реагирования появились по всему городу, готовые в любой момент прийти на помощь. Но этого было недостаточно.
Выяснить что-либо не представлялось возможным, все, что к нам попадало — трупы, выжившие — уходили обратно, а преследовать их мы не могли, способности и ресурсы не те.
Я пытался использовать возможности моих желаний. Несмотря на то, что формулировок было много и придумывал их весь совет, ничего не сработало.
Я прижал Пэм к себе. Мне хотелось сказать ей, что я что-нибудь придумаю, разберусь со всем, успокоить её. Но я не мог. Все, что могли, мы уже перепробовали. Сейчас я был сосредоточен и уверен, что она не знает, о чем я думаю.
— Сколько погибших?
«Пятнадцать вместе со стражами — Пэм повернулась и обняла меня крепко. — Я не понимаю, почему они это делают? Зачем? Мы ведь никому вреда не причиняли!»
— Пэм, — я отстранил её, чтобы заглянуть в глаза, — обещаю, я разберусь с этим, только и ты пообещай, больше не скрывать так долго от меня новости. Я должен знать сразу.
«Я переживаю. Конечно, за столько времени ты научился себя защищать, но магия тебе все ещё не подвластна» — Это было то, что она хотела, чтобы я услышал, но проскользнула мысль, которую я уловил вне зависимости от её желания. — «Я боюсь, что исчезнешь»
Я вздохнул и прижался к её губам, подхватил на руки и занёс в дом. Её нужно успокоить.
«Если я исчезну когда-нибудь, знай, что я буду стремится в этот мир, ставший мне домом, буду пытаться вернуться к тебе» — И снова коснулся к хрупкой на вид девушке.
Сирена.
Я вскочил. Это мой участок, мой шанс со всем разобраться на месте. Увидев, что Пэм тоже одевается, нахмурился. Не хочу, чтобы она рисковала собой, но благодаря череде скандалов уже выяснил, что отговаривать ее бесполезно. И даже знание, что Пэм отнюдь не беззащитна, не позволяло перестать волноваться.
Спустились с горы по тросу, установленному специально для таких случаев. Добежали до сектора за пару минут. Здесь сражались воины и маги, но противник быстр и умеет защищаться. Пэм ринулась в бой покрепче перехватив свой металлический шест с заострёнными концами.
А я решил остаться, чувствовал, что обнаружил нечто важное. Цепкий взгляд запечатлел всех нападавших — пятеро. Они всегда нападают пятёрками. Боковым зрением слежу за Пэм, не желая оставлять ее без прикрытия. Всех, кто не может себя защитить, уже вывели и накрыли куполом место сражения. Купол для врага не проблема, но задержит достаточно, чтобы беззащитное население могло уйти. Я все ещё осматриваюсь, пытаясь понять, о чём кричит интуиция, но безрезультатно, что-то успешно ускользает.
— Кто ты такой? — В первое же мгновение, как раздался голос, я понял, что это чужак. Никто из нашего населения ещё не умел так чисто говорить, поэтому разговаривали, только в определённое время, а в опасных ситуациях вообще забывали об этом.
Резко обернулся и впился взглядом в чужака. Низкий, неестественно худой и абсолютно лысый, даже бровей и тех нет. А вот одежда примечательная, такая же как у нападавших. Я сжал челюсть, сгруппировался и покрепче ухватил собственный шест, быстро метнул взгляд на Пэм, которая все ещё сражалась, имея преимущество. Снова взглянул на врага, дёрнув щекой от прорывающейся злости.
— Кто ты такой? — Повторил чужак, внимательно разглядывая меня с ног до головы, словно я червяк под микроскопом, противные ощущения.
— Джок. — Лаконично ответил я, не испытывая желания беседовать.
— Джок, избавивший от проклятия? — Его тон меня насторожил. Я прищурил глаза, пытаясь понять, откуда чужаку известно, что это я избавил мир от проклятия.
Увидев, что я молча о чем-то размышляю, чужак повел головой, всё ещё разглядывая диковинку. От этого плавного, медленного действия я насторожился. Что-то неправильное и опасное было в этом движении. И я оказался прав, как и Пэм, когда говорила, что от магии у меня нет защиты. Магический импульс, острый, в форме дротика ударил в шею, когда я уже начал отклонятся, но не успел.
Я не чувствовал своего тела, которое чужак поднял над землёй горизонтально и подтянул к себе, а затем прикоснулся.
Что-то разрывает мою кожу когтями, царапает, обжигая, силой, сквозь которую меня проталкивают, словно через стену. Когда, казалось, кожа закончилась, царапать стало внутренности и мышцы. Нас окружало что-то густое, местами твердое, ощущались эти места как удары. В одном из таких мест из меня выбили весь воздух, вдохнуть не получалось, лёгкие жгло, а голову начало давить. Не желая больше сопротивляться и ощущать все так остро, поддался окутывавшему сознание туману и вырубился.
Глава 7. Что такое свобода?
В прозрачном густом тумане подпространства находилось несколько фигур, скрытых плащами и капюшонами. Туман не позволял сосчитать присутствующих, а одеяние — распознать их.
— Кто такой Джок? — Спросил грубый голос, но туман смазал его так, что никто не сможет узнать, если услышит его вновь.
Подпространство тем и хорошо, что способно скрыть всё и всех. И даже, если кто-то захочет остаться один, туман в этом поможет. Подпространство для каждого своё и в тоже время одно для всех. Меняющаяся, опасная структура, но безопаснее места нет во всех вселенных.
Молчание затянулось, спросивший сдержал раздражение, поняв, что ответа никто не знает.
— Как он мог увидеть устранение нарушителя?
Новый вопрос, сопровождённый молчанием.
— Почему он до сих пор жив?
— Джок сумел дважды уйти от устранителей, по закону на этом преследование прекратили. — Хоть какая-то информация.
Если не удалось устранить со второго раза, значит он нужен, вопрос: кому и зачем?
— Откуда у этого кузнечика способность перемещаться? — Молчание. — Кто его семья? — Молчание. — Где он сейчас? — Молчание. — Как вышло, что никто ничего не знает?! — Он все-таки вышел из себя, хотя старался сдержаться.
Впрочем, это была заранее провальная цель, учитывая, что впервые за всё время в этом качестве, им ничего не удалось узнать, невозможно отследить, обнаружить.
Вдох — выдох. Ещё раз, и ещё. Да, так уже лучше.
— Первоочередная цель — Джок. Не убивать, а изучить. Когда найдём — отслеживать, не вмешиваться. — Вдох, выдох. Он просто озвучил итоги.
Это непостижимо: каким-то образом ребенок, ничего не умеющий и не знающий смог уйти от НИХ!
Вдох — выдох. Нельзя выходить из себя, они должны быть хладнокровны.
Невозможно! Этот Джок — не пойми кто! Совершает невозможное за невозможным, даже не понимая этого!
— Непостижимый Туман! — Выругался один из присутствующих, озвучив общую мысль.
Они просматривали один открытый мир за другим — в закрытый ему хода нет.
