голос пропал, превратившись в надоедливый стук, который разносился по всему дому и достигал моих ушей.
Спать было невозможно. Еще не понимая, что именно случилось, я встала с кровати и, накинув первое попавшееся платье, спустилась вниз в поисках Адриана.
Но Кейма не было, а вот в дверь продолжили с силой стучать. Я и не думала трогать дверь, напротив, решила, что не имею права открывать гостям герцога. Все же я только названная невеста, а не настоящая госпожа этого дома. Но неожиданно знакомый голос недовольно закричал:
— Элеонора, открой дверь!
Видение! Это не что иное, как видение! Я с неверием застыла в холле, уставившись на то, как нервно дергается ручка. В дверь снова забарабанили.
— Элеонора! — раздался крик. Я закрыла глаза, вдохнула в надежде, что это страшный сон. Но, даже ущипнув себя, увы, не смогла проснуться.
— Элииииииииии!!!! — закричали снаружи.
Всякая надежда, что незваная гостья, а может быть, и гости уйдут, испарилась. Я морально подготовилась к худшему. Адриана определенно не было дома, а значит, этот бой мне придется принять одной. Выпрямила спину, собрала в кулак всю силу воли и открыла дверь.
Я ожидала услышать многое, как и увидеть. Но однозначно не думала, что увижу перед носом кучу чемоданов и кучера, который практически затолкал меня в дом, пытаясь внести чье-то многочисленное приданое.
— Элеонора! — раздался крик, и следом в дом впорхнула она, моя младшая сестра — Маргарет Ле Фокс собственной персоной.
Красивая, утонченная и как всегда безупречная. В отличие от меня, она унаследовала цвет волос отца: белые пряди тугими кольцами аккуратно спадали по плечам, слегка выбившись из прически. Светло-голубые глаза были обрамлены черными ресницами и аккуратными бровями. Даже бессонная ночь в карете и слегка небрежный вид не были способны испортить ее.
Прошел год с тех пор, как мы виделись в последний раз, и за него она стала еще более уточенной. У нее округлилась грудь, и теперь тонкая шея выглядела еще более женственной.
В этом году Маргарет должна была совершить свой дебютный выход в свет по возрасту. К этому времени я уже должна быть замужем и быть готовой помогать советами младшей сестре.
Впрочем, она в моих советах никогда не нуждалась. Ведь Маргарет с детства умела приковывать к себе внимание куда лучше, чем старшая сестра.
Я напряглась, ничего не понимая, выпрямила спину, ожидая проклятий и грубости, но Маргарет неожиданно словно ураган налетела на меня, прижавшись.
— Любимая сестра! — закричала она прямо на ухо, отчего я зажмурилась. — Ну, что же ты, не рада меня видеть?
Не рада! Вот совсем, после всех сказанных слов!
Отстранилась от наглой шантажистки и бессовестной предательницы.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я грубо, без приветствий. Не было никакого смысла играть счастье.
Маргарет захлопала глазами, а ее губы задрожали, словно она вот-вот заплачет, но если это и действовало раньше, то сейчас точно не станет.
— Прошу тебя, только не разыгрывай этот театр со слезами, — тут же сказала я, скрестив руки. — Твои слезы на меня больше не действуют!
Маргарет захлопала глазами, а после надулась. Была у нее такая привычка. Когда Маргарет злилась, щеки у нее становились немного пухлее, и отец в таких случаях всегда слегка дергал одну из них, прося не злиться. От воспоминаний на душе стало тяжело. Но я напомнила себе, что это была маленькая Маргарет, а сейчас она уже взрослая девушка, и мы давно не близки.
В холле воцарилась тишина, которую тут же нарушил кучер, который зачем-то заносил вещи моей сестры.
— Что происходит? Зачем все это? — зарычала я на младшую сестру. Та еще сильнее надула свои маленькие губы и щеки.
— Какая ты стала злая, Эли! А говорят, что женщины добреют, когда выходят замуж! — перевела она тему разговора.
— Зачем ты приехала? И где же дражайшая тетя? — тут же спросила, выделив слово «дражайшая». Я не желала вести пустых разговоров.
— На свадьбу! — поразила она меня своим ответом. — Ты же прислала приглашение!
Она улыбнулась и вытащила письмо.
— Там нет ни слова о приглашении! — со злостью сказала я, вырвав бумагу. — Я требовала ответа от тети!
— Но ты писала мне! — как маленькая сказала Маргарет, слегка повысив голос. Она делала вид, что не понимает разницы между приглашением и требованием вернуть мне мое законное наследство!
На самом деле моя сестра никогда не была дурочкой, так же, как и наивной девчушкой. Поэтому, если она часто хлопала глазами и что-то уперто доказывала, значит, у нее есть цель.
Понимая, что спорить бесполезно, я снова сложила письмо и протянула сестре. Моя реакция удивила Маргарет. На миг она потеряла лицо и округлила глаза, но быстро взяла себя в руки и снова захлопала ресницами, премило улыбаясь.
— Мое письмо не было приглашением, — сказала я, пародируя младшую сестру, хлопая глазами и улыбнувшись. — Жаль, что ты проделала такой долгий путь, но я не желаю видеть тебя на своей свадьбе. Рада, что мы разобрались с этим, и теперь ты можешь ехать домой.
Кучер, который вносил уже третий комплект чемоданов, при слове «домой» выронил их и с мольбой посмотрел на мою младшую сестру. На самом деле работягу-кучера мне было жаль больше, чем Маргарет, которая на миг потеряла дар речи.
Однако я была готова ему помочь! Поэтому подхватила парочку, которая стояла рядом со мной, и направилась на выход, желая вынести это добро из дома Адриана.
— Но я не могу домой! — неожиданно заверещала она. Это было больше похоже на Маргарет, капризную и наглую. — Я поругалась с тетей! В том доме меня больше не ждут!
Я закатила глаза.
— Меня это не волнует, — сухо сказала я, готовая уже лично тащить чемоданы обратно. Но Маргарет неожиданно преградила мне дорогу.
— Но я поругалась с ней из-за тебя! — и снова это слезливое выражение, словно она сейчас заплачет. Но меня не проняло. Крокодильи слезы, не более того.
Я попыталась обойти сестру, но она настойчиво преграждала дорогу.
— Маргарет, я не понимаю, как у тебя хватает совести после всех сказанных в письмах слов…
— Но это была не я! — воскликнула она, все еще не давая мне пройти. Руки начали затекать от тяжелой ноши. И что Маргарет с собой привезла? Кирпичи? — Это была Фабия! Она грозилась меня
