- У Сорайды я встретила Эрнесто, моего старого друга, и мы отошли к стойке бара, чтобы потолковать. И тут я вижу, что сзади его хочет ударить бутылкой пьяный. Я прикрыла его голову, и удар пришелся по моим рукам...
- О чем же вы говорили с Эрнесто?
- Он...изливал мне свои чувства.
- Не понимаю!
- Рикардо, мне нечего от тебя скрывать. Он давно и безнадежно в меня влюблен. Ты знаешь это. Однажды это уже послужило поводом для твоей ревности и нашей ссоры. Но это не моя проблема, а его...
- Если это не твоя проблема, почему ты должна с ним разговаривать?
- А почему ты должен был разговаривать с Леонелой, когда у вас, как ты утверждал, не было ничего такого? - бросила Роза упрек мужу.
- Хорошо, Роза! Прекратим эти взаимные попреки. Я первый начал, я первый и попрошу у тебя прощения.
Она подошла к нему и, обняв его, прижалась щекой к его груди.
- Бог мой! Как сильно стучит твое сердце! Мне кажется, оно выстукивает мне какие-то сигналы!
- Простое дело...Азбука Морзе, - улыбнулся Рикардо. - Сейчас расшифрую...
- Я сама! - взвизгнула Роза, как девчушка, которой не дают рассказать первой. - Значит, так..."Роза...тук-тук...я...тук-тук...никогда не буду...тук-тук...ревновать тебя...тук-тук..."
- Ошибаешься! Мое сердце выстукивает совсем другое, а именно..."Роза...тук-тук...я всегда буду...тук-тук...тебя ревновать...тук-тук...А сейчас...тук-тук...я хочу тебя...тук-тук..."
- Что ты хочешь...меня?
- Хочу тебя немедленно, тук-тук!
Роза покраснела.
- Рикардо, я думала, ты серьезный мужчина из достойной семьи, а ты, оказывается, грубый парень из "затерянного города"!
Лиценциату Альберто Валенсии удалось добиться досрочного освобождения Дульсины. Об этом он сообщил Рикардо в телефонном разговоре.
- Рикардо! Моя душа профессионала ликует. Я сделал почти невозможное...
- Я очень тебе признателен, Альберто!
- Спасибо, но ты не дал мне договорить. Как профессионал я рад, но как твой друг озабочен. Ты берешь на себя очень серьезное обязательство перед обществом и твоими близкими.
- Понимаю тебя.
- Ты...виделся с ней в тюрьме?
- Ни разу.
- А надо бы! Дульсина находится в возбужденном состоянии. Я понимаю ее. Она женщина с изуродованным лицом. Она знатная сеньора, униженная законом. Она член вашей семьи и она...
Альберто замолчал, не решаясь окончить фразу.
- Альберто, прошу тебя, не стесняйся, - ободрил его Рикардо.
- Хорошо...Она ненавидит вас.
- Я знаю. Таков наш крест.
- Но где она будет жить?
- У нас. А если это покажется ей или нам неудобным, мы подыщем ей другое место.
- Хорошо. Мне важно было узнать твое мнение.
- Как профессионалу?
Вопрос был несколько обидным, но Альберто не стал обижаться, понимая всю сложность ситуации Рикардо.
- Как профессионалу и как твоему другу, - ответил он.
Роза отнеслась к вести об освобождении Дульсины сдержанно. Она ни слова не сказала Рикардо, однако, весьма озабоченная возвращением Дульсины в дом, поделилась своими опасениями с Томасой.
- А что оставалось делать Рикардо? - спросила Томаса.
- Умом я все понимаю, - ответила Роза. - Рикардо поступает благородно. Но пойми и меня.
- Что тебя беспокоит?
- Как я буду с ней общаться?..
- А зачем тебе с ней общаться? Слава Богу, дом не меньше нашего квартала. Ежели ты захочешь, то и встречаться с ней не будешь. Вряд ли она станет появляться за общим столом...
- Ма! А как тебе нравится, что "Леопарда" тоже будет жить здесь?
- Это что еще за зверь?
- Леопольдина, ее служанка!..
- Дульсина имеет на это право, особенно в ее теперешном положении...
Конечно, Томаса понимала всю серьезность возвращения Дульсины Линарес в дом, где живет Роза. Конечно, она разделяла ее опасения. Но разве могла она "подыгрывать" Розе? Этим она еще больше усилила бы напряжение, которое снова возникало в доме Линаресов. Томаса очень опасалась того, как бы у Розы не сдали нервы.
Какие бы выходки ни позволила себе Дульсина, им с Розой надо вести себя выдержанно. Это подсказывала Томасе ее природная мудрость простолюдинки.
- А тебе, Роза, я скажу так! - строго добавила Томаса. - Если увижу, что ты начинаешь с ней препираться, тут же уеду, так и знай!
- Ма, я постараюсь... Только ты и думать не смей бросать меня. Мне без тебя совсем будет погибель.
Она нежно обняла Томасу и поцеловала в щеку.
За Дульсиной поехал шофер Хаиме с Кандидой. Там их уже ждала Леопольдина.
Дульсина согласилась выйти из заключения только при условии, что Леопольдина сможет быть при ней. Она весьма логично объяснила это тем, что в ее положении ей необходима служанка, которую бы она хорошо знала.
- Здравствуй, Леопольдина, - сухо приветствовала ее Кандида.
- Здравствуйте, сеньорита Кандида! Вы сегодня такая красивая! - залебезила "Леопарда".
- Не преувеличивай, Леопольдина, - строго сказала Кандида. - И пожалуйста, не говори ничего такого обо мне в присутствии Дульсины. Это будет бестактно с твоей стороны по отношению к ее...нынешнему положению.
- Да разве я сама не понимаю! - чуть ли не захныкала Леопольдина. - Разве не по моей вине у нее лицо все попорчено!
В коридоре послышались шаги. Женщины, умолкнув, повернулись к двери.
Дверь распахнулась. На пороге стояла Дульсина. За ней - офицер полиции.
На ней было строгое темно-зеленое платье и такого же цвета марлевая маска на лице, а на голове - широкополая, сдвинутая на лоб мужская шляпа. Со стороны вполоборота ее статная фигура могла показаться привлекательной. Но лицо!..
Скрытое маской, оно навевало образженщины-невидимки. Казалось, сними маску, и вместо лица окажется одна пустота!
Кандида сделала шаг по направлению к Дульсине и машинально раскинула руки, чтобы обнять сестру.
- Оставь свои нежности при себе, Кандида! - строго одернула ее Дульсина.
- Какое на вас платье красивое! - защебетала Леопольдина и тоже получила выговор:
- Я не нуждаюсь в твоем мнении!
Полицейский дал Дульсине расписаться в журнале и протянул ей документ об освобождении. Взяв пд козырек, он покинул комнату...
По приезде домой Дульсина удалилась в свою комнату. Она не пожелала видеть ни Рохелио, ни Рикардо. Обо всех ее пожеланиях сообщала домашним Леопольдина, которая держалась тише воды, ниже травы.
Дом жил своей размеренной жизнью. Если бы не редкие появления Леопольдины, могло бы показаться, что Дульсина все еще в тюрьме.
Но покой этот был обманчивым. Незримая злая сила вновь витала над домом Линаресов, и Роза ощущала это всем своим существом.
Глава 3
