Всю дорогу до дома Ваэльи они ехали молча. Раол сидел напротив принцессы прямой, как солдат на построении. Сама же она, прикрыв глаза, устало откинулась на сиденье экипажа. День был такой длинный и такой бессмысленный. С самого раннего утра — только и разговоров, что о бале, последних веяниях моды да перспективных кавалерах.
На ухабах булыжной дороги коляску потряхивало — возница спешил доставить важных господ до места. Это был обычный наемный экипаж, какие развозят подгулявших горожан по домам. Вероятно, Ваэлья сочла лишним посылать Раола со своей каретой. И правильно. Может, чудесный амулет и отводит глаза, да только так оно верней. Не хватало еще Элее заспинных разговоров о ее странных отлучках из Брингалина в столь поздний час.
— Чуу… — звякнув вожжами, кучер остановил лошадку. Он тоже не знал, кого везет — лицо Элеи скрывал капюшон. — Приехали.
Раол споро выскочил из экипажа и, придержав дверцу, помог выйти принцессе, а потом подхватил свой плащ. Оглядевшись, Элея поняла, что коляска остановилась почти в квартале от дома ведуньи. Это тоже было правильно, только вот очень холодно… Она зябко переступила с ноги на ногу и укорила себя за бестолковость — надо ж было не надеть сапожек!
Расплатившись с возницей, Раол легко, будто невесту, подхватил Элею под локоть и увлек в темноту ближайшего переулка. Минувшим днем осень, похоже, надумала повернуть вспять, и снег всюду подтаял — Элея отчетливо разглядела, какая непролазная слякоть и грязь ждут ее буквально в двух шагах. Долго придется объяснять, отчего это ее новые парчовые туфельки пришли в полную негодность… Но едва только оставленная позади улочка вновь наполнилась звонким цокотом копыт, как Ваэльин посланец обернулся к Элее, сверкнул неожиданно яркими глазами и вдруг, по-мальчишески улыбнувшись, подхватил свою титулованную спутницу на руки. Словно и не знал о том, что прикасаться к королевской особе можно только с ее позволения. Впрочем… этот старый закон уже давно не соблюдался так рьяно, как прежде. И нарушение его не каралось слишком строго.
Элея так опешила, что лишь вскрикнула изумленно и крепче ухватилась за широкие плечи. Это тогда, в первый год их знакомства, Раол, будучи младше принцессы на пару лет, едва доставал ей до переносицы, а теперь вон какой вымахал…
— Держитесь, Ваше Высочество! Незачем вам грязь топтать, — весело прошептал этот дерзец и резво побежал в ту сторону, где под сенью старых лип стоял знакомый, родной дом Ваэльи. Ох, видели бы это члены Совета!
Ветер свистел в складках капюшона, а сильные мужские руки обжигали даже сквозь ткань… и Элея, взволнованно держась за своего похитителя, вдруг представила на его месте совсем другого человека… Нет, плечи шут не были такими широкими, да и ростом он сильно уступал Раолу, но если закрыть глаза…
«Глупая! — одернула она себя, — Все-то ты выдумываешь… Этот Патрик существует только в твоем воображении… Вот вернется в наш мир настоящий Пат — и не вспомнит о тебе. Кто такая Элея? Бывшая королева… Прошлая жизнь… Может статься, его улыбка давно принадлежит другой, той, которая и мужа у тебя похитила…» — от этой мысли вдруг стало так нестерпимо горько, что внезапно заморосивший дождь, осыпавший лицо Элеи мелкими колючими каплями, оказался весьма кстати…
Ваэлья все равно догадалась, что она плакала. Взмахом руки отослала Раола прочь и сама развязала плащ Элеи. Бросив его на сундук у входа, ведунья крепко обняла принцессу.
— Ну, что же ты, девочка, опять себя мучаешь?.. — твердые узкие ладони прикоснулись к ее лицу, смахнув слезинки вместе с каплями дождя. Элея прерывисто вздохнула и попыталась что-то объяснить, разложить по полочкам, как положено человеку умному и вполне владеющему собой. Но вместо этого вдруг ухватилась за Ваэлью и расплакалась еще пуще. — Эк же тебя… — наставница держала ее крепко, бережно покачивая из стороны в сторону точно малое дитя. — Ну, полно, полно. Вижу, ты опять накопила в себе больше печали, чем способно вынести твое сердце. Успокойся, моя милая. И прекрати изображать из себя ледяную королеву. Ты научилась делать это слишком хорошо… Признайся, даже оставшись одна, ты не позволяешь себе просто поплакать?
Элея кивнула. Как и Руальд, она ненавидела слабость в себе и по возможности старалась загнать ее глубже.
— Знаешь, что я тебе скажу… — Ваэлья усадила принцессу в ее любимое кресло, а сама подошла к невысокому комоду и принялась что-то искать в одном из его ящиков. — Этот урок ты выучила. Даже слишком хорошо. Теперь попробуй понять обратное. Прими свои чувства, как есть. Не гони их и не прячь. Толку от этого мало. Ты и сама, наверное, уже поняла. Если долго копить слезы внутри, однажды они все равно прорвутся наружу. И это может произойти в самый неподходящий момент. Ты просто сорвешься. И тогда все действительно увидят, что наследница престола — вздорная дуреха, которая на ровном месте может впасть в истерику, — задвинув ящик, наставница вернулась к креслам и протянула Элее мягкий кружевной платок. — Утри слезы. И впредь не держи их в себе. Разумеется, придворные не должны видеть твои чувства, но наедине с собой ты больше не будешь их прятать. Пообещай мне это.
Элея слабо кивнула и высморкалась. Дышать сразу стало легче и думать тоже.
— Уже поздно… — вздохнула Ваэлья, — у тебя не так много времени. В следующий раз лучше поплачь, когда будешь дома, а то мы опять не успеем поговорить о главном.
Элея смутилась и сразу взяла себя в руки.
— Матушка, но о чем ты хотела поговорить со мной?
— А ты уже успокоилась?
— Да… — принцесса вздохнула. — Вполне. Извини.
В ответ Ваэлья лукаво улыбнулась и будто в нерешительности тронула пальцем губу.
— И впрямь, — рассмеялась она вдруг. — Любопытство лечит лучше любых утешений. Ох, Элея! Новости мои таковы, что в пору не плакать, а плясать от счастья, — наставница опустилась в кресло напротив принцессы и качнула головой, будто сама до конца не веря своим словам. — Я получила письмо. Вернее сказать, послание. В это трудно поверить, но… На Островах откуда-то взялся маг.
— Маг?! — Элея так порывисто подалась вперед, что нервно дернулся огненный лепесток свечи, стоявшей на столике между двумя женщинами. Тени метнулись от стены к стене…
— Да. Маг, — Ваэлья, и сама уже не скрывала волнения, ее голос звучал отрывисто, а пальцы рук сплетались в непредсказуемом нервном ритме. — Очень странный маг, который знает о беде, приключившейся с нашим Патриком. И… и осведомлен он слишком уж хорошо… Этот человек, — наставница сделала глубокий вдох и взглянула на Элею с улыбкой, дрожащей на губах, — он желает помочь нам… Только скрывает свое имя. Требует полнейшей секретности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
