— Еще скажи, что ты для меня подарок, — снова начал Руслан. — Луч света в темном царстве!
— Да, может, и луч! — насупилась Маруся.
— Вот не верится, что ты из порядочных, раз попала в такую ситуацию, — вздохнула Юлия Валерьевна. — Ладно еще наш оболтус, но для женщины такое поведение недопустимо. Ведь не двадцать лет-то уже.
— Не двадцать, — согласилась Маруся, натягивая на себя простыню и вытирая лицо.
— А штамп останется у тебя в паспорте! Прикинь! — обратилась к сыну Юлия Валерьевна. — Был женат один день на какой-то гражданке Брошкиной! Кто она? Откуда она? Позор на наши с отцом седины! Ой! — вскрикнула женщина и осела на мягкий пуфик.
Руслан мгновенно перестал смеяться.
— Что? Что, мама? Тебе плохо? Сердце?
— А ты думаешь, что матери в такой ситуации может быть хорошо? Я сейчас подумала об отце. Он же еще не знает, что ты женился! Вчера ходил мрачнее тучи, потому что видел рыдающую Симу, и как я ее успокаивала! Он был уверен, что ты просто в последний момент передумал, испугался, да что угодно! Но Тамерлан еще не знает главного! Про твою Брошкину…
— Ну, что я оболтус, отец знает давно! — успокоил мать Руслан.
— Брошкина! Умереть, не встать… — с ужасом посмотрела на Марусю Юлия Валерьевна. — Что мы ему скажем?
— Мама, успокойся! Он поймёт, — ответил Руслан, и стало ясно, что он до сих пор побаивается отца.
— А знаете что? Если вы все боитесь, давайте я скажу? А что? Меня он не знает. Приду и скажу, что ваш сын женился на мне. В принципе ничего страшного, — предложила свою помощь в решении их семейных проблем Маруся.
— Мы в своей семье разберемся сами, — отрезала Юлия Валерьевна, поджав губы.
— А я теперь ваша семья! Шучу! — сказала Маруся, гордо прошествовала мимо них в ванную, но остановилась в дверях. — А, кстати, где я?
— В отеле. Нас сюда транспортировали как молодоженов в невменяемом состоянии из ресторана, — пояснил Руслан.
— Да? А я не помню, — задумалась Маруся.
— Я нес тебя на руках, а ты громко храпела. Я это точно помню. Но меня тоже поддерживали под руки.
— А у нас что-то было? Извините, — повернулась Маруся к свекрови.
— Ты про первую брачную ночь? — уточнил Руслан и снова расплылся в улыбке. — Не бойся, мы были не в том состоянии. Но еще наверстаем, гражданка Брошкина.
— Какая пошлость! Фу! — воскликнула Юлия Валерьевна, снова вытирая то ли пот, то ли слезы.
— Я в душ, душа моя! — кокетливо сказала Маруся Руслану.
Она вошла в душ, посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась. Бледное лицо, красные глаза и огромные черные разводы от косметики.
— Какой кошмар! — воскликнула она, не выдержав. — Я похожа на панду! Мне не хватает только ветки бамбука во рту. Ой, во рту просто… Чего же я выпила вчера? Намешала черт знает что!
Она принялась умываться гостиничным гелем. Средства для снятия макияжа не было, и пришлось долго оттирать черные разводы с лица, а они сходили очень плохо, глаза воспалились и щеки покраснели.
Вышла она из ванной уже в первозданном виде Руслан присвистнул:
— Ну, вот и познакомились! Наконец лицо твое вижу! Нормальное лицо, надо сказать.
Руслан тоже пошел в душ, а Маруся села за круглый стол рядом с его матерью и взяла чашечку кофе, чудесным образом появившуюся на столе, пока она мылась в душе. Юлия Валерьевна задумчиво посмотрела на нее:
— А кто ты?
— В смысле?
— Какое у тебя образование, чем занимаешься, — пояснила Юлия Валерьевна, аккуратно отламывая кусочек шоколадки от большой плитки.
— Я журналистка по образованию, и по специальности тоже, — ответила Маруся, задумавшись, что кто-то недавно уже спрашивал у нее об этом.
— То есть образование все-таки высшее? — уточнила Юлия Валерьевна.
— Высшее, не уборщица, — подтвердила Маруся. — Но вы извините, что так получилось, я на самом деле не хотела. Я правду сказала, просто нелепое стечение обстоятельств.
— Ты была замужем? — продолжала интересоваться свекровь.
— Один раз была.
— Дети? — уточняла мать Руслана.
— Нет.
— Не хотела?
— Не получилось, а потом уже развелись, — ответила Маруся, скосив глаза на пепельницу, полную окурков. «Когда он успел столько накурить?» — Ваш сын много курит, — сказала она.
— Да. Я всегда это ему говорю. Откуда ты знаешь? — вздрогнула Юлия Валерьевна.
— Поняла вчера, — ответила Маруся.
— Ты точно не следила за моим сыном, не знала его и не охотилась за ним?
— Я? Что мне сделать, чтобы вы поверили? Да, я реально приняла его за таджика, которому должна была помочь с гражданством и пропиской. О чем вы? Я увидела его только вчера! Клянусь! Да и чего вам бояться? Вы же слышали, что между нами ничего не было! — ответила Маруся и встала. — Я пойду.
— Куда? — ахнула мама Руслана.
— На работу. Там не в курсе, что у меня была свадьба.
— Но Руслан…
— Не думаю, что я ему нужна за завтраком, вам есть о чем поговорить, — сорвалась с места Маруся и, схватив сумку, выскочила из номера.
Нет, она успела оценить роскошь номера. Кровать, как оказалось, в форме сердца, пожухлые лепестки роз, которые устилали покрывало, теперь валялись на полу, на пушистом ковре. Горничной придется здорово попотеть, чтобы убрать весь этот гербарий. Большие окна, ниспадающие шелковые шторы нежного цвета кофе с молоком. И белая мягкая мебель… Жаль только, что побыла она в номере недолго…
Глава 6
Растерянная Маруся отправилась за советом к бывшему мужу. Олег Наумович Терехов принял ее в своем кабинете и внимательно выслушал. Он не удивился ее приходу, эксцентричность Маруси была широко известна, но из рассказа бывшей жены мало что понял.
— Что-то ты мне не нравишься, — сказал он.
— Я тебе давно не нравлюсь. Надеюсь, ты помнишь, что мы с тобой разошлись, — нервно дернула она плечом.
— Эх, Маруся! Я не об этом. Ты же знаешь, что мое чувство к тебе постоянно, — улыбнулся он.
— Твоими бы устами да мед пить! Сладкоголосый наш! — фыркнула Маруся.
— Ладно, не злись. Нервная ты какая-то.
— Послушай, что ты мне посоветуешь?
— Ты-то сама что об этом думаешь? — Олег подался вперед. — Неужели что-то наклюнулось на личном фронте?
— А тебе-то какое дело? — Маруся занервничала.
— Так я же на твоей стороне. Я только порадуюсь! Честно! Ну, так что там? Втюрилась?
— Нет.
— Легкий флирт? Симпатия?
— Нет, — все больше мрачнела бывшая жена.
— Ты пугаешь меня. Настоящее чувство? Это в твоем-то возрасте? — скрывая улыбку, сказал Олег, внимательно посмотрев ей в глаза.
