— Из-за ерунды?! Ты бросил меня одну, неопытную и испуганную. Ведь мои руки держали не обычные цепи, а магическая сила Гнека. Как я должна была понять это и увидеть сокрытое ото всех обычных людей? Во мне тикает бомба замедленного и непредсказуемого действия — непознанная энергия. Я действительно чуть не погибла, а ты говоришь, что это ерунда? — взвилась я от возмущения.
Маг приблизился к изножью кровати, и моя кожа покрылась мурашками, волосы зашевелились, словно клубок растревоженных огненных змей. Его близость воспринималась в штыки, но отступать не хотелось, не сейчас.
— Но ведь не погибла же? И даже смогла почувствовать ауру силы. Чем же ты недовольна? Обучение идёт своим чередом. Здесь не институт благородных девиц, Паулина. Захочешь выжить — будешь быстро соображать, чувствовать происходящее всей кожей, душой. Забудь про сказки об академиях и школах волшебников. Огромной силой, что бурлит в магах, будут обладать только заслужившие её, прошедшие жёсткий отбор.
— Какой пафос, Хегельг! К чему ты готовишь меня на самом деле, скажи учитель? И не надо пудрить мозги. Я чувствую, что это не совсем те методы, которыми обучают носителей силы, просто уверена в этом.
— Твоя интуиция радует больше всего из пока сомнительных достижений. То, к чему ты потенциально предназначена, действительно выходит за рамки обычной магии. Но распинаться перед тобой сейчас я не собираюсь. Ты ещё никто, пыль под ногами, сырой материал.
— Неужели учитель меня похвалил? — хитро прищурив глаза, спросила я и сползла с кровати.
Простынь тянулась за мной, как шлейф, я небрежно придерживала её на груди. Хегельг приподнял одну бровь и протянул руку. Его пальцы поймали огненный локон и скрутили в спиральку. Маг любовался игрой света и брызгами искр, бегущими по волосам. Нахлынул нестерпимый холод от эманации его силы, но я терпела близость. Только сейчас появилась столь острая реакция на чужую энергию. Интересно, как ощущаюсь я?
— Ты не выполнила задание. Покончи с ним, — Хегельг кивнул на спящего мужчину, учитель явно старался перевести разговор на другую тему, — и приступим к следующему уроку. Моя ученица, надеюсь, нашла способ умерщвления Гнека? Или просидела возле Проклятого человека, витая в облаках?
В ответ я протянула руку с деревянным колом в ладони. Многозначительное молчание длилось целую минуту, а потом маг громко расхохотался. Я отпрянула в недоумении и чуть не споткнулась о неудобное одеяние.
— Что тут смешного?
— Ты всерьёз думала убить Гнека этой палочкой? — хрюкал и задыхался от смеха учитель. На его глазах выступили слёзы, которые он размазывал по щекам.
— А разве в этом мире кол в сердце не убивает вампиров? — с сомнением глянула я на учителя. Сейчас он снова производил впечатление невменяемого человека.
— Ох уж эти сказочки человеческие, — сквозь смех выдавил Хегельг, — народная фантазия не имеет границ и так легко корректируется. Там сказать, тут обронить с таинственным видом, и вот уже крепнет убеждение, что вампира нужно тыкать ножками от стула или выломанным из забора дрыном.
— Получается, что кол для него безвреден?
— Ты лишь обездвижишь вампира на некоторое время. Максимум часов на пять, не больше. Если удастся всадить кол, потом можно просто расчленить и сжечь останки, — сказал Хегельг.
В его руке возник большой тесак, как у мясника. Он безмятежно протянул мне это орудие бешеного маньяка. Да, добрый дядя попался, ничего не скажешь. Он что, планирует сделать из меня отморозка, кромсающего тела, как салат? Я представила себя по колено в обрубках ног, рук, голов и меня затошнило.
— Тем более, сейчас здесь не сам Гнек, а Проклятая душа, которую он поглотил. Это обычный человек, так что умертвишь его, погибнет и монстр. Людей убить гораздо проще и быстрей.
— Слава богу, что это не Гнек, — с облегчением вздохнула я и, наконец, поняла цикл Проклятия.
Мысль о том, что передо мной второе обличье безумного мага, наводила тоску и отчаяние. А так получается, что это совсем другое существо — несчастный Проклятый, который обречён делить с чудовищем сущность и появляться лишь по ночам. Они, бесспорно, тесно связаны, но это разные личности.
— Тебе-то что до этого? Какая разница кого убивать, самого Гнека или поглощённую им Проклятую душу? Результат будет одинаковым — погибнет один, исчезнет и другой.
— Нет.
— Что нет? — спросил Хегельг, разглядывая спящего незнакомца. — Не теряй времени. Скоро рассвет. Гнек вернётся, а совладать с ним в одиночку ты не сможешь. Другого способа убить вампира ты не узнала, кроме как уничтожить его Проклятого человека. Заметь, я подсказал.
— Не стану убивать его. Не смогу, уже не смогу.
— Паулина, ты хорошо начала, так что не порть себе новую жизнь всякой романтической ерундой. Зачем тебе этот бедолага? Убей его и двигайся дальше.
— Не могу, учитель. Прости.
— Ты понимаешь, что теперь осталось два пути? Либо я тебя отсылаю обратно, как не справившуюся с обучением, либо Гнек разорвёт тебя. Для этого нехитрого дела он сможет избежать контакта с твоей ядовитой кровью. Как маг ты ему ещё не соперник. Пусть он полностью утратил человеческий разум и облик, но сила в нём никуда не делась. Гнек пользуется ей спонтанно, на уровне рефлексов и подсознания. Так уж лучше я сам тебя отправлю обратно. И не обольщайся нашим милым общением, ты вылетишь отсюда под колеса своего пианино мгновенно.
— Понимаю, как никто другой, уж поверь, учитель, но не стану убивать Проклятого.
Вот и всё, я подписала себе смертный приговор, глупая и наивная дурочка. Хегельг не пожалеет и не поможет, он же слеплен изо льда и камня. Мне не привыкать быть на грани, балансировать между жизнью и смертью. Но я не пожалею, надеюсь, что не пожалею о своём решении, скоро мне будет безразлично. Мёртвые не сожалеют. Бороться, хвататься за жизнь, испытать столько потрясений, а потом потерять всякую надежду в один миг, лишь заглянув в лицо незнакомого мужчины. Он даже никогда не узнает, что была такая Паулина, которая пожертвовала никчемной жизнью ради сохранения подобия его существования. Глупо? Ещё как! Но это ничего не меняет. Всё во мне протестовало против убийства Проклятой души. Глубоко внутри я чувствовала, что кроме двух путей, предложенных учителем, существует и третий. Он призраком висел на задворках сознания и пока не давал себя рассмотреть.
— Пожалуйста, учитель не надо! Не делай этого со мной, Хегельг! — жалобно закричала я, но глаза оставались сухи.
— Прощай девочка, — холодно бросил маг.
В его глазах горел мой смертный приговор и разочарование. С отстранённым видом я наблюдала, как из тела мага поползли в мою сторону знакомые тонкие нити. Уже известно, что последует за этим. Он просто выдерет, выцарапает душу из тела, не церемонясь с отработанным и не оправдавшим надежд материалом. А потом я вернусь на лестничную площадку своего подъезда, и со мной случится то, что должно. В ушах снова стоял отвратительный хруст костей, и реальность расползалась на клочки. Жизнь отсчитывала последние секунды. Я решила попытаться в последний раз, использовать самую маленькую возможность, безнадёжную и пустую. Но нужно попробовать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
