как успешно справилась с парковкой и выключила зажигание, я неосознанно с облегчением выдохнула.
Мысленно, а может быть даже и въявь, ухмыльнувшись самой себе, я включила радио, чтобы разрядиться ещё больше, и посмотрела на время, высвечивающееся на приборной панели: 07:10. Замечательно. Дети должны приехать ровно в половину восьмого. А как известно: всегда лучше подождать, чем опоздать.
Радио выдавало популярную песню с успокаивающим мотивом, и я даже начала напевать себе под нос знакомые слова: “Мы будем вместе навсегда, да-да… Мы сильные, мы справимся, поверь, верь в это, верь… Доверься мне, открой же эту дверь, верь-верь… Давай же, улыбнись, завтра наступит наш рассвет…”.
– Теона, предупреждаю, будь осторожнее с Тристаном, он всё ещё влюблён, – голос Рэймонда в телефонной трубке звучал с отеческой теплотой – я готова была поставить свою шикарную палатку на то, что говоря мне эти слова он тихо улыбался.
– Что, всё ещё?! – в моём голосе звучала неприкрытая насмешка и удивление, хотя не знаю, была ли я действительно удивлена. Скорее всего это была наигранная интонация, которую все люди без исключения используют в неловких диалогах.
– Может быть даже ещё сильнее.
– Ха-ха! Забей, всё будет в полном порядке! Мы ведь родственники!
Мой последний разговор с Рэймондом оставил послевкусие неловкости, которой между нами ни разу в жизни не случалось до лета прошлого года. Я могла выпалить на его слова о “якобы чувствах” Тристана по отношению ко мне интонацию: “Ха-ха!”, – но никакого “ха-ха!” на самом деле я не ощущала. Именно по этой причине я не виделась с семьёй брата на протяжении целого года, что само собой было ненормальным. Возможно, я выбрала неправильную тактику и мне наоборот стоило не отстраняться, но кто знает, что на самом деле можно назвать правильным?
Перед SsangYong Korando Turismo, стоящим справа от меня, остановились двое мужчин, оба не старше сорока лет и оба крупного телосложения. Между собой они были очень похожи, даже тенниски на них были одного пошива, только разной расцветки, так что я восприняла их за братьев. Я как раз переключала радиоволну, поэтому когда их разговор долетел до моего слуха, я невольно нажала на клавишу отключения колонок, чтобы определить, откуда именно просачивается звук, и почти сразу заметила, что моё заднее пассажирское окно слегка приоткрыто:
– Говорят, что летний лагерь закрыли из-за вспышки ветряной оспы, – говорил тот, что выглядел на пару лет старше.
– Да ну, Фрэди, мы ведь с тобой оба бывшие военные, не притворяйся, что не понимаешь.
– Всерьёз думаешь, что это из-за того, что творится в Америке?
– Не только в Америке. Ты ведь сам читал ту статью. Уже в Африке появилось.
– Говорят, что дети не подвержены этой заразе.
– Смотря какие дети. Мелкие, вроде как нет, а те что постарше, вроде твоего Макса или моей Лин, вроде как могут быть и подвержены, потому что они уже вроде как и не дети, а подростки.
– Подростки тоже дети.
– Ты понимаешь, о чём я говорю, Фрэди… В любом случае, правительство не расскажет нам о том, связано ли это с этим новоявленным вирусом или нет. Пока не прижмёт.
– Может быть это и правильно: смысл поднимать панику на пустом месте? На нашем континенте этой дряни всё ещё нет, так что…
Мужчина не успел договорить свою мысль из-за максимально неожиданного происшествия, заставившего меня вздрогнуть и неосознанно оторвать руки от руля, и выставить их ладонями перед собой: всего в каких-то пяти метрах от моего бампера столкнулись две машины. Блестящий зелёный Cabriolet не справился с управлением и, выехав на соседнюю полосу, въехал в ехавший ему навстречу, подержанный тёмно-синий автомобиль выпуска не позже 70-ых лет, но вместо того, чтобы закончить движение, Cabriolet, за рулём которого сидела крашеная блондинка примерно моего возраста, резко сдал назад и в следующую секунду рванул вперёд. Не прошло и десяти секунд с момента аварии, а её виновницы уже не было на месте – она на полной скорости, с визгом резко притармозивших на повороте шин, пронеслась через всю парковку в сторону жилого квартала и скрылась за зданием центрального банка.
Первым моим порывом было выйти из машины, чтобы помочь пострадавшему водителю, но к помятой машине сразу же подтянулись четверо мужчин, включая тех, чей разговор я невольно подслушала. Один из них поднял бампер, оставленный на месте происшествия виновником, кто-то начал куда-то звонить, кто-то помогать покинуть водительское место ошарашенной женщине. На вид пострадавшей автомобилистке было лет шестьдесят, она вся была в сером и сама по себе она была серая в буквальном смысле этого слова: серые брюки и кардиган, серые волосы и посеревшее от испуга и непонимания происходящего лицо.
На парковке началось активное движение. Сначала я решила, что это из-за аварии, но почти сразу заметила, куда именно обращено большинство взглядов резко оживившихся людей: на парковку въезжал школьный автобус ярко-жёлтого цвета. Я машинально посмотрела на часы: 07:20 – на целых десять минут раньше заявленного времени. Хорошо, что я додумалась приехать пораньше.
Вытащив ключи из замка зажигания, я поспешно вышла из машины и направилась в сторону места, на котором уже парковался школьный автобус. Проходя мимо пострадавшего автомобиля, я оценила его разбитую правую фару и сильно помятое крыло, и ещё раз выдохнула от мысли о том, как же близко это было. Очевидно, что та сумасшедшая блондинка просто не справилась с управлением, но поверни она руль не влево, а вправо, и сейчас бы без фары осталась я, а не эта серая дама, панически перебирающая список контактов в своём телефоне.
До сих пор бывшая сонной, парковка вдруг в буквальном смысле пробудилась. Люди обступили прибывший автобус со всех сторон, как будто в нём сидели не их дети, а какие-нибудь суперзвёзды минувшего века, на которых уже давно никто не надеялся посмотреть вживую.
Не желая участвовать в давке, я не стала заходить в толпу. Вместо этого, пройдя вперёд на приличное расстояние от аварийного места, я встала на бордюр и, положив руки в передние карманы джинс, начала высматривать своих племянников.
Стоя в прохладной тени тополей, я внимательно наблюдала за залитой утренним солнцем парковкой. Первые дети начали выходить из автобуса, но среди них я не видела своих парней. Впрочем, моё ожидание продлилось совсем недолго. Первым из автобуса выпрыгнул Спиро. Отметив, что за прошедший год парнишка заметно вытянулся, я неосознанно ухмыльнулась и замахала ему рукой, но к этому моменту он уже успел заметить меня. Сначала он терпеливо протискивался
