вечный бардак, так что не испугаюсь. А насчёт кофе и чая – не переживай, я и обычным кипятком перебьюсь.
Он что, какие-то сверхэффективные курсы твердолобости посещал?
— Тогда скажу прямо, — уже не скрывая, а наоборот, демонстрируя раздражение, выдохнула. — Я категорически против, чтобы ты ко мне поднимался.
— Это я как раз понимаю, но надеюсь, что всё-таки пустишь, — не смутился и даже бровью не повёл он. — Обещаю, вести себя прилично и долго не засиживаться.
— Вот здесь притормози, — кивнула я на карман остановки, до которого оставалось приблизительно сто метров.
— Зачем, до твоего дома ещё почти километр?
— Останови, — более жёстко потребовала я, ещё и пальцами взялась за ручку двери. — Или на ходу выйду.
Олег недовольно скривился, но заехал в карман.
— Кира, ну как-то нехорошо вышло.
— А так всегда выходит, когда один человек отказывается другого слышать. До свидания, Олег Сергеевич, спасибо, что довезли.
Шагаю в направлении дома и никак не могу с себя скинуть гадливое липкое чувство, словно кого-то обидела и провинилась. А это не так. Я всего лишь не поддалась на провокацию и отстояла своё право на отказ. У каждого человека есть привилегия решать, кого пускать в дом, а кого нет.
Завернула в торговый центр, платье у меня не особо нарядное, каблуков нет, а кофе действительно закончился, последние крошки сегодня утром высыпала в кружку.
Брожу по супермаркету налегке, с единственной пачкой кофе в руках, изучаю акции магазина, вдруг попадётся что-то нужное да с хорошей скидкой.
И такой товар, конечно, нашёлся, только вот с полки я его стягивать не тороплюсь, потому как это упаковка стирального порошка весом двенадцать килограмм. С одной стороны – куда мне столько и как до дома тащить? С другой – в прошлый раз я по этой же цене и той же марки всего три с половиной килограмма купила. Желание сэкономить и ближайший год не задумываться есть дома стиральный порошок или нет — победило.
В зубах упаковка кофе, на плече куль, в крохотной сумочке пакет из супермаркета с порванными ручками, а перед глазами прыгают чёрные точки и по виску струйка пота бежит.
На какой чёрт вообще попёрлась в этот магазин?!
Сбросила с плеча на асфальт куль, кофе в руку взяла, смотрю на неподъёмную тяжесть и чешу затылок.
— Тебе тоже кажется, что ты свои силы слегка переоценила? — медленно и вместе с тем недоумённо оборачиваюсь, позади меня, поглаживая подбородок, стоит Горский и разглядывает мой мешок. — Помощь нужна? Бескорыстная. На роль гостя больше не претендую.
Ох, чует моя попа, что ещё сто раз отругаю себя за решение приять-таки помощь, но мысль опять взваливать на спину четверть собственного веса – ужасает ещё сильнее.
Эх, была не была…
— А где твоя машина? — оглядываюсь в поисках по сторонам.
— На парковке, а парковка дальше твоего дома, так что ногами унесём… унесу.
Горский так легко поднял пакет и несёт вообще не напрягаясь, как будто внутри не тяжёлый порошок, а воздушная вата. Почему же мы женщины такие маломощные, даже обидно.
— Олег, я вот тебе как парню, что провожает меня домой, хочу задать вопрос, но как генеральному директору в фирме, где работаю, побаиваюсь. Спрашивать или нет? Но только чтобы потом без последствий.
— Валяй, личное и деловое не смешиваю.
— Ты случаем не маньяк? Я же тебя откровенно постлала, а ты, мало того, что не ушёл, так ещё и следил. Следил же, да?
Горский внимательно на меня посмотрел и вздохнул.
— Не поверишь, я, когда из-за стеллажа за тобой наблюдал, мне те же мысли пришли в голову и сам себе сказал: «Олега, чем-то нездоровым попахивает» — рассмеялся он и добавил. — Одно знаю, до встречи с тобой точно нормальным пацаном был. Так что если теперь со мной что-то не так, ты виновата.
— Шикарная логика.
— Какой человек, такая и логика. Кира, ты куда? Там же перекопано, пошли в обход.
— Точно, я и забыла, — стукнув себя по лбу, резко сменила направление, но уже через пару шагов опомнилась. — А тебе, откуда известно, что у нас весь двор перерыли?
Олег, зажмурившись, замотал головой.
— На ровном месте спалился.
Остановилась, руки в бока, носком туфли стучу по дорожке, жду объяснений.
— Да ничего такого, делать вчера вечером было нечего, вот я и нарезал круги вокруг твоего дома. И раз о том зашла речь, ты до девяти где была? Кира, ну чего на меня смотришь, как будто и в самом деле маньяк. Просто ты мне нравишься. Очень.
Глава 6
Доставив мешок стирального порошка до двери, Олег, как и обещал, в гости не напрашивался.
Ну, то есть, как не напрашивался, вслух не просил, зато взглядом буквально умолял впустить его в дом. Смотрю на успешного высокого широкоплечего парня, а вижу крохотного бездомного щенка с тоскливыми глазёнками, виляющим хвостиком и, конечно же, безумно голодного.
Если сейчас помашу рукой и захлопну перед его носом дверь, изведусь же потом вся из-за чувства вины. Я себя знаю. Весь оставшийся вечер буду поедом себя грызть, а, возможно, ещё и прихвачу часть ночи.
— Если желание не пропало, проходи, — приглашающе махнула рукой, и так как не сомневалась, что предложение будет принято, потеснилась в прихожей, освобождая проход.
С первой же секунды, как Олег переступил порог квартиры, поняла, что он не из тех людей, которым следует говорить: «Не стесняйся и чувствуй себя как дома», потому как парень с этим ощущением родился и больше никогда не расставался. Разувшись быстрее меня, Горский поспешил оглядеться.
— Кира, тебя кто-то мощно ввёл в заблуждение, объясняя значение слова «Бардак». То, что у тебя происходит в квартире, называется идеальная чистота. Ну, ничего, не страшно. Мы эту брешь в знаниях мигом исправим. Отправлю домработницу в отпуск, за пару дней обрасту бардаком, думаю, даже быстрее управлюсь, в этом деле я мастер, и тебя к себе на экскурсию приглашу. Кир, не возражаешь, если тут у тебя похожу, осмотрюсь?
— Ага, только особо не разгоняйся, сильно разгуливать негде, — шагнула в сторону кухни, чтобы включить чайник, кофе-то у меня теперь есть, а ещё имеются злаковые батончики и молоко.
Судя по звукам, Олег за стеной в другой и единственной комнате, не осматривается, а в каждую щель суёт
