Свое видение «тотального наступления» П. В. Бота подробно изложил в выступлении в парламенте в 1982 г.:
...
Комиссия Стейна [122] подтвердила существование «тотального наступления», а именно тот факт, что это наступление на Южную Африку ведется не на каком-то одном направлении, но рассчитано на то, чтобы изъять нашу страну из той сферы, в которой она развивалась веками, и поместить ее в другую, марксистскую и коммунистическую… Наступление является результатом экспансионистской политики Советской России и так называемой освободительной борьбы, в которой она [Россия. – А. Д., И. Ф .] объединяется с «черными» организациями и эксплуатирует «черный» национализм в своих целях.
Это факт, что Советская Россия выбрала Южно-Африканскую Республику своей целью. Причина не только в том, что мы ей нужны, но и в том, что она хочет использовать нас в борьбе против Запада. Логика – в стратегическом положении и минеральных богатствах ЮАР. Советская Россия считает, что если она сможет установить контроль над поставками Западу ближневосточной нефти и южноафриканских полезных ископаемых, то она будет господствовать над Западом и принудит его подчиниться. Поэтому борьба, которую Советская Россия помогает вести и которую она все больше разжигает на Юге Африки, имеет отношение к тотальному наступлению и на Запад тоже… Тотальный характер наступления определяется сочетанием советского стремления к мировому господству с борьбой организаций Черной силы [123] за политическую власть и взаимодействием между ними.
Россия использует подставные силы, такие как АНК, о котором теперь говорят с таким уважением… С каких пор он стал политической партией? АНК – орудие коммунистической партии и Советской России, используемое для подрыва этой страны. Советская Россия обучает его, вооружает и предоставляет ему специальную информацию. И этой организацией управляет коммунистическая партия, которая запрещена в нашей стране, но которая уже давно проникла в руководящие структуры АНК…
В политической сфере, которая включает в себя психологическую, религиозную, социальную и экономическую сферы, Советы используют как фасад международные организации, такие как движения против апартхейда, профсоюзы и их объединения, а также Организацию африканского единства. Внутри страны для подстрекательства к волнениям и недоброжелательству используют Черную силу. В некоторых кругах на Западе превалирует неверное представление о коммунизме, заключающееся в том, что он не очень вреден и опасен для человечества. Из этого извлекается полная выгода… [124]
Внешнеполитическая часть доктрины «тотального наступления» подробно изложена в послании Боты премьер-министру Великобритании М. Тэтчер, датированном 5 февраля 1980 г.:
...
В эпоху Брежнева Советский Союз значительно увеличил свою силу и влияние по сравнению с Соединенными Штатами и Западом вообще… [Брежнев] умно использовал разрядку как ширму… чтобы пропагандировать подрывные действия и устанавливать просоветские правительства в третьем мире… Советское влияние в Европе, в Юго-Восточной и Юго-Западной Азии, на Ближнем Востоке, в Южной Аравии, в отдельных странах Северной, Восточной, Западной и Южной Африки переросло тот уровень, когда его можно было назвать опасным. Оно реально. Оно приняло устрашающие масштабы.
Нет никакого сомнения, что регион Юга Африки стал теперь главной целью советских амбиций. Контроль над обширными и ценными сырьевыми ресурсами нашего региона вместе с собственными ресурсами России позволит ей контролировать поставки промышленно развитому Западу. Контроль над Южной Африкой с ее стратегическим географическим положением, важность которого умножается ее развитыми технологиями и инфраструктурой и ее промышленными возможностями, значительно усилит это господство. В действительности оно изменит баланс глобальных стратегических сил в пользу СССР в такой степени, которая будет сравнима только [с последствиями] установления его контроля над Ближневосточным регионом…
Советская угроза, наступающая на Южную Африку, требует неотложного внимания от всех нас. Советский Союз уже закрепился в Эфиопии, Анголе и Мозамбике, и его влияние в других африканских странах представляет прямую угрозу всей Африке. Но его главная цель – Юг Африки… Если мы хотим, чтобы демократические институты сохранились где бы то ни было в Африке, Запад и умеренные африканские лидеры должны выработать общую антисоветскую стратегию… Южная Африка взяла на себя необратимое обязательство сдерживать советскую агрессию всеми силами, находящимися в ее распоряжении, независимо от последствий… Запад, похоже, загипнотизирован разрядкой и сбрасывает со счетов резкий рост советского влияния в Африке за время руководства Брежнева, так как Россия искусно работала через суррогаты и «освободительные» движения.
Важной частью советской стратегии в Африке было использование Организации Объединенных Наций и международных организаций, которые СССР контролирует, чтобы вогнать клин между Южной Африкой и главными знаменосцами свободы под предлогом того, что Южная Африка отступила от норм цивилизации… [125]
Военно-политический аспект доктрины изложен в секретном докладе «Операция „Глубинный поиск“». Автором был, очевидно, бывший сотрудник южноафриканских спецслужб, а написан доклад был, вероятно, в середине 1990-х годов. В нем говорилось:
...
На Юге Африки шла революционная и контрреволюционная война, и Южноафриканские силы обороны, особенно высший офицерский состав и Генеральный штаб, подавали ее как «тотальную войну». Эта концепция базировалась на тезисе о холодной войне и роли Южной Африки в этой войне:
– Южная Африка была последовательно антикоммунистической страной.
– Страна богата стратегическими минералами и расположена между Западом и Востоком на нефтяном маршруте.
– Поэтому Южная Африка была целью СССР.
– Южная Африка подвергалась диверсифицированному нападению со стороны Советов через АНК с его низкоинтенсивной войной внутри страны, и дипломатическому давлению с целью изолировать ее на всех фронтах.
– СССР направлял все свои ресурсы на достижение своих целей на Юге Африки.
– Это означало, что Южная Африка подвергалась тотальному наступлению со стороны СССР и его суррогатов…
В результате такого видения международной ситуации и внутриполитического положения
...
… ЮАР и ee политическое руководство все больше считали себя в состоянии войны с СССР, а значит, и с АНК и ПАК.
– Поскольку СССР отрицал, что его действия означали поддержку его суррогатов, которые вели низкоинтенсивную войну в ЮАР, правительство ЮАР с 1976 г. начало создавать такие институты, как РЕНАМО, поддержку которых оно могло отрицать, и поддерживать УНИТА [126] .
– Военное и политическое руководство видело себя все более и более «в осаде» и начало приспосабливать государственные структуры к борьбе с «тотальным наступлением»… чтобы противостоять коммунистическому наступлению [127] .
Паранойя
Эти простые построения мало поддавались логическому осмыслению. При ближайшем рассмотрении ни одна из кажущихся очевидными причин интереса нашей страны к южноафриканскому региону не имела практического смысла. Стремление перекрыть для Запада «нефтяной» маршрут вокруг мыса Доброй надежды? Стремление получить доступ к новым портам и военным базам? Продемонстрировать силу своим западным оппонентам? Заполучить южноафриканские полезные ископаемые или отрезать от них Запад? Получить доступ к сельскохозяйственным угодьям ЮАР? Уменьшить влияние Китая в Африке? Американский политолог Кристофер Макэуан, стажировавшийся в Южноафриканском институте международных отношений, проанализировал каждое из этих предположений и показал, что без полномасштабной советской (или советско-кубинской) интервенции в ЮАР ни одна из этих целей не была достижима. Но если у СССР и было, писал Макэуан, «страстное стремление к мировому господству», такая интервенция была маловероятна, так как она потребовала бы слишком большого напряжения сил со стороны СССР и Кубы, и даже тогда у СССР не было бы уверенности, что ему удастся привести своих сателлитов к власти.
Главной целью СССР, писал Макэуан, является Европа, поэтому «безопасность Южной Африки зависит от внутренних событий в Европе и от напористости США. Чем более левыми и пацифистскими становятся европейские государства и чем более изоляционистскими США, тем больше вероятность советской интервенции в Южную Африку с достижением желаемого результата без угрозы для главных интересов Советов в Европе. Кажется достаточно определенным, что нынешний упадок США и Европы не зашел еще достаточно далеко, чтобы оправдать [для СССР. – А. Д., И. Ф .] такой политический шаг, как вторжение в Южную Африку» [128] . По сути, это было опровержением доктрины «тотального наступления». Доклад Макэуана был разослан во все южноафриканские ведомства, связанные с внешней политикой, но его логика ничего не изменила.
