бы сделать, если бы я находился с ней в одном кабинете!
Но, пройдя в отремонтированное помещение, на своем столе нахожу доверенность, которую подготовил нотариус на имя Теи. А вот и повод встретиться, а заодно и оценить внешний вид моей подчиненной. Послушалась меня или же ее надо наказать как следует?..
— Тея Валерьевна, будьте добры, зайдите ко мне в кабинет, — произношу строго в селектор, а сам откидываюсь на спинку стула, ожидая появления моей Богини.
Снежная королева не заставляет долго ждать. Проходит в кабинет, грациозно виляя бедрами, гордо расправив плечи. Смотрит на меня равнодушно, даже скучающе. Это дико бесит, но я быстро беру себя в руки. В этот раз нельзя налажать. Уверен, второго шанса у меня не будет.
Тея все же осталась послушной девочкой: сегодня на ней юбка-карандаш с завышенной талией и ниже колена, синяя блузка из плотной ткани, наглухо застегнутая на все пуговицы до самого горла.
Но все равно есть одна проблема.
Одежда Теи облегает ее тело, как вторая кожа, подчеркивая все изгибы и плавные линии. Ноги, затянутые в тонкий капрон и обутые в туфли на тонкой шпильке, кажутся просто бесконечными, и меня снова от них ведет. Член уже каменный и болезненно упирается в ширинку, несмотря на то, что у меня был секс всю ночь и утром в душе. Ни хрена. Крышу сносит от одного взгляда на стерву. Даже сильнее, чем семь лет назад. Ни на кого в жизни так не реагировал.
— Вызывали, Давид Тагирович? — ее учтивый тон, обращение на «вы» и покорный взгляд чистых глаз будоражат сознание и рождают новые фантазии. Например, с этим столом. С диваном в углу кабинета. И, черт меня дери, даже с моим рабочим креслом. Где Тея только в одних чулках и этих сексуальных шпильках. Даааааа!
— Вызывал. Доверенность готова, — протягиваю ее, Тея делает несколько шагов навстречу и принимает документ, касаясь моих пальцев. А меня как будто током прошибает в самый пах.
— Все? Могу идти работать дальше?
— Можешь, — хриплю, проходясь взглядом по стройным ногам. Тея, как назло, поворачивается ко мне спиной и идет к двери, словно дает оценить вид сзади. Оценил.
— Чулки или колготки? — вылетает из меня помимо воли.
— Что?
— Ты все прекрасно слышала, Тея. На тебе сейчас чулки или колготки?
Снежная королева склоняет голову набок, задумчиво смотря на меня. Но ее губы растягиваются в насмешливой ухмылке, и она выдает, не понимая, что играет с огнем:
— Сиди и гадай весь день, а мне не мешай работать.
И выходит за дверь, еще не понимая, что только что разбудила во мне азартного зверя.
Глава 12
Давид
Но сидеть и гадать, как завещала мне Тея, не выходит. От увлекательного занятия отрывает звонок Кадырова.
— Слушаю.
— Как дела в офисе? Как продвигается дело Сафронова? — голос у друга напряженный и строгий.
— Продвигается, — бурчу, мысленно делая пометку лишить секретаршу премии в этом месяце за болтливость. — Не доверяешь?
— Доверяю. Но волнуюсь. Особенно после незапланированного ремонта в твоем кабинете и неадекватной реакции на юриста. Я еще в тот день понял, что вы близко знакомы. Так?
Повисает тишина. Тимур в курсе про мою мерзкую, но банальную историю, но я тогда не называл имен и не знакомил со своей избранницей. Чувство собственника взыграло, и я эгоистично не хотел ни с кем делиться моей Богиней.
А сейчас не хотел бы ворошить прошлое и разговоров по душам. Но, зная Кадырова, он ведь не отстанет.
— Более чем, — вздохнув, откидываю голову на спинку стула.
— А конкретнее? Твоя любовница? Чего ты так взбесился? Я так понимаю, и ремонт в кабинете из-за нее?
— Как твои тесть с тещей? Не отстрелили тебе яйца за дочурку и внебрачного внука? Слышал, у Штефана — старшего суровый нрав.
— Не уходи от темы, Давид.
Тяжело вздыхаю, прикрывая глаза. Вот умеет Кадыров душу вывернуть, сукин сын! Как на исповеди себя ощущаю, ей-богу!
— Она — та самая.
Повисает напряженная тишина. Как будто связь оборвалась, но нет. Это Тимур пытается переварить то, что я сказал.
— Я правильно понимаю, что…
— Именно.
— Уверен? Не похоже, брат. Тея показалась мне очень ответственной, надежной и принципиальной. Не верится, что она могла так поступить.
— Издеваешься? — едко усмехаюсь, оглядываясь на бар. Воспоминания семилетней давности нахлынули, и отчаянно захотелось выпить. — Чтобы я не узнал девушку, на которой собирался жениться и прожить с ней всю жизнь? Да она может сделать пластическую операцию, но я все равно буду знать, что это она. Сердцем чувствовать буду. Не хочу, но буду.
* * *
Семь лет назад
— Ну, и как тебе клуб? — довольно спрашивает друг, откидываясь на спинку дивана и пересаживая длинноногую эскортницу на колени. Усмехаюсь, глядя на Миху: ничего не меняется, как был кобелем, так им, похоже, и помрет.
— Атмосферно получилось, мне нравится. Ты здорово все продумал, — отпиваю виски, оглядываясь по сторонам.
— Аналога этому клубу нет не то, что в городе, в области! — продолжает хвастаться владелец, оглаживая по заднице шлюшку.
Отвожу взгляд в сторону, чтобы друг не прочитал в нем осуждения. Вот не понимаю я этого: тебя дома ждет красавица — жена, а ты в своем клубе, прямо на рабочем месте, на глазах у подчиненных, лапаешь за зад какую-то девицу, через которую прошел вагон мужиков. Самому-то не противно?.. Никогда не понимал и не принимал блядства.
— Эй, Дава, ты чего такой кислый? Давай и тебе кого-нибудь подберем? Глядишь, повеселее будешь. Ты скажи, кого сегодня хочешь: блондинку, брюнетку или рыженькую? А, может, всех сразу?
Друг ржет и щипает шлюшку за грудь, отчего та оглушительно визжит. Я поднимаюсь с места, чтобы пойти на выход. Имею полное право: положенные сорок минут вежливости я отсидел, а смотреть на порно-прелюдию не обязан.
— Эй, Дава, ты куда? Обиделся, что ли?
Но я уже не слушаю Миху, потому
