"Смогу", - так же мысленно ответил ей Блейд. Но не был услышан.
Резким движением он раздвинул стройные полусогнутые ноги и склонился над потаенными губами. Провел нежно пальцем - Дельарам изогнулась вся от страсти, шепча: "Ну давай же, ну, скорее!"
Он провел еще раз по трепетным губам, раздвинул их, явив на свет маленький почти фиолетовый бугорок и впился вдруг в него губами, словно хотел высосать через него все силы истомленной ожиданием счастья царицы.
Никогда еще с ней не было такого - новое ощущение захлестнуло ее с головой и, в порыве страсти она рвала ткань постели своими острыми ногтями; с губ срывался страстный стон: "Ну когда же, когда? Нет сил... нет сил ждать!"
Руки его, сильные, умелые, уверенные, нежно ласкали живот и бедра, добирались до ягодиц, возбуждая ее еще сильнее, поднимались к трепещущим соскам, заставляя их взбухать все больше. Дельарам подумала вдруг, что сейчас умрет от счастья. И в это мгновение почувствовала внутри себя нечто большое, твердое, словно слоновый клык, горячее и живое. Мириады ослепительных звезд вспыхнули перед ее глазами, она закричала в восхищении. Горячая волна наслаждения накрыла ее с головой.
"Вот оно, вот оно, - счастливо думала она. - Наконец-то! Как долго я ждала, как безумно долго! Но теперь он - мой, этот странный и великолепный иноземец. Никому его не отдам, никому!!!"
Она обхватила мускулистую спину супруга, дыша тяжело и неровно, и прижала его к своей груди. Но ногам ее текла обжигающая жидкость, но он по-прежнему находился в ней, и она страстно желала, чтобы это длилось вечно. Она не могла уже жить без этого могучего и восхитительного тела, излучавшего страсть и силу.
Блейд поцеловал ее нежно в губы и провел рукой по стосковавшемуся по ласке телу. Лег рядом, но не расслабленно-бессильно, как прочие, бывшие до него в этой постели, а сознавая свою мощь и любуясь прекрасным телом возлюбленной, черные пышные волосы которой разметались во все стороны по ярко-алым шелковым подушкам.
- Поласкай меня, - требовательно и в то же время нежно, произнес он.
Она привстала и провела рукой по его волосатой груди. Он твердо перехватил руку женщины и уверенно подвел к низу живота, возложив ее нежную ладонь с тонкими пальцами на отдыхающий сейчас фаллос.
- Губами поласкай его, - произнес Блейд.
Она удивленно посмотрела на него. Предложить ей такое никто не осмеливался! Какая наглость! Она чуть было не крикнула стражника, готового по первому повелению госпожи стать и палачом.
Но тут же Дельарам поняла, что никогда в жизни этого не пробовала, и что ей очень хочется попробовать. И вспомнила пьяняще-обжигающие движения его губ и языка у себя меж ног. Она неумело коснулась губами мужского дротика супруга, задрав крайнюю плоть, столь непривычную для ее взгляда. В этот момент она искренне любила странного иноземца и желала провести с ним все последующие в ее жизни ночи - никто, никто другой ей больше не нужен! Только он - ее любимый Блейд, граф Дорсетский! Надо же - запомнила его имя... Теперь - на всю жизнь!
Дельарам задыхалась, но чувствовала себя превосходно, еще не разобравшись в новых ощущениях, уже почти ничего не соображая в любовном экстазе.
- Я хочу тебя, - с трудом выдохнул Блейд. - Хочу всю тебя... Немедленно. Я твой... - Он застонал и расслабленно вытянулся на постели. На самом деле он хотел кого угодно, лишь бы поскорее. Почему-то неожиданно вспомнилась Рэч, оставшаяся в Дорсете... наверно, сейчас она мечется из комнаты в комнату в поисках хозяина коттеджа. Но он тут же прогнал прочь образ этой пустышки и постарался вспомнить кого-нибудь, кого любил и жаждал по-настоящему. Перед глазами всплыло милое личико недоступной для него Зоэ Корривал... теперь давно уже не Корривал, а миссис Реджинальд Смит-Эванс... Он грезил ею бессонными ночами, не в силах забыть свою любовь...
И сейчас Блейд представил, что перед ним именно она, Зоэ. Сила, исходившая из странного талисмана царицы переполняла его, затмив разум он был почти уверен, что перед ним именно Зоэ. Его Зоэ! Он любил ее!
Дельарам почувствовала во рту вязкую горячую жидкость и стала яростно втягивать ее, не желая упустить ни одной драгоценной капли - она тоже хотела вобрать его в себя без остатка. Но могучее орудие супруга вдруг стремительно съежилось ее руках.
Она на мгновение ощутила растерянность - неужели эта безумно-волшебная ночь уже кончается? Ведь так все хорошо начиналось...
Но Блейд был расслаблен не больше мгновения. Собравшись с силами, он схватил царицу за точеные плечи, кинул с силой и страстью на постель и начал покрывать жаркими поцелуями все ее тело, руками лаская бедра, пышную грудь, чувственные ягодицы, тонкую и прекрасную шею.
Ей казалось, что жизненные силы окончательно покидают ее.
Безумно долго продолжались эти обжигающие, пьянящие ласки, ей снова хотелось его и, найдя рукой вожделенный фаллос супруга, Дельарам в восхищении поняла, что он вновь готов к сражению.
- Я хочу тебя, любимый, - нежно выдохнула она. - Слава Богам Очарования, они наконец-то вняли моим молитвам!
Он властным движением развернул ее вниз животом и поставил на четвереньки. Она вывернулась.
- Нет, так нельзя... Боги велят, чтобы я видела в этот момент твои глаза - в них должно отражаться священное небо и Сады Очарования...
Блейд усмехнулся, ничего не ответил, провел рукой по влажным потаенным губам и вновь приник к ним ртом - жадно, уверенно. Дельарам задрожала.
- Глаза твои закрыты, - услышала она голос возлюбленного, - и ты не можешь увидеть в моих никакого отражения.
У нее не осталось сил сопротивляться, она решила быть покорной ему во всем, доверясь его опыту и чувствам. Он раздвинул ягодицы и вошел в нее. Уткнув голову в мягкие подушки, она сладострастно застонала. Новые ощущения всегда доминируют над старыми - сейчас она приближалась к девятому уровню Садов Очарованных, она познала внеземное блаженство. Такого она не испытывала даже с полузабытым царем Джавадом! А она-то считала, что Джаваду нет и не может быть равных! Глупая! Оказывается может быть и лучше!..
Блейд подивился тонкому и подвижному стану своенравной царицы, покорной ему сейчас, провел нежно пальцем, не прекращая стремительного движения, по ложбинке меж ягодицами и вложил всю свою мощь, подкрепленную чудесным талисманом, в последние рывки.
Дельарам закричала от внезапного нахлынувшего наслаждения, сцепила судорожно руки пред головой, ломая в исступлении свои длинные прекрасные ногти.
Подождав миг, словно концентрируя силы, он возобновил резкие беспощадные удары; царица лишь стонала, как загнанное животное.
Наконец он оторвался от женщины, и она, изможденная, распласталась на роскошной постели. Блейд встал, поцеловал ее нежно в выпирающую лопатку и направился к черному постаменту с хрустальным колпаком на нем. По дороге сполоснул свою мужскую гордость в серебряном тазике с розовой водой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
