не делить нам вместе грёз.
Лишь осталось осознать:
Мне не время умирать.
Титаник
Мечтая о крупных деньжатах,
Ты слушал в рядах во вторых
Рассказ о роскошных фрегатах
И мифы о страхах пустых.
Поверил в моток паутины,
В сердец гулкий стук в унисон.
Судьба словно песня Селины,
Что слёзы из глаз гонит вон.
