особенно вблизи своей работе. - Любезный что здесь происходит? Вы разве не знаете, что здесь редакция газеты «Пионерская правда»? Потрудитесь немедленно убрать отсюда это!
Грузчик в темном фартуке и мятой кепке, стоявший у ближайшего грузовика, даже ухом не повел на замечание. Как смолил папиросу с вонючим табаком, так и продолжал смолить. Подошедший ближе, Андреев тут же начал кашлять. Табак оказался исключительно заборист. Поразительно, как такое, вообще, можно курить.
- Я же сказал вам убра…
Андреев уже достал удостоверение, чтобы показать этим невеждам, как его потянули за рукав. Он повернулся и встретился с взглядом Николая, своего зама. У того явно что-то случилось, если судить по ошарашенному лицу. Таким его еще никогда не видел.
- Иван Михайлович, вы это видели? Это же поразительно! Столько писем даже в «Правду» не приходят. А ведь это только начало, - парень качал кудрявой головой, словно никак не мог прийти в себя. – Час назад с почты звонили. Сказали, что нужно еще ждать…
Главный редактор непонимающе качнул головой. Что поразительно? Какие еще письмо он должен был видеть? Что здесь, вообще, происходит? А связать в единое целое слова своего заместителя и грузовики с мешками у редакции он еще не удосужился.
- Вот же, Иван Михайлович! Разве не видите! Это же письма к нам в редакцию! И в кузове тоже! И в том тоже! Они только-только разгружать начали.
- Я все равно не понимаю, - растерянно пробормотал Андреев, снимая очки и начиная протирать стекла. Всегда так делал, когда с ним случалось что-то непонятное, какая-то несуразица. – Вы утверждаете, что здесь письма? – его подчиненный кивнул, улыбаясь во весь рот. – И там тоже? И там? Костя, что то ты совсем меня запутал.
И немудрено было запутаться. Столько писем газета никогда за свою историю не получала. Пионеры, конечно, писали, но не в таких же объемах.
- И если во всем этом письма, то откуда они пришли и, главное, почему?
В руке кудрявого, словно по мановению волшебной палочки, появилась пара конвертов. Видимо, заранее взял и даже успел прочитать, если судить по вскрытым конвертам.
- Помните то письмо из Инсарского района? Про пионера, выславшего нам деньги и попросившего построить танк? Мы ведь написали о нем на второй полосе газеты…
Андреев, поправив очки на носу, взял письма у своего зама. Конечно, он помнил то чудное письмо. Никогда ничего подобного в редакцию не приходило.
- Помню… И говоришь, это все связано? – главный редактор растеряно обвел взглядом гору мешков. – Поразительно! И что в ответах пишут тогда?
Вытащил из конверта одно из писем и, подслеповато щурясь, начал читать вслух:
- Здравствуйте, дорогая редакция! Меня зовут Кирил Хазин. Я, как и Миша Старинов, хочу помочь нашей армии. Я копил на новые коньки, но отдам все деньги вам. Прошу Вас передать их Мише на танк! Пусть наш танк как можно скорее отправится бить фашистов… Вот тебе раз.
Из конверта показались несколько бумажных купюр. По всей видимости, это и были не самые деньги, которые Кирилл накопил на коньки.
- Коля, и там тоже деньги? – до главного редактора только сейчас дошло, что эти мешки не просто тысячи детских писем, но и очень много денег. А это уже совсем другое дело, за которое можно было с легкостью угодить под суд. – Николай! Слушай меня внимательно! – он едва не подскочил на месте. – Немедленно, повторяю, немедленно, нужно занести все мешки и коробки к нам в редакцию! Не дай Бог, пропадет хоть что-то! А я… Мне нужно срочно позвонить… Коля, дорогой, давай, давай, шевелись!
Андреев уже был на крыльце редакции. Тяжело дыша (проклятая астма, будь она неладна), поднялся на второй этаж и открыл большую деревянную дверь. Ему срочно нужно было позвонить.
- Девушка, Наркомпрос[1], пожалуйста. Потемкина Владимира Петровича, - все еще задыхаясь, прохрипел он в телефонную трубку.
Владимир Петрович, давний его друг, сейчас занимал должность народного комиссара и мог ему подсказать, что сейчас делать. Ведь, ситуация, в которой он оказался была более чем щекотливая. Публикуя письмо того мальчика, он и не думал, что это обернется таким валом писем, и главное, денег. Теперь нужно было срочно это как-то оформить.
- Владимир Петрович, здравствуй дорогой! Да, да, здоров! Извини уж, что прерываю. Очень совет твой нужен! Прямо позарез…
В трубке явно удивились. Похоже, Потемкин не очень понимал, чем он мог помочь своему товарищу.
- Дело вот в чем. Не так давно к нам в редакцию пришло письмо от одного мальчика, который решил все заработанные им деньги отдать на строительство танка. Нас попросил разместить свое письмо в газете и призвать других детей поступить точно также…
Через некоторое время Андреев закончил. Правда, говорил уже спокойнее. Выговорился:
- … А теперь понимаешь, что тут происходит? Наша редакция сейчас напоминает почтовый склад, заваленный не только письмами, но и деньгами! Что делать?
Товарищ оказался опытным. Выходило, не зря занимал ответственный пост. Сразу же предложил несколько важных ходов, которые нужно было сделать немедленно:
- … Говоришь, это настоящий почин?! Хорошо! Пусть будет так. А назвать, говоришь, можно «Детский фонд обороны». Красиво звучит, по-настоящему! – восхитился главный редактор газеты. Название ему очень понравилось. Очень емко прозвучало. – А потом что? Значит, нужно открыть отдельный распорядительный счет и класть туда все присланные деньги? Понял, сегодня же открою. Так… И это сделаю… Подожди-ка, известить Кремль? – тут его голос дрогнул. Потемкин настоятельно советовал немедленно обо всем этом сообщить в приемную товарища Сталина. Мол, такого рода почин обязательно заинтересует его и непременно вызовет поддержку. – Понял, Володя, понял. Сразу же после разговора с тобой и позвоню…
Но положив телефонную трубку, Андреев надолго замер. Предложение позвонитьприемную Сталина совсем не показалось ему верным. Время сейчас было не самое подходящее для такого звонка. Враг, словно одержимый рвался к Москве, а он будет отвлекать товарища Сталина от важных дел.
- Не-ет, - покачал головой мужчина, отхлебнув немного давно уже остывшего чая. Стакан, похоже, со вчера здесь стоял. – Мы поступим иначе. Напишем письмо и отправим почтой. А в секретариате разберутся, нужно это знать товарищу Сталину или нет.
Вздохнув с облегчением, главный редактор встал. Похоже, свалившиеся проблемы удается решать.
- Кстати, а с этим мальчишкой нельзя терять связи… Вдруг, там решат, что этот почин нужно
