взгляд в зеркале. Волосы взлохмачены, на щеках нездоровый румянец, глаза бешеные. Хочется орать и плакать. Меня трясёт так, что я сползаю с бортика ванны на пол, скулю от обиды и боли. Прикусываю кулак, стараясь взять себя в руки, надо помыться.
А дальше что? Не хочу его видеть, не хочу говорить с ним. Только не сейчас. За дверью слышны шаги, и какие-то метания. Мне страшно, что он будет ломиться в ванну и что-то выяснять. Хлопок двери. Вздрагиваю. Ушёл.
Спасибо, Господи. Утыкаюсь носом в колени, реву. Кто ж знал, что у качка такой большой член, и болтливый язык. Ужасный секс. Утешает что с ним он первый и последний.
Глава 8. Кай
Какой нормальный мужик после секса думает о нём ещё сутки? Это что за х*йня?
Причем о плохом сексе. Это вообще что было? Соколова не кончила, сам кончил кое-как, чисто механически.
Кто знал, что она окажется девственницей?
Я думал, такое только в фильмах бывает. Двадцать первый век на дворе и ей восемнадцать. Да сейчас школьники лет с тринадцати начинают трахаться, и к восемнадцати у всех уже приличный стаж.
Как она умудрилась остаться целкой? Ещё и в интернате? Просто ох*еть.
А девочка— кремень, когда вошёл в неё и почувствовал преграду, сам себе не поверил. А Соколова только шипела и глаза прятала.
Дура, предупреждать, блять надо.
Но остановиться уже не смог.
Несколько секунд заставил себя не двигаться.
Чтоб немного привыкла, и резко толкнулся глубже, а она даже не заорала, хоть и видел, что ей больно, чувствовал какая узкая и тугая.
Только зашипела от боли и сцепила зубы. И пока трахал глаза от меня прятала.
Вот тебе и школьница. Дрянь упрямая.
Какого хера я не воспользовался защитой? У меня ведь полные карманы. Потом вообще не вытащил и кончил в девчонку, а это уже совсем плохо.
Она какая-то неправильная, рядом с ней мой мозг шлёт меня на хер.
А адекватность и инстинкт самосохранения в сговоре с мозгом.
Теперь ясно, что ЗППП она меня вряд ли наградит, а ребёнком? От первого раза вообще беременеют? Мать, как-то говорила, что у неё только один раз был с отцом, секс один, — а ребёнка от него два. Блять.
Никогда себе такого не позволял.
Но мне понравилось. Понравилось в Соколову. Пиздец.
Перед глазами картинка как после она торопливо сползла с кровати.
Брезгливо поморщилась, когда поняла, что из неё вытекает. Завернулась в простыню и убежала в ванну.
Ей очень больно?
Вся лёгкость разом куда-то делась, будто и не было разрядки минуту назад. Только одно желание, побыстрее свалить.
На кровати, на белых простынях красное пятно выделялось особенно ярко.
Сукааааа. Сглотнул. Огляделся в поисках одежды, пока натягивал трусы, заметил, что член в крови. Где в этом клоповнике салфетки? В ванной наверно. По*уй, дома помоюсь. Из номера летел через три ступеньки, внутри всё горело и бушевало, меня нехило потряхивало.
Сам толком не мог понять своих эмоций. Я был разочарован в себе, в ней, в этом тупом трахе. Так долго хотел её. И так всё тупо получилось.
Ей не понравилось. Эта мысль разъедала, шипела и пузырилась. Бесила. Да кому вообще может понравиться первый раз? Больно, грязно. Меня это вообще не должно волновать. Хотел— получил. Всё.
Как в дешёвой мелодраме, привёз её трахаться в номер отеля, не самого хорошего причём. Клоповник какой-то. Надо было всё-таки люкс брать и в приличном месте, чтоб все нормально сделать.
Свободных люксов не было. И честно боялся, что Соколова передумает, да и вечный стояк на неё нехило давил на мозги.
Так что они работали только в одну сторону. Затащить Машу куда-нибудь подальше от людей и отлюбить. До приличного места надо было ехать долго, да и бронировать заранее. Уже садясь в машину, понимаю, что кинул Соколову практически за городом, как она выберется отсюда?
Машины у неё нет, всё-таки пригород.
Лбом на руль, руки противно дрожат, во рту пересохло. Хочется пить и прокашляться. Проораться. Пару раз ёбнул по консоли. Гадство.
Быстро вернулся в отель, попросил администратора вызвать такси для девушки из тридцать восьмого, когда она будет готова покинуть это милое место.
Кинул на ресепшен три купюры по пять тысяч, у администраторши глаза на лоб полезли.
— Это на такси и вам за беспокойство. — и на новые простыни добавил мысленно.
Зачем я вообще оправдываюсь и перед кем? Всё проехали. Живём дальше.
Пора заканчивать с этими утопическими настроениями. А Соколова? Что с ней будет-то? Доберётся как-нибудь. Хоть бы таксист увёз её в Сызрань, а лучше в Магадан, с глаз долой.
Раз работать всё равно не получается и в голову лезет всякая херня. Будем отдыхать.
Выдыхаю, ощутимо треснув себя по морде, нахер такие думы. Соколова переживёт, интернатовская как-никак, закалённая. Сегодня я её не видел. Она вообще была на работе?
Да, блять.
Оттолкнувшись от стола, делаю пару кругов по кабинету на кресле, гипнотизирую айфон. Набираю на дозвон последний вызов. Макс отвечает практически сразу.
— Здорово, Айс! Ничего не говори, вангую что ты заебался и хочешь отдохнуть?
— Ты просто мечта, а не мужик. Был бы бабой, я б тебе дал.
— У тебя нет шансов — ржёт друг— Давай тащись в "Перец",я всё организую: вкусную жрачку и приятную компанию.
Прям то, что доктор прописал.
Надо расслабиться.
Хочется набухаться, забыться и наконец-то нормально потрахаться.
Глава 9. Кай
Четыре часа в клубе и нихуя. Трезвый и злой. Бывают такие моменты, когда ничего не берёт и не срабатывает.
Сегодня все раздражает: громкая музыка, официантки как сонные мухи, запах и скрип кожаных диванов. И виски сегодня на вкус как клопа на языке раздавили и бестолковая Карина отчаянно виснет на мне уже второй час.
Бесит. Ногти слишком длинные, то и дело как бы случайно царапает меня ими, духи слишком сладкие и этот, заискивающий взгляд наверно именно так Му-Му смотрела на Герасима.
Уже раз пятый схватила меня за член и предложила уединиться. Не хочу я. Какой смысл?
Если из головы не идёт презрительный карий взгляд, хрупкие ключицы и босые ступни, убегающие от меня.
Опять, блять вижу как Соколова стартанула в ванну, чтоб от меня спрятаться. Как же она меня злит. И вроде я её трахал, а полное ощущение что поимели меня.
Не понравилось ей видите ли, мыться побежала. От меня отмываться.
Одного раза мало, чтоб отпустило. И это херовая новость.
Рано или поздно она свалит из моей головы, жизни и
