Белая пропаганда исходила из открытого источника, обычно от правительства или какого-нибудь правительственного агентства, включая военное командование разных уровней. Этот тип пропаганды связан с открытыми психологическими операциями.
Серая пропаганда никак не обозначала свой источник.
Черная пропаганда исходила из ложного источника. Этот тип связан с тайными операциями психологической войны.
Пример белой пропаганды показан на рис. 4 (с. 16). Эта листовка оформлена таким образом, чтобы все сразу поняли, что это – официальный документ, выпущенный британскими и американскими властями. Рамка на ней почти такая же, как и на денежных купюрах; в глаза сразу же бросаются печати этих стран, а подписи генерала, командовавшего экспедиционным корпусом, подтверждают, что на обещания, данные в этом документе, можно положиться.
Листовка, изображенная на рис. 38 (с. 220), тоже была подготовлена командованием англо-американских войск. Ее задача была той же самой – заставить немецких солдат сложить оружие. Но в данном случае ничто не говорит о том, что это документ союзников, наоборот, было сделано все возможное, чтобы скрыть его источник. Немецкие солдаты, прочитавшие его, должны были думать, что он был напечатан в Германии. В годы войны применялись оба типа пропагандистских материалов, поскольку один дополнял другой, но их нужно было держать подальше друг от друга.
Что касается пропагандистского радиовещания, то разница между тайным и открытым была еще больше. В годы Второй мировой войны эфир над Европой был заполнен передачами, которые велись открытыми и тайными радиостанциями. Британцы обращались к немцам с помощью Би-би-си, не пытаясь скрыть от них этот факт. Но они вещали на Германию и с помощью подпольных станций, которые выдавали себя за станции, организованные нацистами в коммерческих целях, немецкие армейские станции, а также станции борцов за свободу. Немцы, в свою очередь, передавали в Соединенные Штаты свои официальные новости по-английски, но они также пытались сделать вид, что вещание ведет американская радиостанция, которая принадлежит изоляционистам и расположена на Среднем Западе. В ряде случаев противоборствующие стороны использовали одну и ту же радиостанцию для передач белой и черной пропаганды. Например, радио «Сайпан» при американцах большей частью передавало хорошо всем знакомые программы из Сан-Франциско, но время от времени его брало напрокат УВИ, и оно превращалось в «японскую» радиостанцию (правда, при таких условиях «черное» радио не могло долго оставаться черным).
Если говорить о времени воздействия, то пропаганду можно разделить на стратегическую и тактическую. Стратегическая направлена не на достижение немедленного результата, а на то, чтобы подавить волю врага, изменить его психологию, а такое воздействие может продолжаться несколько месяцев. Примером стратегической пропаганды служит листовка, изображенная на рис. 19 (с. 155), которая рассказывает немцам о том, что их ждет в будущем. Тактическая пропаганда направлена на достижение немедленного результата и обычно затрагивает небольшой отрезок времени. Только в некоторых случаях, например при разбрасывании листовок среди солдат, попавших в окружение, ожидаемый результат может быть достигнут только по истечении некоторого времени. Обе эти формы пропаганды можно определить так:
Стратегическая пропаганда направлена на вооруженные силы врага, на народ вражеской страны и население оккупированных территорий в целом и – в сочетании со стратегическим планированием – предназначена для достижения желаемого результата через несколько недель, месяцев или лет.
Тактическая пропаганда направлена на конкретную аудиторию, обычно четко обозначенную, и осуществляется для поддержки боевых действий в той или иной местности.
Можно также разделить пропаганду на оборонительную и наступательную, в зависимости от того, направлена ли она на защиту каких-то идей или, наоборот, на подавление их. Перед началом Второй мировой войны это различие казалось очень важным, но опыт боевых действий почти на всех фронтах показал, что в повседневных военных мероприятиях оно не столь уж и значимо. Пропаганда так тесно связана с новостями и оценкой общественного мнения, что сложный предоперационный анализ проводить просто некогда. Тщательное планирование очень часто заводит в тупик; различие между наступательными и оборонительными акциями в повседневной работе не имеет никакого значения. Тем не менее все-таки укажем, в чем заключается это различие.
Оборонительная пропаганда предназначена для оказания поддержки социальной или какой-либо другой акции общества. (Самым ярким примером является советская пропаганда, которая стремилась доказать преимущества пятилеток.)
Наступательная пропаганда имеет целью прервать то или иное социальное действие, которое кажется пропагандисту вредным, и способствовать тому действию, которое кажется ему желательным, либо с помощью революционных средств (внутри одного и того же общества), либо международных, то есть дипломатическими или военными средствами (между различными обществами).
Еще одна классификация основана на целях, которых стремится достичь пропагандист или группа пропагандистов в отношении людей, с которыми он работает. Эти разновидности, как и различия между наступательной и оборонительной пропагандой, являются не практическими, а чисто теоретическими и редко указываются в практических разработках, хотя более продуманные планы ссылаются на них.
Конверсионная пропаганда направлена на то, чтобы заставить людей изменить свое эмоциональное и практическое отношение к одной группе и начать поддерживать другую.
Разделяющая пропаганда предназначена для того, чтобы внести раскол в группу, поддерживающую врага, и, нарушив единство ее рядов, ослабить этого врага. (Так поступали союзники, стараясь заставить немецких католиков думать в первую очередь о том, что они католики, а уж потом что они немцы.)
Консолидирующая пропаганда направлена на мирное население оккупированных территорий. Ее цель – заставить население подчиняться распоряжениям командования оккупантов и проводимой им политике.
Контрпропаганда занимается опровержением каких-то конкретных утверждений или тем вражеской пропаганды. (Когда японцы обвиняли американцев в зверствах, то американцы сразу же приводили примеры японских зверств.)
За исключением этих терминов, которые уже прочно укоренились в литературе, посвященной пропаганде, другие классификации можно не принимать во внимание. Основное различие в видах пропаганды зависит от ее задачи, а не от содержания.
Что касается пропаганды в районах с неустойчивым правительством, таких как дарланистская Северная Африка, то Вторая мировая война показала, что между военным и гражданским населением могут возникнуть трения (см. также гл. 6, посвященную Второй мировой войне). В этих районах всякая военная операция требовала четкого знания, как правительство США относится к органам управления в той или иной местности. Находятся ли Соединенные Штаты в состоянии войны с ними или нет? И тому подобное. В этом случае фундаментом для пропаганды становилась политика, особенно если местные власти сами занимались пропагандой. Командование американскими войсками должно было решить, какие политические обещания оно может давать, а какие – нет. В этом смысле задача у американцев была гораздо сложнее, чем у британцев, которые имели Комитет политической войны – орган, который согласовывал внешнюю политику страны с нуждами пропаганды. Можно ли было американцам обещать Алжиру освобождение от французской зависимости? Или защиту сиамцам, которые перешли на сторону американцев и были готовы свергнуть власть японцев? Или людям из Яньаня, которые хотели, чтобы Америка в ответ на их поддержку лишила власти генералиссимуса Чан Кайши? Или индонезийцам, которые могли выступить против японцев и уже выступили против голландцев? Ответы на эти вопросы не входили в компетенцию пропаганды. Пропагандистские акции зависели от решения этих вопросов, но люди, занимавшиеся пропагандой, решать их не имели права.
Таким образом, политическая война, в административном смысле, является деятельностью более высокого уровня, чем пропаганда. Ее можно определить следующим образом: «Политическая война заключается в выстраивании национальной политики таким образом, чтобы эта политика помогала пропаганде или боевым действиям, не важно, относится ли это к прямым политическим связям правительства или к его связям с организациями, которые имеют политический характер».
Выстраивание политики обычно не относится к компетенции армии или флота, хотя правительство может обращаться к их командованию за советом или с приказом провести соответствующую военную операцию. Ярким примером использования политического оружия стало провозглашение президентом Рузвельтом принципа «безоговорочной капитуляции», сделанное им в Касабланке экспромтом. Этот принцип повлиял не только на американскую пропаганду, но и показал американским генералам, какой капитуляции следует добиваться от Германии.
