После этого осталась лишь одна проблема. Он хоть и понимает мысленную речь и даже иногда позволяет себе выполнять мои не приказы, а произнесенные нежным голосом просьбы, но критерии, по которым он определяет, стоит или не стоит субъект его пристального внимания, выбирает самостоятельно. Будучи почему-то уверенным, что жаркий поцелуй также должен расцениваться как посягательство на мою персону.
И ведь бесполезно спорить. В этом они с папочкой и моими сводными братцами очень похожи. Если решили, что это белое, то пусть оно, хоть в крапинку, так белым и останется.
Уж не знаю… Да нет, хорошо знаю, почему мой план был принят лишь с небольшими дополнениями.
Батюшка, в очередной раз, решил проверить мою способность к самостоятельному нахождению лучшего выхода из ситуации. Правда, надо отдать ему должное, пока они с Роланом изгалялись над бедным магом, придумывая самые несуразные варианты нашего неожиданного знакомства, они выдали достаточно информации, чтобы у меня сложилось полное представление о том, что наш граф из себя представляет.
Поэтому все и прошло так удачно. Почти…
Теперь моя улыбка была уже несколько иной. Этот мужчина…. Короче, в жизни он оказался значительно интереснее, чем то, что я представила себе по рассказам отца. Так что…. Исполнение батюшкиного поручения должно доставить мне массу удовольствия.
Черные густые волосы, зачесанные шапкой назад и сползающие волной на спину. Большие карие с небольшой зеленью глаза. Гордая посадка головы. Широкие плечи. А рост…. Мой самый любимый. Правда, с этим не все так хорошо, как смотрится со стороны. Чтобы дотянуться до этих прекрасно очерченных губ придется таскать за собой табуреточку. Или просить брать меня на руки.
Но это скорее легкая экзотика, чем препятствие для осуществления уже собственных планов.
В дверь негромко постучали: видимо, предполагая, что я предаюсь сну. Я быстренько стерла с лица шальную улыбку и, натянув маску умирающего лебедя, правда, проследив за тем, чтобы она не произвела впечатления отлетающей души, пригласила войти.
Первой в комнату заглянула та девушка-служанка, что ухаживала за мной. Мило улыбнулась, бросила взгляд на то, в каком состоянии я нахожусь, подразумевая под этим степень моей раздетости, и удостоверившись, что моей девичьей чести ничего не угрожает, позволила войти в комнату воину. Которого я тоже опознала.
Мой братишка, который не мог доверить нанести мне рану никому, кроме себя самого, обработал свой пыточный инструмент еще одним составом. Так что, я хоть и пребывала в частичной отключке, но, тем не менее, могла и слышать и чувствовать все, что происходило вокруг. А узнавать людей-нелюдей по иным признакам, чем внешний вид, меня учили с самого детства.
Именно поэтому я с уверенностью могла сказать, что мужчина, складывающий сейчас мои обнаруженные пожитки на стоящий у стены сундук, был именно тем, кто принимал меня из рук графа, когда мы прибыли в замок.
И глядя на то, как аккуратно он это делает….
Я начинаю осознавать, насколько тщетны были мои надежды на то, что никто не пострадает. Из перечня тех, кто отбирал эти вещи у четверокопытной дамы, что должна была их не только на себе тащить, но и охранять.
— Благодарю тебя. — Я приподнимаюсь выше на подушки, прикрыв одеялом грудь, которую закрывает лишь тонкое полотно ночной рубашки. — Как мне тебя величать?
— Карим, леди. — Он делает пару шагов в мою сторону, за это время, успев внимательным взглядом окинуть и меня саму, и кучку из одежды, что лежит на кресле рядом с моей кроватью, и значок. — У Вас хорошие клинки. Оружейник, пока их чистил, едва не урчал от удовольствия. — Мирное начало для разговора. Двух воинов.
— Да, Карим. — Моя улыбка вполне искренняя. Когда речь заходит об оружии, я готова начинать любить всех и вся. — Если будет интересно, я потом расскажу, как они мне достались. И давай на 'ты'. Вся разница между нами лишь в том, что ты служишь в гарнизоне, а я нанимаюсь в телохранители. Называй меня Таша.
— Хорошо. — Карим, несмотря на суровый взгляд из-под бровей, улыбается радушно. В густые, с проседью, усы. И для своего возраста, а то, что он значительно старше своего хозяина сразу бросается в глаза, двигается бодро и экономно. Как и надлежит опытному мечнику. — Господин граф рассказал мне про бой. — Короткая пауза и во взгляде мелькает напряжение. — И упомянул про клятву, которую ты ему дала.
А вот это и был самый опасный момент во всем том, что мы придумали. Если мага можно было просчитать, то о Кариме мой отец знал только то, что он существует. Не раз слышал о тех переделках, в которых он участвовал за то время, что служил у интересующего нас человека. Был осведомлен о влиянии, которое старый воин имеет на своего бывшего ученика. Но, ни ему самому, ни кому другому из демонского племени, общаться с ним не доводилось. И, было похоже, что именно от того, какое мнение обо мне сложится у этого человека, зависит весь дальнейший успех.
— Он спас мне больше чем жизнь. — И я бросаю взгляд на злополучную одежду. Что не дает мне возможности пригласить его присесть.
Но тот, перехватив мой весьма недовольный взгляд, с тем же спокойствием на лице, что меня весьма порадовало, потому что он вел себя со мной не как с вызывающим стойкие опасения субъектом, а, словно уже приняв в то братство, которым он командовал в этом замке, переложил штаны и рубашку на постель, поверх одеяла. А значок, который едва не потерялся в его огромных пальцах, на столик, на котором стояли лекарские флакончики.
— Тебя хотели забрать в гарем? — Он сделал это предположение на полном серьезе, а я… едва не захлебнулась смехом.
— Что ты…. — С трудом заставив себя остановиться, продолжила. Не переставая время от времени всхлипывать. — От такой удачи я, пожалуй, не отказалась бы. Кормят, поят. Да и Повелитель, говорят, хороший любовник. — Я, тем не менее, продолжала наблюдать за воином. Так, как умеют это делать лишь женщины. Болтая о пустяках, уводя в сторону, опираясь на мелкие, никому не нужные подробности, и не пропуская ни одной детали. И ни на мгновение не забывая, что я хоть и представительница прекрасной половины любой расы, но еще и наемница. И мои хождения вокруг да около не могут быть столь же запутанными, как у петлящего от лисицы зайца. — Только, внешностью я для такого времяпровождения не удалась. — И я ему чуть подмигнула. Словно и напрашивалась на комплимент, но могла обойтись и без него.
— Но ты…
А вот теперь немного жесткости. Пора домашней кошке продемонстрировать свои коготки. Чтобы не забывали, что в предках были плотоядные.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
