канализационных туннелей, построенных ещё во времена Феррона.
Попасть туда непросто. Мне приходиться потратить немало времени в поисках неприметного входа, который не охраняют. Законом обычным людям туда запрещено спускаться, но меня это не останавливает. Прогуливаясь по городу, я уже отметил несколько возможных точек входа в канализацию. А книги в библиотеках Академии и Феррона снабдили меня пониманием, как она устроена.
Переодевшись в запасную одежду, спускаюсь вниз. Не хочется пачкать мой парадный наряд.
Невысокие потолки заставляют пригибаться. По тоннелю тянется канал, забитый мутной жижей, похожей на болотную. Едкий запах нечистот делает моё дыхание редким и поверхностным. Дыхание с хрипом и присвистом вырывается из груди. Кажется, зажги здесь огонь, вспыхнет всё. Гремучий газ, демоны его раздери.
Стены, узкие каменные дорожки и мостики через канал покрыты скользкой слизью. Повсюду растёт стойкий мох. Живности тут водится немало. Тараканы размером с цыпленка и крысы с небольшую собаку недовольны появлением незваного гостя. Они боязливо разбегается по сторонам.
Плутать приходиться долго, пока я не нахожу нужное место. Определяю его по барьеру. Он даже под землю спускается и здесь разительно отличается. Ещё сильнее и плотнее, чем наверху. Значит, хозяйке есть что скрывать. Желание попасть внутрь только усиливается.
Изучив часть канализации, прилегающей к дому, я обнаруживаю в защитной формации небольшую брешь, словно оставленную намеренно. Цепкий взгляд художника примечает на хлипкой стене среди зарослей мха и чёрной плесени потёртый камешек, выбивающийся из общей картины.
Подобрав небольшой склизкий булыжник, я осторожно нажимаю на камень. С неохотой он поддаётся, и узкая часть стены проваливается под землю, срывая густой покров мха. Нечасто этим проходом пользуются.
Из тишины доносятся сдавленные стоны, что заставляет меня насторожиться.
Я осторожно шагаю в проём, стараясь не задеть грязные стены.
— П-помогите… — слышится тихий хриплый голос.
Глава 6
Прежде чем войти в тёмный зев открывшегося проёма, я покрываю своё лицо древесной маской, созданной Оплетающим Побегом.
Сдавленный тихий голос повторяется ещё несколько раз, взывая о помощи.
— Прошу, дайте хотя бы глоточек воды.
Это явно женщина, но не могу определить её возраст. Больно тихо говорит.
Вхожу внутрь и едва не бьюсь головой о какую-то преграду. В тусклом свете непросто осматривать подвальное помещение. Приходится напрягаться до рези в глазах, и даже так всё скрыто в сумраке.
Огненная сфера в диаметре чуть больше золотого солея помогает подсветить помещение. Пусть это не моя родная стихия, но даже такая простенькая техника сейчас даётся легко.
Множество полок создают в комнате целый лабиринт. Хранится здесь всякая хозяйственная утварь: кастрюли, тарелки, столовые приборы, горы непонятных ящиков и холщовых мешков. Последние, правда, порядком пожрали крысы, а большую часть предметов покрывает толстый слой пыли. Нечасто ими пользуются по назначению.
От моего света разбегаются стайки здоровых бурых тараканов, для которых защитная формация не помеха. Одну из стен заполняют бочки, стоящие друг на друге в несколько уровней.
— Помогите, прошу! Хотя бы каплю воды! — снова зовёт женский голос из недр этого лабиринта.
— Подожди, я скоро! — подаю голос. — Главное не шуми.
— Поняла, — звучит ответ, и мольбы прекращаются.
Я двигаюсь осторожно, не желая нарваться на какую-нибудь ловушку. Вряд ли она будет смертельной, а вот сообщить хозяйке о незваных гостях вполне может. Возле бочек задерживаюсь подольше. Мысленно подозреваю, что внутри будет вино, но характерный запах отсутствует.
Отвернув несколько простейших кранов, не сразу нахожу питьевую воду. Её здесь полно, а ведь в городе такие проблемы с водоснабжением. Ещё одно подтверждение, что хозяйка не бедствует. Подобрав с полки деревянную кружку, ополаскиваю её, наполняю и двигаюсь на голос.
Возле лестницы, ведущей на первый этаж дома, замечаю пожилую женщину. Несчастная привязана верёвкой к стальному кольцу, вмурованному в стену довольно высоко от пола. Причём её не просто опутали, а намеренно заставили страдать, посадив в жуткую позу. Руки стянуты за спиной в запястьях, так что пленнице приходится сидеть на коленях, согнувшись головой в пол.
Использована обычная верёвка. Никаких техник. Лишь узлы связаны довольно искусно. Видно, создатель знает в этом толк.
Освободив узницу, протягиваю ей кружку.
Одета она достаточно просто, даже бедно. Как служанка или какая-нибудь прачка. При виде меня исхудавшее посеревшее лицо женщины преображается. Отголосок надежды сменяется внезапным порывом, с которым она выхватывает у меня воду и жадно выпивает до дна.
— Спасибо, — незнакомка смотрит на меня снизу вверх.
— Кто ты такая? За что с тобой так обращаются? — с сочувствием в голосе спрашиваю я.
Не дождавшись ответа, протягиваю ей руку, желая помочь встать, но она качает головой.
— Не надо. Лучше привяжи меня обратно. Я заслужила это наказание. Госпожа права — от меня мало толку. Только зря еду перевожу.
— Ты служанка в этом доме? — уточняю я.
— Всё так, добрый незнакомец. Я служила госпоже ещё при её матери. Наказали же меня за то, что разбила один из её любимых сервизов, — женщина смотрит на меня без страха, покорно, тупо. — Годы уже не те, сам понимаешь. Руки плохо слушаются да и глаза подводят.
— Тогда почему ты не уйдёшь?
С кашлем из её рта вырывается сдавленный сухой смех.
— Мне некуда идти. Детей у меня нет, кого-то, кто сможет меня приютить, тоже. Кому я ещё нужна? — вздыхает служанка. — Госпожа, конечно, бывает строгой, но обычно за дело. А так-то она неплохая женщина. Пусть порой и грубая, но всё же мне, как дочка, ведь росла у меня на руках.
Собеседница ударяется в воспоминания. Мои уговоры покинуть это место она не воспринимает всерьез, да и её понять можно. Подобное обращение с прислугой в Империи не редкость, а её искажённое восприятие реальности вряд ли смогут изменить слова незнакомца.
— Прошу, просто оставь меня здесь. Не знаю, зачем ты пришёл сюда, но за то, что дал мне попить, рассказывать о твоё визите не буду. Если, конечно, сам себя не выдашь, — говорит она. — Много денег здесь ты всё равно не найдёшь. Госпожа хранит их в другом месте. Ты же не за её жизнью пришёл? — внезапно пристально изучает меня пленница.
— Нет, — качаю головой. — Хочу разыграть одного из её постояльцев. Просто небольшой дружеский визит.
— Так я тебе и поверила, — кряхтит женщина. — Только не убивай её, другой дочери у меня нет!
— Да не трону я твою госпожу! — разозлившись рявкаю, с
