— Что такое? — нервно спросил Грубер. — Что он сказал?
— Шутка, очень забавная шутка. Думаю, мы с ним сработаемся. Постарайтесь, чтобы труп не исчез по дороге.
Роберта покинула инсектарий, насвистывая какую-то мелодию. Водитель шел перед ней. Наметанный взгляд Грубера отметил, что глухонемой двигался шаг в шаг с колдуньей.
* * *
Пленк уже давно сменил одеяние колдуна на халат ученого. Его династия была тесно связана с Эфиром, и, будучи врачом-физиком Музея, он использовал его в промышленных количествах в виде формалина. Он был очень любезен и искал малейшую информацию, которая могла способствовать раскрытию великой тайны Творения. Он не чурался шутки, что не мешало ему быть чрезвычайно компетентным в своей области.
Мишо и Моргенстерн пришлось вывести машину, обогнуть зоо, потом объехать улицу, где велось строительство, чтобы оказаться в точке старта. Автомобиль решительно не был самым быстрым достижением человека в области транспорта, особенно в городских условиях. И когда Роберта толкнула дверь лаборатории 117, труп уже был там.
— Вижу, ты получил мою маленькую посылку?
— Кровавую. Другой от тебя и не ожидал, но по крайней мере это отвлечет меня от шиншилл.
Логово, как называла Роберта его кабинет, было высоким и узким. Десятки грызунов и мелких млекопитающих смотрели на них неподвижными блестящими бусинками глаз из-за стеклянных витрин шкафов, стоящих в четырех углах комнаты. В центре располагался большой стол с мраморной столешницей, который служил для вскрытия трупов и изготовления чучел. Рядом был столик на колесиках, на котором в строгом порядке лежали режущие и прочие инструменты разных размеров.
Хирургическая лампа освещала изуродованный труп. Колдунья на мгновение застыла, увидев этот натюрморт в резком и беспощадном свете.
Пленк надел рабочий халат поверх городского костюма. Роберта положила сумку и тоже надела халат.
— Это сделали муравьи, — сообщила она. — В инсектарии.
— Знаю.
Они заняли места по обе стороны стола.
— Тебе сказали инспектора?
Пленк натянул пару резиновых перчаток.
— Нет, я уловил их мысли. Дурная привычка Эфира, от которой я никак не могу избавиться.
Он принялся за работу, раздвинув обглоданные ноги трупа.
— Мы имеем дело с женщиной.
Он оставил ноги и перешел к окровавленному шару, когда-то бывшему головой, на которой осталось несколько прядей слипшихся волос. Он разжал зубы трупа и обследовал рот, направив внутрь свет лампы. Он вырезал нижнюю челюсть и уложил ее на салфетку, тут же окрасившуюся в багровый цвет. На трех зубах имелись коронки. Он вырвал один из зубов и отмыл его под краном. Потом показал Роберте.
— Женщина преклонного возраста. Лет шестьдесят. Коронка поставлена до Великого Потопа. Быть может, ее ставил мой дед. Он был лучшим дантистом Базеля.
Пленк бросил свидетельство иной эпохи на металлический поднос, электропилой вскрыл череп, заглянул внутрь, разрезал тело от шеи до паха и выключил электропилу.
Роберта подошла ближе. Пленк присматривался к каждой детали, пытаясь воссоздать мозаику.
— Хочу узнать, была ли смерть внезапной, — объяснил он. — Или процесс продолжался долго.
Он раздвинул края разреза и заглянул внутрь.
— Ее буквально выели изнутри. Легких не осталось. Желудок почти съеден. Я знаю толк в грызунах… Сколько времени это длилось?
— Более двух часов, между двумя обходами сторожа. Если он говорит правду, — ответила Роберта.
— Невозможно.
Пленк снял перчатки и задумчиво рассматривал труп.
— Как невозможно? — осведомилась Роберта.
Медик направился к полке, снял с нее толстую книгу в черном кожаном переплете, перелистал и нашел нужную страницу. Роберта встала рядом. Рисунок изображал муравья-солдата. Красно-оранжевый панцирь и мандибулы в форме скрещенных сабель.
— Представляю — Полиэргус руфесенс, — сказал он. — В своей категории самый маленький убийца. Но считается, что амазонские муравьи не нападают на человека. И не могут разделать взрослого человека за два часа. Тем более что эта женщина умерла не сразу. Она должна была отбиваться. Почему она не убежала из инсектария? — Он вновь натянул перчатки. — Помоги перевернуть.
Труп был удивительно легким. Спина тоже была изъедена. Но оставалось несколько лоскутов кожи на позвоночнике, похожих на клочки обоев на ободранной стене.
— Надо было начать с внешнего осмотра, — сердито обругал себя Пленк.
Он осмотрел квадратик кожи под лупой. Тот был покрыт липким веществом, часть которого он сковырнул. Положил его под микроскоп, глянул в окуляр, потом с ворчанием вернулся к трупу. Роберта воспользовалась его отлучкой, чтобы изучить вещество. Оно было липким и издавало сладковатый запах. Пленк, застыв, как восковая фигура, рассматривал кусочек кожи, зажатый между большим и указательным пальцами.
Роберта коснулась вещества и кончиком языка попробовала его. Медик обернулся к ней и сказал с мрачным видом:
— Ей просверлили позвоночник дрелью. Той же, наверное, которой проделали отверстие в витрине. Женщина была парализована.
Колдунья глянула на едва видимое отверстие в позвоночнике.
— Остается только спросить, — продолжил Пленк, — может ли существо в здравом уме проявить такое зверство… Теперь мы знаем, что она была неподвижна. Остается узнать, почему муравьи сожрали ее…
— Мед, — объявила Роберта.
— Что?
Его глаза проследили за взглядом колдуньи и остановились на подносе.
— Ее намазали медом или чем-то похожим. Можешь попробовать, если хочешь. Вкусно.
— Мед? — Он в свою очередь снял пробу. Посмотрел на труп, почесывая подбородок. — Натуральный. Но это не объясняет, почему муравьи выели ее изнутри. Положим ее на спину.
Пленк уложил в труп изъятые органы. Потом попытался воссоздать путь муравьев, вскрыв тело точными ударами скальпеля. Роберта с трудом успевала следить за его движениями.
— Ага, — проворчал он, увидев первых муравьев. Они слепились в гроздь в бронхах рядом с сердцем. Он извлек его и положил на поднос.
— Желудочки нормальны. Даже кровь еще не окончательно свернулась.
Воцарилось молчание. Наконец медик достал крохотную металлическую коробочку, из которой торчали электроды. Он обтер находку тряпкой. На коробочке мерцал красный глазок. На корпусе имелись цифры и буквы.
— Ответ на последний вопрос, — триумфально объявил он.
— Сердечный стимулятор? — удивилась колдунья. Пленк держал устройство, словно кусочек сахара.
Проводки, отделенные от желудочков, искрились.
— Пошли, я покажу тебе нечто удивительное. Они вышли из кабинета и перешли в обширное помещение напротив. Здесь на белых керамических подставках стояли прозрачные ящики. Неоновые лампы, подвешенные к потолку, давали свет, похожий на холодный свет в инсектарии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
