для производства пилюль, — развернув ткань, он изучает пульсирующее ядро. — И не буду скрывать, мне хочется услышать историю из первых уст. Я уже давно в столице и, сказать по правде, в мои годы редко её покидаю. Надеялся услышать всё от племянника, но вместо учёбы в Императорской Академии он выбрал секту. Так что увидимся мы ещё не скоро.
Не похоже, что дядя Лея испытывает ко мне неприязнь. Большая редкость для знатных кланов. Возможно, он просто скрывает свои истинные эмоции, но всё же мне так не кажется. Я рассказываю ему подробности тех событий, опуская ненужные детали о себе и своих целях.
— Благодарю, что удовлетворили любопытство старика, — собеседник кивает головой. — Вы сказали, что духовных ядер было много, а принесли вы только одно.
— Да, я выполнял поручение учителя, и мне досталось всего несколько. Хочу для начала переработать один экземпляр. Если меня устроит результат, тогда…
Он поднимает руку, и на морщинистом лице расплывается улыбка, добавляя новых складок на сухой коже. После чего заходится смехом. Через несколько мгновений, подавив порыв веселья, управляющий продолжает:
— Простите. Вы очень интересный молодой человек. Рад был познакомиться с вами лично. Несмотря на известность алхимиков Лунного Камня на всю Империю, вы всё равно ставите под сомнения наши способности.
— Не сочтите за грубость, — тактично отвечаю ему. — Я стараюсь следовать простому принципу, которому научил меня отец. Доверяю, но проверяй.
— Ваш отец — очень мудрый человек. Вы правильно поступаете, раз следуете его советам.
Он кладёт руку на духовное ядро:
— Что бы развеять ваши сомнения, я займусь делом лично, но на это потребуется несколько дней. У нас большая загруженность. Впрочем, как всегда. Да и духовное ядро действительно непростое. Было бы жалко его загубить, отдав в руки алхимика-дилетанта.
Сколько это будет стоить? — интересуюсь я.
— Для вас сделаю всё бесплатно. Это малая плата за жизнь моего любимого племянника. Пусть он не силён в боевых искусствах, но в искусстве алхимии с ним мало кто может тягаться, а ведь он только начинает свой Путь. Уверен, через пять лет он превзойдёт меня, а через десять его имя будет греметь на всю Империю.
— Хорошо, спасибо. Когда мне его забрать?
— Скажите, где вы остановились? — он пристально смотрит на меня. — Я пришлю за вами слугу ориентировочно к концу недели.
— Я пока ещё не определился с местом ночлега, — отвечаю уклончиво. — В столице совсем недавно, так что сложно сказать, где я проведу сегодня ночь. Не буду вас утруждать и в конце недели загляну в лавку сам.
— Что вы, никакого беспокойства. Могу помочь с выбором, если вы не стеснены в деньгах. На улице, ведущей прямиком к императорскому дворцу, есть хорошее место для ночлега под названием «Драконье Гнездо». Могу связаться и предупредить о вашем прибытии. Их управляющий — мой добрый друг. Вам сделают хорошую скидку.
— Я непременно подумаю над вашим предложением, но, боюсь, мне это будет не по карману. Всё же я обычный практик.
— Тогда до встречи в конце недели, — он протягивает мне руку. — Сейчас я вынужден откланяться. У меня ещё много дел, а мне уже не терпится заняться вашим заказом.
После визита в алхимическую лавку Лунного Камня впечатление у меня остаются положительные. Срок немаленький, но и не такой большой. Время утекает, и червь сомнений всё сильнее точит меня изнутри. Наперекор ему отгоняю дурные мысли.
Лин жива! По-другому и быть не может!
На улице я обращаю внимание на павлина Арвиана, который крутиться со своими телохранителями неподалёку от входа. Однако ко мне они не подходят. Лишь бросают в мою сторону косые взгляды. Надеюсь, не узнал меня в этом образе.
В соседней лавке я приобретаю весьма дорогие материалы для рисования. Реакция торгашей здесь примерно такая же — лицом и одеждой не вышел. Правда, ровно до того момента, пока я не достаю мешочек с серебром. Хмурые рожи сразу сменяются приветливыми улыбками, лестными речами и навязчивыми предложениями приобрести что-нибудь ещё.
Сколько времени не брал в руки кисть… Надеюсь, хоть не забыл, как ей пользоваться. Не в силах устоять перед своим порывом, начинаю рисовать прямо на улице, делая наброски на ходу. Мне хочется побыстрее выплеснуть накопившиеся образы на бумагу. Подарить им вторую жизнь.
Увлечённый процессом не сразу замечаю стайку девиц, глазеющих на меня со стороны. Быстро рисую их совместный портрет. Картина выходит живой, передавая момент. Закончив, двигаюсь к ним.
Они испуганно замирают, когда высокий лысый громила подходит столь близко. А я лишь молча протягиваю им картину. Они не могут скрыть удивление и даже пытаются предложить мне деньги. Отказываюсь и ухожу, оставив их в недоумении, довольный своим результатом. Как говорил отец: «талант не пропьёшь». Правда, это касалось рубки леса и обычно высказывалось после принятия кувшина сливового вина.
До самого вечера я рисую, вытаскиваю образ за образом из своих приключений. Не знаю, что станет с картинами, поэтому сдерживаю порыв запечатлеть убежище Феррона, ставшее для меня вторым домом. Никто не должен узнать о нём.
С трудом получается оторваться от кисти и холста. Солнце уже скрылось с небосвода, так что пора наведаться к Джихану. Сегодня он не задерживается и отправляется домой, прихватив с собой увесистую стопку книг. Как и в прошлый раз, его сопровождает один из стражников с грузового двора. Правда, дома он не задерживается. Оставив свою поклажу, выходит на ночную улицу, и вдвоём они шагают прочь.
Берёт работу на дом, значит. Ну, посмотрим, что это за работа.
Я осторожно пересекаю улицу. Даже сейчас здесь людно, так что несмотря на свой внушительный вид, мне удаётся смешаться с ночными обитателями. Дом, где Джихан снимает комнату, стоит вплотную к соседним двум. Осмотрев его с этой стороны, понимаю, что пробраться будет непросто. Фасад дома укреплён защитной формацией. Простая, но эффективная. Такую специализирующийся адепт может нарисовать за десяток-другой луников. Если границу пересечёт кто-то незнакомый, об этом узнает хозяйка и, скорее всего, городская стража.
Отправляюсь вокруг квартала, но мне не удаётся найти здесь лазейки. Задний двор, выходящий на узкую улочку, так же защищён формацией. Будь у меня достаточно времени и возможностей, я бы попытался незаметно пересечь формацию, но даже здесь снуют люди. Поэтому я не задерживаюсь тут надолго.
Есть ещё один путь, и пока он кажется мне единственным — спуск в канализацию. Под городом пролегает целый лабиринт
