Она хлопнула себя по лбу.
— Где моя голова? Я верну его вам в самые ближайшие сроки. Марселей, могу ли я попросить о маленькой услуге?
Колдунье было достаточно сосредоточить свою власть обольщения в смарагдовых глазах, как архивариус стал послушнее овечки.
— Чем могу помочь? — с трудом выговорил он.
— Туманный Барон, вам что-нибудь говорит это имя?
Марселей ответил после пяти секунд раздумья.
— Одно из последних дел, собранное моим предшественником. Стоит либо на Ту, либо на Ба.
Роберта села за стол и включила настольную лампу. Она слышала, как Марселей передвигает лестницу между высокими полками, заставленными папками и бумагами. Он вернулся с пыльной коробкой в руках.
— Стояла на Ба, можно было догадаться. — Он поставил коробку перед ней. — Все, что известно о Бароне, собрано здесь. Любопытная тема. Личные поиски?
Глаза Роберты за долю секунды похолодели. Марселен счел разумным удалиться.
— Меня ждет работа. Если что-то понадобится…
В коробке лежали пожелтевшие вырезки из газет того времени. Роберте понадобилось некоторое время, чтобы отделить зерна от плевел. Она нашла то, что искала, в статье, подписанной Е. Пишенеттом для Газеты лагуны, известной своей антимуниципальной позицией. Статья рассказывала о пресловутой погоне до зоо, воспоминание о которой пришло ей на память сегодня утром. Заголовок гласил:
ТУМАННЫЙ БАРОН ПРОСКАЛЬЗЫВАЕТ СКВОЗЬ ЯЧЕИ СЕТИ!
Статья начиналась так:
Базель стал театром странных событий, которые напоминают, что в эти смутные времена мы можем в любой момент окунуться в мрачное Средневековье.
Роберта раздраженно вздохнула. Средние века были чем угодно, но не временами мракобесия. Правда, Пишенетт писал в эпоху, когда умами правили гротеск и невежество. Война за сушу могла стать невероятно жестокой. Самые грубые образы принимались за чистую монету. Паникующие массы могли пойти за любым тиранчиком, который провозглашал себя Спасителем. Чудо, что в этих испытаниях уцелел хрупкий муниципалитет…
В десять часов утра распространилась весть, что знаменитый Туманный Барон был замечен на севере города. Вскоре под новым Барометром центральной аптеки собралась толпа. В одиннадцать тридцать группа в сотню человек, в которую входил и ваш покорный слуга, вооружилась и решительно двинулась в путь, чтобы преградить дорогу зловещему существу, о маршруте которого поступали обстоятельные, хотя и противоречивые доклады. С Черной горы дул сильный порывистый ветер, мешавший нам. Но мы добрались до зоо, сотрясая стены верхнего города нашими возмущенными, но справедливыми воплями. Подумайте только! Туманный Барон нарушал безмятежность наших мирных граждан уже целые полгода. А новое Министерство безопасности, несмотря на все уверения и новенькую башню-штаб, было не в силах помешать ему творить зло (список его преступлений приведен ниже) . Наш печатный шаг довел нас до базельского зоо, в котором, должен подчеркнуть, разруха граничит с непотребством. В момент, когда над всеми животными и растительными видами нависла угроза Великого Потопа, когда наши дни сочтены, мы представляем последним представителям природы загаженные клетки, гнилое сено и тухлое мясо.
Пишенетт, подумала Роберта. Она уже слышала где-то это имя.
Какие слова я могу найти, дорогой читатель, чтобы описать сцены, добровольным свидетелем которых я стал?
Роберта предпочла пропустить эти слова. Подробное описание того, что она видела вчера вечером. Звери в панике, клетки, похожие на ловушки, почти всеобщий призыв о помощи великого древа эволюции.
Наконец мы увидели его. Загнанного в тупик. Мы замерли, образовав безмолвный полукруг. Животные замокли, прекратив шум, знакомый еще Ною. Мы в полном молчании глядели на Зверя, призрачного, величественного и невероятно ужасающего. Колосс был изваян в граните, но оставался наброском. Он имел человеческие очертания, но контуры его были нечеткими и подвижными.
Роберта сразу перешла к следующему абзацу.
Мы бросились в атаку. Нас пленил внезапный порыв ветра. Туманный Барон испарился, оставив у нас неутоленную жажду мести.
— Ну и дела, — пробормотала колдунья.
Она быстро просмотрела остальные вырезки. Пишенетт пересказывал свою историю в том же стиле добрую дюжину раз. Барон больше не появился, и слух опал, как взбитые сливки. Умы теперь занимала новая организация их кусочка суши и строительство плотины.
Роберта просмотрела список явлений Барона базельцам и отметила в блокноте дни и места:
27 июля: квартал университета;
28 июля: подножие Черной горы; зоо.
Она сравнила данные с записями, сделанными в Криминальном отделе.
30 марта: зажарен Паскуалини;
31 марта: на заре растерзан Скадло; Марта Вербэ и муравьи.
* * *
Дни и месяц не совпадали. Но Роберта предчувствовала, что при тщательной проверке дат и мест появления Барона два поколения назад совпадения обнаружатся.
Последняя заметка, сделанная Пишенеттом, говорила:
29 июля: Барона видели на муниципальной ткацкой фабрике около четырнадцати часов. Была жертва, Бернадетт М., которая оправилась от ранений.
Роберта глянула на часы, висящие над дверью. Она успевала. А когда собирала газетные вырезки, обратила внимание на незамеченный министерский документ. Он исходил из только что созданного Криминального отдела. Расследование дела Туманного Барона было поручено молодому следователю. Глаза Роберты округлились, когда она прочла его имя.
— Мой дорогой майор, — прошептала она. — Даю руку на отсечение, что совпадение мест от вас тоже не ускользнуло.
Она закрыла коробку и вернула ее Марселену. Тот вносил в каталог тоненькую книжечку, заглавный лист которой был украшен роскошной розой ветров. Архивариус поспешно спрятал ее, увидев рядом колдунью.
— План верну при первой возможности, — пообещала она перед тем, как исчезнуть.
Испаряющийся убийца, думала она, покидая Дворец правосудия. Это понравится Мартино. Но все же интересно было знать, что за срочную вещь он отправился проверять.
Обсерватория отдела предотвращения природных рисков расположилась, как орлиное гнездо, на крыше башни. К ней вели триста восемьдесят четыре ступеньки. Мартино потратил на подъем менее получаса, что само по себе было подвигом. Двое служащих рассеянно глянули на него. Следователь был частым гостем. Кто другой, как не частый гость, станет тратить время на подъем?
Обсерватория имела диаметр в десять метров. Наружу выходили овальные окна. Три четверти окружности занимал рабочий стол. На нем лежало множество инструментов: метеорограф-регистратор, волосной гигрометр, барометры и ртутные термометры… Диски дождемера стояли вертикально в ряд. Перед пустыми стульями лежали толстые закрытые тома, погодные карты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
