– Взятка – это получение незаконного вознаграждения должностным лицом, находящимся на государственной службе. Коммерческий подкуп – то же самое, но должностным лицом коммерческой структуры, частной фирмы. По сути разница не велика, и наказание примерно одинаковое.
– Вот Екатерина Чижова и полетит со мной на Урал, – подвел итог Горчаков.
Черт! Она была уверена, что выступает во внеконкурсной программе, поэтому и не стала делать вид, что у нее внезапный приступ амнезии. У Кати почти нет драгоценностей, так зачем ей отправляться туда, где продают шкатулки?
– В понедельник вылет в десять утра из Домодедова.
Это приказ?
Похоже на то…
Отлично! Она хотела держаться подальше от шефа. В результате их ждут соседние кресла в самолете. Ладно, без паники! В конце концов, Алексей Горчаков не Иван Грозный и не станет заточать своих «бывших» в отдаленные монастыри. Это просто ответственное задание, шанс проявить себя с профессиональной точки зрения. Ничего личного.
Дойдя до своего кабинета, Катя практически убедила себя в этом. Однако процесс самовнушения прервали. Незнакомая худенькая девушка с массивным чемоданом в руках строго поинтересовалась:
– Вы Екатерина Чижова? Я должна отобрать у вас отпечатки пальцев.
– Отобрать? – оторопела Катя. – Да я их и не брала. Мне чужого не надо.
– Ну, в смысле, снять ваши отпечатки.
– А вы, собственно, кто?
– Да уж не изготовитель перчаток на заказ, – хмыкнула девушка. – Я эксперт и выполняю поручение следствия.
– Какого следствия?
– По делу об умышленном поджоге в санатории.
– Но я-то здесь при чем? – простонала Катя.
Мало ей страховых агентов. Теперь вот эксперта прислали. Ни дня без визитера, который читал журнал регистрации в парк-отеле и записки Алисы Островской. Жаль, что самолет на Урал не сегодня. Хотя бы там Катю должны оставить в покое…
– Конечно, дактилоскопирование – дело добровольное, – признала худышка с чемоданом. – Но если вы ни при чем, то вам и скрывать нечего, в том числе и свои отпечатки…
– Но и раздавать их направо и налево мне не хочется.
– Речь идет о серьезном преступлении, – посуровела дактилоскопист. Хотя выглядела она как студентка, вела себя как декан. – Радуйтесь еще, что я сама к вам приехала. Я вообще-то хотела вас к себе вызвать. Но следователь меня предупредил, что простые люди в таких санаториях не отдыхают. Пройдемте!
– Куда? – испугалась Катя.
– Где нам не помешают. Или хотите, чтобы я в коридоре вам пальчики откатала?
Катя поспешно открыла дверь своего кабинета. Хорошо, что Светик забежала в дамскую комнату припудрить носик, а значит, не сунет его в скандальную для Кати историю. Во всяком случае, пока…
– Если можно, побыстрее, у меня много работы, – нервно попросила Катя.
– Минутное дело! – заверила ее эксперт и принялась доставать из своего портфеля все, что требуется.
А требовалось ей многое: валик, черная краска, какие-то пластины. Девушка явно работала дедовскими методами, перепачкав Катины руки типографской краской. Потом эксперт достала лупу и задумчиво уставилась на дактилокарты.
– Это ваши отпечатки! – изрекла она спустя несколько минут. – Конечно, это пока не официальное заключение. Но я уверена, что на бутылке с зажигательной смесью следы ваших пальцев.
– На чем?
Кате сразу представились уличные бои где-нибудь в Бангладеш. Полицейские пускают в ход слезоточивый газ, в ответ в них летят бутылки с зажигательной смесью… с ее отпечатками.
– Установленная причина пожара в вашем коттедже – воспламенение горючей жидкости, – сообщила дактилоскопист официальным тоном. – Кто-то специально разлил бензин внутри и бросил спичку. На месте происшествия была найдена бутылка с остатками зажигательной смеси. И на этой бутылке ваши отпечатки, Екатерина Чижова. Как сотрудник правоохранительных органов рекомендую вам оформить явку с повинной. Как женщина советую сослаться на ревность, которая привела вас в состояние аффекта и толкнула на преступление.
– Никто меня никуда не толкал, – возмутилась Катя. – И я ничего не поджигала!
– Однако улики говорят об обратном…
Глава 5
Да, улики. Если и не говорят, то точно шепчут. Про то, что хвататься за бутылку в стрессовой ситуации – это так по-нашему, так понятно. Вот только стеклотара оказалась не со спиртным, а с горючим. Но это уже детали…
Что ж, все объяснимо. Разве можно бросить тень на репутацию элитного заведения? Сигнализация не сработала. По ВИП-номерам разгуливают пироманы. Бардак какой-то! За что только такие деньги берут? Нет уж, во избежание таких пересудов лучше свалить вину и убытки на кого-нибудь типа Кати. Она бы и сама, наверное, так поступила, если бы владела парк-отелем с персональным закатом в каждом коттедже.
Да и правоохранительные органы можно понять. Зачем напрягаться и искать неизвестного поджигателя, если есть с некоторых пор всем известный персонаж дневника Алисы Островской – незадачливая девица, потерявшая голову от ревности. Ее любовник закрутил роман с другой. Причем не с какой-нибудь секретаршей или помощницей, а с телезвездой. А та, которой дали отставку, устроила в отместку огненное шоу.
Стоп! Катя – не персонаж. Она – сотрудник юридической фирмы. И знание законов освобождает ее от ответственности за действия пироманьяка.
– Эта ваша бутылка с зажигательной смесью – это, вообще, что? – поинтересовалась Катя тоном скорее следователя, чем подозреваемого.
– В смысле? – не поняла эксперт.
– Это фирменная упаковка жидкости для розжига костров, тара из-под пива или минералки? Пластиковая или стеклянная?
– Это бутылка из-под шампанского, – не стала скрывать эксперт. – Название не по-нашему, про геометрическую фигуру что-то. Как будто сами не знаете, куда бензинчик из бака какой-нибудь машины перелили…
Катя облегченно вздохнула. Она не Мария Стюарт и не даст заточить себя в темницу без суда и следствия.
– Я даже не в курсе, где в машинах бензобак. Мы действительно пили шампанское «Круг Кло дю Менил».
Она запомнила, потому что изысканно, а не потому, что несколько сотен евро за бутылку.
– И на бутылке, конечно, могли остаться мои отпечатки. Вы как эксперт не можете не знать, что следы пальцев – косвенная улика. Она свидетельствует лишь о том, что подозреваемый держал в руках орудие преступления. Но вот когда именно и при каких обстоятельствах – большой вопрос.
– «Мы пили шампанское». Мы – это кто?
– Я и мой… начальник. Мы отмечали производственный успех, выигранное дело, – почему-то соврала Катя.
– Вы и Алексей Горчаков, – перевела девушка. – Ха! Вы хотите меня уверить, что рядом с ТАКИМ мужчиной вам пришлось самой открывать шампанское и самой себе наливать?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
