— Да. Маг, — Ваэлья, и сама уже не скрывала волнения, ее голос звучал отрывисто, а пальцы рук сплетались в непредсказуемом нервном ритме. — Очень странный маг, который знает о беде, приключившейся с нашим Патриком. И… и осведомлен он слишком уж хорошо… Этот человек, — наставница сделала глубокий вдох и взглянула на Элею с улыбкой, дрожащей на губах, — он желает помочь нам… Только скрывает свое имя. Требует полнейшей секретности.
— О, боги… — Элея до боли закусила костяшки пальцев, совсем как в детстве. — О, боги… Матушка, это правда?!
— У меня есть все основания полагать именно так, — Ваэлья осторожно тронула Элею за локоть и та, опомнившись, отдернула руку ото рта.
— И… Когда?! Когда он придет?! — мир вдруг стал в сотни раз огромней и ярче. Как будто после долгой зимы в темной комнате сняли дубовые ставни с окон… Как будто ворвался свежий ветер, напоенный запахами моря, несущий с собой хлесткие взмахи парусов на ветру и звонкие крики чаек.
— Завтра, — улыбка уже не сходила с лица наставницы. — Завтра ночью…
— Боги… — Элея нервно рассмеялась. — Мне опять придется покидать Брингалин втайне от всех.
— Я знала, что ты не захочешь это пропустить, — усмехнулась ведунья. — Потому и послала за тобой. Завтра Раол вновь придет, после полуночи. Будь готова. А теперь ступай, ступай домой и спи. Новый день не будет легким, тебе нужно набраться сил. Одевайся пока, я позову кучера.
— Матушка! Постой, — Элея ухватила наставницу за руку. — Я не понимаю, как же так? Ведь корабли сейчас почти не ходят. Откуда он взялся?! И… почему именно сейчас?
— Не знаю, дитя… Могу сказать лишь то, что тебе известно и без напоминаний. Ты начала действовать. Теперь сила течет в твою сторону. И она несет тебе то, в чем ты нуждалась. Одного желания было мало, требовалось его проявление в нашем, материальном, мире. И, возможно, этот корабль, что готов принять тебя, стал той важной частицей, той движущей силой, которая повлекла за собой изменения судьбы. Теперь многое будет переписано…
— И я никогда не стану королевой? — Элея отчего-то вовсе не испытывала терзаний по поводу пророчества Ваэльи. Скорее, ей было любопытно.
— Велика вероятность, — невесело усмехнулась наставница. — Но как знать… возможно, в следующий раз уже Патрик перепишет твою судьбу по новой. Нам неведомы все пути богов.
7
Ваэлья была права — новый день принес столько хлопот, что Элея едва успевала оказываться во всех местах, где требовалось ее присутствие. Гости, живущие на других островах архипелага и просто в дальних уделах Таана, начали прибывать с самого утра и каждому, невзирая на степень его родовитости, следовало уделить внимание, позаботиться, чтобы покои соответствовали статусу, а сам гость чувствовал себя как дома. Ко всему в придачу ей приходилось выслушивать бесконечные потоки комплиментов — стараниями фрейлин наряды Элеи были продуманы до мелочей и действительно заслуживали внимания. С утра и до начала праздничного пира ей предстояло встречать гостей в одном платье, небесно голубом с сапфирами, на вечер же было подготовлено другое, еще более роскошное. Сшитое из золотисто-белой парчи и отделанное жемчугом, оно ниспадало до самого пола, скрывая изящные туфельки. Осенние волосы Элеи, диадемой уложенные вокруг головы, оставляли открытыми шею и чуть обнаженные плечи. И под оба наряда полагался корсет… Жесткий, немилосердно сжимающий бока. Элея его ненавидела. Зато дамы были довольны результатом и улыбались пуще самой принцессы, когда за ее спиной раздавались восторженные восклицания на тему «как хороша, будто снова невеста!». Нельзя сказать, будто эти слова особенно радовали Элею — ей уже хватило одного замужества. Впрочем, она понимала неизбежность подобных тем в дворянских кругах. Наследница и без мужа… Ну и мало ли, что бездетна? На Белых Островах бастарды никогда не считались большим преступлением…
В какой-то момент Элея, поразившись своей беспечной наивности, с внезапным прозрением поняла, что фрейлины неспроста выписывали вокруг нее круги и так старались нарядить покраше. За всеми этими невинными дамскими штучками как всегда неприметно маячили длинные руки Совета… А она-то, глупая, полагала, будто вся суета и впрямь только из-за того, что наследница стала на год старше! Какая слепота! Вот как бывает, когда все время думаешь только об одном…
«Меня хотят выдать замуж, — эта мысль была ясней ясного и пронзила сознание обжигающей молнией. — И отец все знает. О, боги!» — она быстро перебрала в уме список приглашенных и с ужасом осознала, что как минимум три почетных гостя могут попытаться сделать ей очень недвусмысленное предложение. Конечно, такие вопросы как замужество наследницы не решаются одной встречей и одним днем, но в этом деле ведь главное положить правильное начало… Элею прошиб холодный пот при мысли о грозящих ей витиеватых речах родовитых господ и их настойчивых попытках пофлиртовать с принцессой. И ведь никуда от них не денешься…
Опасения эти не замедлили обернуться реальностью.
Первым к Элее подошел граф Диорн. Как и все гости из ближних владений, он прибыл в Брингалин ближе к вечеру, когда в тронном зале уже накрывали роскошные столы. Кириан Диорн был богат, молод, красив, даже умен и, как следствие, невероятно высокого о себе мнения. Граф полагал, что весь мир должен ежедневно падать к его ногам, а уж дамы — в первую очередь. Да они, в общем-то, и падали… Только вот принцесса никак не относилась к числу этих соискательниц графского расположения. К сожалению, красавчику Кириану еще предстояло это осознать. И к еще большему сожалению, Элея должна была донести до него эту мысль так, чтобы ни честь, ни самолюбие графа не пострадали.
Диорн уже успел облобызать руку принцессы и отсыпать очередную порцию комплиментов, когда Элея явственно почувствовала исходящее от него то самое намерение заложить фундамент более интересных отношений. Логическое мышление и чутье не подвели — Диорн был из числа тех троих, кого она сразу определила как вероятных женихов.
На цветистые слова Кириана надлежало отвечать столь же утонченными фразами, ни в коем случае не лишающими претендента надежды. Элея подобным фокусам была прекрасно обучена, но боги, как ей не хотелось опять начинать эти нелепые игры…
Положение спас непонятно откуда возникший придворный лекарь. У Тироя вообще была манера появляться неожиданно и совершать разные нелепые поступки. В Брингалине нередко язвили: мол, взяв на службу этого человека, король, что называется, попал по двум мишеням одной стрелой — завел себе и лекаря и шута. Впрочем, Тироя при дворе ценили и уважали, не смотря на его пристрастие к кумину, легкую распущенность и язык без костей. Лекарь никогда не пытался кого-то обидеть, а обязанности свои выполнял более, чем хорошо. И когда он вдруг образовался между принцессой и графом, Элея простила Тирою даже те примочки для лица из вонючего бажельника, с которыми ей как-то пришлось пролежать почти полдня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
