Раб
О раб, кто заковал тебя В тяжкие оковы?Цепи на меня надел Мой властелин суровый.Казалось: стану всех сильней, Будут все в плену.Скопил я в тайниках моих Царскую казну.На ложе властелина спал Я в глубине подвала.Очнулся – вижу: цепь меня К богатству приковала.
Раб, а кто сковал тебе Эти кандалы?Я их со страстью сам ковал, Не знал, что тяжелы.Казалось: мир я покорю Силою великой,Всех прочих превращу в рабов. Буду сам владыкой.Я день и ночь ковал, ковал, — И цепь моя росла.Мой молот бил. Удар. Еще. Ударам нет числа.Когда закончил я ковать Нервущиеся звенья,Гляжу: опутан цепью сам И нет мне избавленья.
Путник
О скиталец, скиталец, неужели в дорогу пора? Посмотри, посмотри – непроглядная мгла кругом!Небо тускло и немо, уснули, устав, ветра, И деревья тамала[34] утонули во мраке густом.Яркий свет зажигается в нашем доме опять, Звуки льющейся флейты прямо к сердцу идут,И гирлянды цветов еще не успели увять, И глаза молодые еще неусыпно ждут. Неужели разлуки нам сейчас не минуть? О скиталец, скиталец, неужели отправишься в путь?
Мы не держим тебя, чинить не хотим препон, Уезжай, коли хочешь, немедля в любые края,Конь накормлен и взнуздан, седока поджидает он, Возле дома давно стоит колесница твоя.Лишь одним, лишь одним мы дорогу твою преградим: Пусть печальная песнь задержит тебя близ нас.Мы пытались на миг привязать тебя к душам родным Заклинающим взглядом заботливых, дружеских глаз, Путник, бессильны мы остановить тебя. Лишь глаза наши плачут, безмолвно прося и скорбя.
Отчего так устало, так мятежно сейчас глядишь? Почему ты уходишь, в глухую темень спеша?О, какою тревогой наполнена черная тишь? Чьим посланьем настигнута мятущаяся душа?Семь сияющих звезд – семь небесных святых — Заклинанье неведомое прочли во мраке слепом —И безмолвная тьма душой овладела вмиг, И уходишь ты в ночь, покидая наш светлый дом. Бессловесное что-то, не известное никому, Подослало гонца и позвало в безбрежную тьму…
Если эти края и люди тебе не сродни И не по сердцу этот невозмутимый покой —Погашу я тогда бессонные эти огни И мелодию флейты прерву послушной рукой.И останемся мы… Будет ночь тишиной полна, Лишь цикады в лесу томительно заверещат.И засмотрится в окна состарившаяся луна И на тебе остановит свой неподвижный взгляд… О плененный дорогой! Поразмысли, постой! Какой одержим ты тревогой? Какою томим тоской?
Из книги «Жертвенные песни» («Гитанджали»)
1910
* * *
Ты струны старые сними С ситара[35] по одной —Теперь на новый лад его настрой. Окончился дневной базар, Дневную песнь допел ситар; Неси вечеровую песнь К творцу в покой — Теперь на новый лад ситар настрой.
Скорее двери отомкни, — Как темен небосвод!Пусть немота семи миров[36] Под кров к тебе войдет.
Былую песнь допеть пора, Иная, лучшая игра Теперь нужна! Пойми, пойми: Ситар не твой! Теперь на новый лад его настрой.
* * *
Когда я думаю: «Конец!» — Догадка неверна,Ты вновь приказываешь мне: «Пусть прозвенит струна!» Иная песнь, иной порыв! Трепещет сердце, вновь ожив, Стезею песни я бреду, Но цель мне не видна.
Когда, закатом позлащен, Печально допоюМою вечеровую песнь, Мелодию мою, Ночная песнь начнет опять, Мне наполняя жизнь, звучать, И вновь на веждах у меня Нет ни крупицы сна.
Из книги «Гирлянда песен» («Гитималло»)
1914
* * *
Подошел отдачи первый срок,Жизнь была похожа на цветок, Лепестков не счесть в его короне. Щедрый, он нисколько не в уроне, Отдавая ветру лепесток.
А сегодня, на исходе лет,Лишнего в руках у жизни нет. Клонится она покорно долу, Словно в пору жатвы плод тяжелый Сердце чье переполняет сок.
* * *
Когда страданье приведет Меня к порогу твоему,Ты позови его и сам Дверь отвори ему.Оно все бросит, чтоб взаменИзведать рук счастливый плен;
Тропою поспешит крутой На свет в твоем дому…Ты позови его и сам Дверь отвори ему.
От боли песней исхожу; Заслушавшись ее,Хоть на минуту выйди в ночь, Покинь свое жилье.Как стриж, что бурей сбит во мгле,Та песня бьется по земле.Навстречу горю моему Ты поспеши во тьму,Ах, позови его и сам Дверь отвори ему.
Из книги «Песни» («Гитали»)
1914
* * *
Облако молвило: «В путь мне пора».Ночь говорит: «Уходить я должна».Море вздохнуло: «Вот берег.Дальше не плещет волна».Печаль прошептала: «Я след Его ног.Пребуду безмолвною в мире тревог».«Я» говорит: «Исчезаю.Здравствуй, вечная тишина».
Вселенная шепчет: «Гирлянду почетаСплела я тебе, не забудь!»Небо сказало: «Сто тысяч светильниковТвой осветили путь».Любовь сказала: «Из века в векЯ бодрствую ради тебя, человек».Смерть говорит: «Ладьей твоей жизниПравлю я лишь одна».
Из книги «Журавли» («Болака»)
1916
Всеуничтожение
Везде царит последняя беда.Весь мир она наполнила рыданьем,Все затопила, как водой, страданьем.И молния средь туч – как борозда.
На дальнем бреге смолкнуть гром не хочет,Безумец дикий вновь и вновь хохочет,Безудержно, не ведая стыда.Везде царит последняя беда.
Разгулом смерти жизнь пьяна теперь,Миг наступил – и ты себя проверь.Дари ей все, отдай ей все подряд,И не смотри в отчаянье назад,И ничего уж больше не таи,Склоняясь головою до земли.Покоя не осталось и следа.Везде царит последняя беда.
Дорогу должно выбрать нам сейчас:У ложа твоего огонь погас,В кромешном мраке затерялся дом,Ворвалась буря внутрь, бушует в нем,Строенье потрясает до основ.Неужто ты не слышишь громкий зовТвоей страны, плывущей в никуда?Везде царит последняя беда.
Стыдись! И прекрати ненужный плач!От ужаса лицо свое не прячь!Не надвигай край сари на глаза.Из-за чего в душе твоей гроза?Еще твои ворота на запоре?Ломай замок! Уйди! Исчезнут вскореИ радости и скорби навсегда.Везде царит последняя беда.
Ужель твой голос скроет ликованье?Неужто в пляске, в грозном колыханьеБраслетам на ногах не зазвучать?Игра, которой носишь ты печать, —Сама судьба. Забудь, что было прежде!В кроваво-красной приходи одежде[37],Как ты пришла невестою тогда.Везде, везде – последняя беда.
Труба
Твоя труба лежит в пыли, И не поднять мне глаз.Стих ветер, свет погас вдали. Пришел несчастья час!Зовет борьба борцов на бой,Певцам приказывает – пой!Путь выбирай быстрее свой! Повсюду ждет судьба.Валяется в пыли густой Бесстрашия труба.
Под вечер шел в молельню я, Прижав цветы к груди.Хотел от бури бытия Надежный кров найти.От ран на сердце – изнемог.И думал, что настанет срок —И смоет грязь с меня поток, И стану чистым я…Но поперек моих дорог Легла труба твоя.
Свет вспыхнул, озарив алтарь, Алтарь и темноту.Гирлянду тубероз, как встарь, Сейчас богам сплету.Отныне давнюю войнуОкончу, встречу тишину.Быть может, небу долг верну… Но вновь зовет (в рабаВ минуту превратив одну) Безмолвная труба.
Волшебным камнем юных лет Коснись меня скорей!Пускай, ликуя, льет свой свет Восторг души моей!Грудь мрака черного пронзив,Бросая в небеса призыв,Бездонный ужас пробудив В краю, что тьмой одет,Пусть ратный пропоет мотив Труба твоих побед!
И знаю, знаю я, что сон От глаз моих уйдет.В груди – как в месяце срабон[38] — Ревут потоки вод.На зов мой кто-то прибежит,Заплачет кто-нибудь навзрыд,Ночное ложе задрожит — Ужасная судьба!Сегодня в радости звучит Великая труба.
Покоя я хотел просить, Нашел один позор.Надень, чтоб тело все закрыть, Доспехи с этих пор.Пусть новый день грозит бедой,Останусь я самим собой.Пусть горя, данного тобой, Наступит торжество.И буду я навек с трубой Бесстрашья твоего!
Шах Джахан[39]
