Это была эпоха Великих географических открытий, когда Европа вдруг выяснила, что она не одна в мире. Поскольку двигаться морями проще и быстрей, основные открытия и были сделаны именно так.
Морские карты – вот что интересовало Великого визиря Ибрагима в последние годы особенно сильно. Умный грек прекрасно понимал, что прежние времена, когда достаточно было сидеть в изоляции, запершись от всех, прошли, нужно не просто выходить в мир, но навязывать ему свою волю. Так же думали все султаны Османской империи; завоевывая сушу, Ибрагим решил, что Сулейману нужно и море.
Неизвестно, кто из них больше на кого повлиял – тогда еще будущий Великий визирь бывший раб Паргалы Ибрагим (Ибрагим из Парги) или молодой султан Сулейман. Когда Сулейман пошел на Родос, его мало кто понимал, даже верного, умного Ибрагима раздражало упорство Сулеймана, половину зимы просидевшего в осаде на острове, пограбить который не удалось. Не все понимали, что Родос – ключ к этой части морских путей.
Возможно, тогда Ибрагим осознал важность моря для будущего Османской империи. Осознал и озаботился теми, кто это море изучил лучше собственного дома, для кого море было домом, кто линии побережья помнил лучше линий на своей ладони. Прежние султаны Баязид и Селим уделяли флоту немало внимания, Сулейману предстояло продолжить дело деда и отца, но Ибрагим понял, что просто строить флот мало, нужно еще и знать, где он будет действовать.
Кто лучше других знает все острова, мысы, морские течения и направления ветров? Те, кто проводит жизнь на море, прежде всего пираты, потому что от их знаний зависят их жизни. Появиться ниоткуда и исчезнуть в никуда на морских просторах можно, только зная, где есть удобные бухты, а где опасные скалы. Но это было практическое знание, а существовало еще одно – теоретическое, которым владели картографы.
Ибрагима с детства занимали эти таинственные рисунки на бумаге с обозначением суши и воды, удивляло, как смог человек словно подняться над землей на крыльях птицы, взлететь настолько высоко, чтобы увидеть землю всю сразу. Конечно, маленький мальчик со скрипкой в Парге не имел возможности изучать карты и вообще видеть их, но правая рука сначала наследника престола, а потом и султана Османской империи – совсем другое дело. Великий визирь Ибрагим-паша познакомился с теми, кто создавал карты.
Хаджи Мухиддин Пири Реис, как все талантливые люди, был талантлив во всем. За что бы ни брался. Он создавал бомбочки, разбрасывавшие вокруг многочисленные шипы, был хорошим моряком, но главной страстью Пири оставались карты. Любой корабль ограничен в своих возможностях, слишком трудно побывать всюду и своими глазами увидеть то, что видели нечестивые Васко да Гама или Коломбо, но перед Пири Реисом ложились разрозненные куски карт, и казалось, он путешествует.
Пири Реис не просто рисовал линии побережья, он добавлял рисунки животных и птиц, позаимствованные из воспоминаний путешественников. Еще при султане Баязиде Пири создал «Книгу морей» – великолепный атлас, сборник карт. Почему султаны Баязид и Селим не обратили должного внимания на этот шедевр, непонятно. Ибрагим подумал, что именно из-за узости и традиционности мышления их Великих визирей. Даже редкий умница Великий визирь Ахмед-паша, служивший двум султанам по очереди и воспитывавший будущего правителя Сулеймана, не интересовался морскими картами, ему хватало мудрости на суше.
Получив возможность поступать по-своему, Ибрагим немедленно засадил Пири за совершенствование карт из атласа, а саму информацию о нем засекретил, насколько это было возможно.
В своем атласе Пири разместил и подробные карты совсем далеких от Стамбула территорий – Нового Света и даже Антарктиды! Описания путешествий Васко да Гамы и Коломбо сами по себе потрясающи, но Ибрагим в данном случае проявил практический подход к делу. Новый Свет – это хорошо, но для османов совершенно недоступно, просто потому, что португальцы и испанцы заперли проход через Гибралтар так же, как сами османы – Босфор.
Ничего, пока османам хватит и Средиземного моря.
А для того чтобы хозяйничать на нем хотя бы в своей части, куда важней карта побережья Африки и роза ветров на море. Ибрагим понимал, что такие карты должны существовать. Кто ищет, тот найдет обязательно. Ибрагим нашел.
Никто не знал, каких средств и какой хитрости ему стоило раздобыть карту португальского придворного картографа Педру Рейнела, с подробной береговой линией африканского побережья и картой ветров юга и запада Средиземного моря. Эту карту сами португальцы берегли как зеницу ока, она помогала избегать бесконечных ловушек штормов у африканского побережья.
Португальцы боялись того, чтобы ценная карта не попала к многочисленным пиратам, промышлявшим по всему морю.
Вообще, португальцы с их стремлением достичь по морю тех территорий, куда их не пускали по суше, начинали серьезно вмешиваться в расклад торговых путей на континенте. Еще в конце XV века Васко да Гама обогнул мыс Доброй Надежды, распечатав таким образом путь в Индийский океан вокруг Африки. Долго, опасно, дорого, но такой путь появился! Для португальцев это было не дороже, чем возить товары через Турцию. Создавалась прямая угроза давним торговым путям.
Конечно, османский флот никоим образом не мог помешать португальскому огибать Африку, но вот поближе к Индии помешать можно. На эту мысль Ибрагим-пашу натолкнул доклад, который ему прислал… из тюрьмы Сельман Реис. Сельман был опытным корсаром, состоявшим на службе у османских султанов, много воевавшим с португальцами на стороне османов, но за какие-то провинности посажен султаном Селимом в тюрьму. Прочитав умную записку опытного пирата, Ибрагим возблагодарил судьбу, что султан Селим не казнил Сельмана.
Сельман Реис знал район вокруг Аравийского полуострова так же хорошо, как другие знали Ионическое море. Он указывал, что помешать португальцам можно, но для этого нужно вытеснить их из Красного моря. Собственно, на Красном море хозяйничали турки, но выход из него был практически заперт португальцами. Сельман доказал, что для ликвидации такого положения нужен захват побережья Йемена и создание более сильного флота в Красном море.
Эта идея так впечатлила Ибрагима, что Великий визирь приказал немедленно начать переоснащение флота в Красном море и перебросить его ближе к югу, а самого Сельмана назначил адмиралом, вытащив из тюрьмы. Для поддержания морских сил с суши был сформирован и отправлен на юг Йемена четырехтысячный пехотный корпус. Османская империя завоевывала не только Балканы…
Далеко не все в Стамбуле знали об этой стороне деятельности неугомонного Великого визиря Ибрагим-паши, не все можно и стоит делать достоянием гласности. Многим казалось, что бывший раб отправился в Египет пополнять казну – султанскую и свою собственную. Собственную прежде.
