— Глэйва такая же храбрая, как воин! — воскликнул Хельгор, и Глэйва прочитала восхищение в его глазах.
Она не поняла, что сказал их спаситель, но улыбнулась в ответ, в то время как сердце ее наполнилась радостным чувством. Однако несмотря на все усилия Хельгора и Глэйвы, расстояние между лодками, хоть и медленно, но все же сокращалось, однако охотник из умаров надеялся вовремя достичь спасительных зарослей. В то же время он ликовал, потому что вторая лодка преследователей так и не появилась. Последние минуты этой гонки оказались самыми тяжелыми. И Хельгор, и Глэйва выбивались из последних сил, налегая на весла, пытаясь побороть судьбу, выиграв у нее несколько лишних минут.
— Да! — наконец торжествующе прокричал Хельгор.
Они добрались до кустов, а тзохи находились от них в трех сотнях локтей и, похоже, так до сих пор и не заметили лодку беглецов, скользнувшую в заросли ветвей плакучих ив — в одну из протоков гигантской дельты. Этот проток имел два выхода, и Хельгор медленно заскользил по одному из них. В том месте, где протока вновь соединялась с основным руслом, по правому берегу протянулись густые заросли тростника.
— Если Глэйва совсем выбилась из сил, то теперь она может не грести, — объявил Хельгор.
Лодка беглецов свернула в тростник — в заболоченную бухточку, защищенную гигантскими тополями и огромными ивами. Хельгор загнал ее в самые густые заросли, а потом приготовил оружие.
Над рекой стояла мертвая тишина. Тзохи должно быть, уплыли вниз по реке, но вскоре, не обнаружив беглецов, отправятся обратно. Несомненно на обратном пути они сунутся в заросли. Однако только невероятная удача поможет им найти лодку беглецов, спрятанную в тростнике.
Глэйва с восхищением наблюдала за хитрыми маневрами Хельгора. Ей хотелось смеяться и улыбаться, несмотря на то, что опасность еще была реальной. Тем временем Хельгор все дальше и дальше уводил лодку вглубь болота. Когда заросли тростника становились слишком густыми, он сворачивал, иногда прорубал дорогу топором. Скоро вокруг появились деревья, увитые лианами и обросшие мхом. А потом беглецы выплыли на прогалину, посреди которой возвышалось несколько огромных камней.
— Хельгор, Хиолг, Глэйва, Амхао и ребенок должны остановиться здесь.
Сын Штры выбрал место, окруженное камнями, которые позволили бы им укрыться от дротиков тзохов. Потом он поговорил с собаками и волком. Его звери знали команды и умели их выполнять. В этот раз Хельгор приказал им вести себя тихо, не лаять и не выть.
Хельгор разместил четвероногих воинов в проходах между камнями, тех оказалось как раз три. Затем он занялся проверкой оружия. У него самого была дубина, топор, нож, два копья и пять дротиков.
У женщин оказались дубина и четыре копья, два топора и обоюдоострый скребок.
У Хиолга — нож и копье. Кроме того, волк и собаки — хорошее подспорье в бою.
После проверки оружия беглецы поели вяленого мяса, а потом Хельгор и Хиолг постарались сделать их убежище еще более недоступным. Они завалили входы колючим кустарником, оставив только узкие проходы для животных. Если бы любой тзох попытался пролезть на площадку между камнями, его бы ожидал «теплый» прием. Тем временем женщины и ребенок наблюдали за тем, что происходит снаружи их убежища.
Несколько раз Хельгор чувствовал желание увеличить расстояние между ним и преследователями, но Амхао так устала, что не выдержала бы длинного перехода. Даже в силах Глэйвы он сомневался. Если бы тзохи обнаружили их следы, то быстро нагнали бы, тогда им пришлось бы сражаться на открытой местности. Здесь же камни защищали их, да и у женщин появилась возможность отдохнуть.
Постепенно солнце клонилось к закату, и тени становились все длиннее. Хельгор старался не думать об опасности, которую таила в себе ночь. Кроме того, раз тзохи не появились, Хельгор начал надеяться, что они и в самом деле потеряли след беглецов.
Прежде чем человек успел бы пройти десять тысяч шагов, должна была наступить ночь. Место, выбранное под лагерь, казалось надежно защищенным, и беглецы собирались провести тут всю ночь. Время от времени Хельгор, Глэйва и Амхао обменивались жестами или словами. Постепенно Глэйва все лучше и лучше понимала своего спутника, так как вспоминала слова, произнесенные ее бабушкой, — слова языка племени Зеленого озера.
Амхао почти не принимала участия в их беседе. Пассивная по природе и очень уставшая, она больше занималась ребенком, а не слушала «разговоры» своих товарищей. Очарованный всем происходящим, Хиолг сидел в стороне и, улыбаясь, наблюдал за происходящим.
Уже начали сгущаться сумерки, когда собаки тревожно зашевелились, и волк, встрепенувшись, заводил ушами. Хельгор и его спутники замерли, вслушиваясь в лесную тишину, но не услышали ничего, кроме шороха листвы и гудения насекомых. Но собакам и волку можно было доверять. Без сомнения они учуяли врага. Глаза волка засверкали, и собаки вопросительно уставились на своего хозяина.
Хельгор тихо, едва слышно свистнул. Это был приказ, означавший: нужно сохранять полную тишину. В любом случае, если хозяин не разрешит, ни собака, ни волк никогда не залают и не завоют, когда добыча где-то рядом. Однако звери разом оскалились.
— Рядом хищники… Тигр, лев или бурый медведь или… тзохи, — шепотом сообщил своим спутникам Хельгор. Глэйва покрепче сжала дубину, оставив копья Хельгору. Амхао усадила своего ребенка в дальний уголок их убежища и тоже взялась за копье.
Потом Хельгор встал на колени и замер, прижав ухо к земле. Хиолг последовал его примеру. Какое-то время охотник не двигался, прислушиваясь. А потом он различил тихие шаги. Кто-то пробирался к их лагерю.
— Приближаются тзохи, — все так же шепотом объявил Хельгор.
Даже Амхао поняла эти слова и задрожала всем телом, а Хиолг, глядя на нее, широко улыбнулся. Он полностью доверял неукротимому Хельгору. Хоть и не столь уверенная в мудрости и непобедимости своего спутника, Глэйва покрепче сжала дубину, готовясь к смертельной схватке. Неожиданно шаги стихли. Похоже, враг остановился возле одного из камней, внимательно исследуя сваленные в проходе ветви. Воцарилась напряженная тишина. Ни один из врагов не двигался, не желая выдать свое присутствие.
Самое близкое дерево располагалось за пределами броска дротика, а ближе к убежищу беглецов росла только трава и несколько кустов, слишком низкорослых, чтобы за ними мог спрятаться человек. Некоторое время все стояли неподвижно, однако Хельгор был уверен, что его звери не зря подняли тревогу. К тому же он распознал шаги человека.
