контролем особых Странников — это законные путешественники между мирами. Незаконными, к слову, тоже занимаются они. Если кто-то заблудился, попал не туда куда следовало или нарушил межмировые законы — всем этим занимаются Смотрители.
— А я, стало быть, вне закона? — Настороженно и несколько обречённо поинтересовался.
— Ну тут сразу и не ответишь. В теории — да, потому что не зарегистрирован. На практике же — ты из закрытого мира, Странники из таких миров редкость, но встречаются, поэтому для них придуманы поправки, которые позволяют зарегистрироваться после перемещений, а не перед, как положено. Но вообще с тобой должны были поработать Смотрители из-за того, что ты увидел. Ладно, я попробую всё выяснить, а ты пока посидишь взаперти, нам нужно проверить твои слова.
Мы перешли в другую комнату, маленькую, но чистую. Кровать, стол, стул, за другой дверью: душевая, туалет и раковина. А неплохо у них тут, видимо, богатая страна раз столько удобств.
В камере с меня сняли браслет и выдали одежду, я с удовольствием в неё оделся после душа. Самым приятным стала мазь без запаха и световой рентгеновский луч — всем этим мне излечил все повреждения доктор, имени которого я не запомнил, потому что оно сложное и длинное, а у меня голова болит.
Я смог избавиться от кошмаров, когда покинул мир, в котором родился. С тех пор они снились мне очень редко. По крайней мере те, после которых просыпаешься в мокрой насквозь одежде и в поту. Мне снилось, что я опять в пыточной, только теперь ко мне совсем никто не приходит, даже палачи и галлюцинации. Я один на один с болью. Навсегда один…
У нас у каждого свои страхи и уверенность в каких-то своих возможностях, но я думаю никто не способен спокойно воспринять такое положение дел.
Впервые за свою жизнь я проснулся, резко сев на кровати, тяжело дыша и пытаясь осознать, что это был всего лишь сон. Поверить, что я, сидящий на кровати — не бред сошедшего от одиночества в боли сознания, а реальность. Прикрыл глаза, открыл вновь — картинка не изменилась. Подхожу к запертой двери и стучу, как же хочется пить.
Воду принесли быстро, и даже никто не укрыл непечатным словом, видимо, видок у меня тот ещё. Бывают времена, когда мы не можем взять под контроль свои страхи, и они заполняют нашу жизнь, прорываясь из сна и прошлого в реальность.
Я пытался не думать об этом, выкинуть из головы лишние мысли, в конце концов мне помогла тренировка. Не знаю, сколько я занимался, но устал знатно. Уснул прямо на полу с мыслью, что меня перестала раздражать временная дезориентация.
Меня разбудил вечно хмурый Снок:
— Вставай, нужно побеседовать.
Мы снова вернулись в камеру со столом и стулом, на котором я и устроился.
— У нас не получится тебя легализовать и вообще чем-либо помочь. Из-за твоего участия в смертельных играх возникли проблемы. Их было бы меньше, не убей ты участника, который входил в очень знатный род.
— Но на смертельные игры допускались только нарушители закона, рабы, отбросы всякие. Разве нет? — Я был ээм… изумлён в крайней степени — офигел короче.
«Вот оно это ощущение, запомни его, Джок, именно так чувствуют себя те, у кого отнимают надежду» — сказал я себе.
— Джагар и есть преступник, но его родословной это не отменяет. Теперь конфликт назревает нешуточный. С одной стороны — Корн — глава рода, требующий выдать тебя для свершения мести, что законом не воспрещается. С другой стороны — государственные законы, следуя которым пока ты не закончишь со смертельными играми, не можешь покинуть мир. И с третьей — ты новичок, не знающий правил и законов, поэтому мы обязаны внести тебя в реестр Странников абсолютно чистым, вне зависимости от совершённых тобой поступков ранее. Но в последнем случае нам предстоит грандиозный скандал с переходом на военное положение и межмировую войну.
Можно мне в обморок? Нет? Аааа, сейчас не время и не место? Очень жаль, потому что как по мне, так сейчас очень бы кстати было.
Снок подождал, пока я переварю всё дерьмо, которое он на меня вывалил и продолжил:
— Извини, но межмировая война мне не нужна. Предлагаю тебе выбрать из первых двух вариантов. Обещаю потянуть время и дать тебе преимущество. Но какое-то время тебе все равно придется побыть в мире Тэка. Я же в кратчайшие сроки свяжусь со Смотрителями, пусть выполняют свою работу.
Я поставил локти на стол и упёрся лбом в ладони.
— Выбор? — Спросил я, положив руки на стол и поднимая глаза. — Ты действительно считаешь, что это выбор?! Да Корну этому плевать с высокой колокольни на то, что я являюсь участником игр! Он меня чуть не убил, зная всё! Так что это не выбор. Ты просто отдаёшь меня на смертную казнь! И ждать пока придут твои Смотрители, никто не будет! Они пришьют меня, как только я буду на достаточно близком расстоянии.
Я дышу глубоко и часто, из груди вырываются раздражение и злость. Руки трясутся от того, что я пытаюсь сдержать эмоции. Сжимаю кулаки, прикрываю веки, медленный глубокий вдох. Не сумев взять эмоции под контроль, резко бью кулаком по столу, понимаю, что недостаточно и бью до тех пор, пока не успокаиваюсь. Руки разбиты в кровь, а раздражение и ярость лишь немного стихли.
Снок переждал мою бурю молча, а потом попытался вернуть надежду, которую отнял, хоть и безуспешно — доверие утрачено.
— Мы дадим тебе защиту, за тобой будут присматривать. А Корн не станет убивать тебя сразу — он знает, что смерть не наказание, а благодать. — Я иронично вздёрнул бровь, он думает, что меня это успокоит. — Если ты согласишься на игры, тебя будут охранять. Ты уже получил там славу, поэтому тебя передадут в руки спонсору, а он позаботится о твоей жизни, пока Смотрителей не оповестят.
Перспективы «восхитительны».
Глава 9. Плывут по течению те, кто считает, что у них нет возможности плыть туда, куда они хотят
Сижу в камере уже который день. Снок затягивает передачу меня на смертельные игры мира Тэка. Официально я буду передан спонсору, но как оказалось, желающих им стать слишком много, что мне на руку. Пока они там будут друг друга обходить по оплате и моей подготовке, я отдохну, а Снок выполнит обещание. Плюс ко всему — с меня сняли все необходимые данные для регистрации в реестре Странников. Рост, вес, группа крови,
