— взбесился Стас. Он размахнулся и ударил кулаком о стену. От удара на костяшках выступила кровь. — И потому ты позволила ему распускать руки.
— Евгений просто попрощался. — не отрывала взгляда от его руки. — С тобой просто прощаться невозможно. — прорычал он сквозь зубы.
Орлов оттолкнулся от стены и немного отошёл. Внимательно осмотрел меня. Покрасневшие глаза словно изучали под рентгеном. — Никто не смеет прикасаться к тебе.
Ты моя. Стас снова навис надо мной. Глядя на меня сверху вниз, он внушал страх. Когда его лицо оказалось близко к моему, почувствовала запах алкоголя.
От этого стало ещё страшней. — Ты, что пьян? Он усмехнулся. — Я не пьян.
Позволил себе всего несколько рюмок. Попыталась толкнуть его, но он не сдвинулся ни на миллиметр. — Если Женя посмеет ещё раз прикоснуться к тебе, я переломаю ему руки. Ты поняла?
Наконец, мой характер дал о себе знать. Страх улетучился моментально и я залепила ему пощёчину. — Не лезь в мою жизнь. Я сама буду решать, кто в праве меня касаться, а кто нет.
Он продолжал нависать надо мной, но так как ступор от страха исчез, пролезла под его рукой и спокойно обошла. Либо пощёчина привела Орлова в чувства, либо он пытается сдержать гнев и потому не оборачивается. — Ты сам сказал, я никто. Нас ничего не связывает.
— Я сказал это для того, чтоб они отстали от тебя. Поступи я по-другому, папарацци дежурили бы у твоего дома. — Неважно. Мы из разных миров.
Стас развернулся и вновь направился ко мне. Я храбро смотрела ему в глаза и не шевелилась. Он остановился вплотную и нежно прикоснулся к щеке. — Ты слышала, что я сказал.
Хорошо запомни мои слова. Я убрала его руку и подошла к обеденному столу. Стояла к нему спиной, чтоб не видеть лица, особенно глаз. Как бы не старалась, тело против воли реагирует на него.
— Думаю, тебе лучше уйти Стас. Расслышала шаги. Руки обвили меня вокруг талии. Почувствовав спиной крепкий торс, сердце подпрыгнуло и бешено заколотилось.
Он опустил голову на плечо и тихо прошептал: — Позволь остаться. Я не хотела, чтоб он уходил. Те ощущения, которые появлялись внутри в его присутствии и нравились, и пугали одновременно. Орлов нежно поцеловал шею.
Щекоча своим дыханием мою кожу, он щекотал мои нервы. — Прошу не надо. — ели выдавила из себя. — Я хочу тебя.
Хочу так, что кажется от желания взорвётся мозг. С трудом проглотила слюну, горло сковало от того, что во мне вызвали слова Орлова. Он провёл рукой по животу. Даже через шелковистую ткань его ласки пробуждали во мне целую бурю чувств.
А губы спускающиеся по голым плечам разжигали огонь, от которого на днях избавлялась под холодным душем. От прикосновения пальцев тоненькая бретелька скользнула вниз. Борись дура, борись. У тебя сегодня было свидание с другим мужчиной, а сейчас тебя обнимает знаменитость, которого ты всячески пытаешься избегать.
Возьми себя в руки, не поддавайся влечению. Орлов развернул меня к себе, его руки лежали на плечах, чувствовала их жар. Он наклонился, чтоб поцеловать и у него почти получилось, если б не щелчок у меня в мозгу. Я отвернулась.
— Не нужно. — Нас тянет друг к другу. — Плотское влечение и не более. — А он даёт тебе нечто большее?
— снова разозлился Стас. — У нас было первое свидание. — опустила взгляд на окровавленную руку. — Необходимо обработать рану.
— Всё нормально. Я подошла к кухонному шкафу и достала аптечку. Села на стул у полуострова и указала ему на второй. Орлов послушно сел.
Обработала рану, нанесла антисептик. Он даже и глазом не моргнул, не морщился, просто смотрел на меня. — Готово. — не стала забинтовывать, раны будут дышать и быстрее заживут.
Стас потянулся ко мне и поцеловал. Нежно, без напора или явного возбуждения. Легко коснулся губами губ. — Спокойной ночи Саша!
Уже второй раз за сегодня мужчина желает мне спокойной ночи. Но только после пожелания Орлова сердце ёкнуло. — Спокойной ночи! — душа, тело, сердце, всё желало его остановить, но я не сдвинулась с места.
Дверь тихо закрылась. Воцарившая тишина давила, в первый раз подчёркивая моё одиночество. Глава 6. Общая от героев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Она становится потребностью. (Стас) Не хотел уходить, но она просила. Спустился и уже в машине с силой стукнул кулаком о руль, чтоб выпустить пар.
Облокотился о сидение и сидел до тех пор, пока в её окне не погас свет. Уходя не смог устоять и поцеловал Сашу. Виной не вожделение, а желание почувствовать тепло губ на своих. Не способен объяснить, что со мной произошло сегодня.
Увидев Александру с другим мужчиной, гнев накрыл меня. Хотелось сломать ему челюсть. Чтоб не привлекать внимание отправился в любимый бар. Пил рюмку за рюмкой, горло обжигало так же, как сердце от непривычного чувства ревности.
Гнев даже не позволил опьянеть, он будто назло оставлял разум ясным и терзающим душу. Алкоголь не помог, перед глазами постоянно всплывала одна и та же картина. То, как кто-то целовал моего чертёнка. А от осознания того, что она нарядилась для встречи с ним, меня всего скручивало.
Готов был рвать и метать. Подобного с Кирой не испытывал. Столько лет встречались с Власовой, что доверие переходило сверхъестественные рамки. Работа занимала много времени и те часы, которые проводили вместе, уделяли любви, а не ревности и скандалам.
Даже, когда Кира выбрала миллиардера, ревность не мучила меня, лишь разочарование и боль от предательства. Наверное, от части был готов к этому. Видя перемены в ней, потихоньку принимал приближающийся конец. С Сашей всё иначе.
Вышел из себя, ворвался к ней, устроил скандал и угрожал. Мысль, что она предпочла другого, сводила с ума. Грудь сдавливало от прямых жестоких слов. Хоть и признаю, что Саша права, сердце отказывается соглашаться.
Её маленькая забота, осторожные прикосновения, чтоб не причинить боль при обработке ран, вызвало во мне приступ нежности. Больше всего желал прижать к себе покрепче и не отпускать. Собственные желания напугали. У нас нет будущего.
Точнее ей не по душе то будущее, которое могу ей дать. Саше нужна спокойная жизнь, а со мной она будет, как на пороховой бочке. Обычно говорят, до звезды не дотянуться, а у нас наоборот, звезда всё никак не дотянется до обычной девушки. Погруженный в свои мысли вернулся домой.
Не раздевшись завалился на диван и обессиленный от бушующих противоречивых чувств, мгновенно уснул. Следующая неделя прошла, будто во сне. Репетиции, съёмки в журналах, участия в передачах и подготовка к концерту в Питере. Впереди ещё турне по стране.
Все эти дни не было ни времени, ни сил думать о чём-то кроме работы. Но только она беспощадно врывалась в мысли, тревожа и мешая сосредоточиться. Игорь Матвеич заметил изменения во мне, но лишних вопросов не задавал. Значит, пока не видит угрозы для моего карьерного роста.
В итоге дошло до того, что в один из вечеров, сам не заметил, как оказался у дома Александры. Сидел, не решаясь выйти из машины. Вглядывался в окна, пытаясь разглядеть хрупкий силуэт. Неожиданно она вышла на улицу.
Глубоко вдохнула воздух и широко улыбнулась. Что же осчастливило тебя чертёнок? Сердце больно кольнуло. Неужели моё отсутствие?
Тут из чёрного джипа выскочили два здоровяка, схватили Сашу и затащили на заднее сидение. Вылетел из машины до смерти испугавшись за неё. Не успел добежать, джип тронулся. Бежал за ним, словно мог догнать, страх за девчонку подгонял.
Не сразу очнулся и понял, что совершаю глупость. Остановился и рванул обратно. На дороге много светофоров, где-нибудь обязательно перехвачу. Не позволю навредить ей.
В голову лезли самые ужасные мысли, сжимал руль, будто от этого зависело, догоню их или нет. Не испытывал прежде столь жуткого страха, ладони и лоб покрывались холодным потом. Гнал превышая все ограничения. Плевать, пусть оштрафуют, да хоть арестуют, главное спасти Сашу.
Дрожь била изнутри. Запомнил часть номера машины, но подобный джип, не затеряется среди других авто. И я оказался прав. Заметил его в ряду, около тротуара.
