Было отчетливо видно, как у Мелиссы напряглись вены на ее мраморно-белой шее и заходили желваки на скулах.
— Я хочу, чтобы было не просто отлично, а сказочно. И мне нужна была твоя поддержка. В тот момент, когда я нуждалась в ней больше всего, ты исчез. Мне пришлось все делать одной — обзванивать потенциальных спонсоров, ходить на всевозможные совещания, даже посещать фуршеты, устраиваемые влиятельными людьми, как, например, вчера вечером. А ты не смог привлечь ни единого пожертвования. Даже своей собственной компании! Не думай, что отсутствие «Тойнби Снэк» осталось незамеченным. Мне стыдно за тебя.
Она была права.
— Прости, я, конечно, виноват. — Он действительно сознавал свою вину. — Дед обязательно сделает пожертвование. Тебе просто нужно было напомнить мне об этом.
Мелисса пронзила его взглядом.
— Я не должна была этого делать.
— Нет. Конечно же, ты не должна. Извини, Мел, я устаю до изнеможения.
— О да. Чрезвычайно напряженная работа, за которую ты даже не получаешь денег.
Чувство вины Фила поблекло. Ведь не он вызвался участвовать в организации этого благотворительного мероприятия. Разумеется, если бы он не принял вызов деда, то сейчас помогал бы ей.
— Моя жизнь — это не только работа, за которую я, как ты изволила заметить, получаю минимум зарплаты. В ней происходят и многие другие события, о которых ты бы узнала, если бы пожелала прийти и повидать меня.
— Я так и сделала, если ты потрудишься припомнить.
Возразить было нечего. В тот раз они сидели и разговаривали. Мелисса сообщила ему новости о друзьях, которые они уже обсуждали до этого по телефону. В общем-то, разговаривать было почти не о чем, и беседа никак не клеилась.
В конце концов Мелисса зачихала и заявила, что у нее аллергия на кошачью шерсть, после чего они распрощались. Тогда Фил впервые подумал о Максе без раздражения.
— О'кей, ты и в самом деле приходила однажды, — согласился он. — Но ты никогда не интересовалась моими делами и не спрашивала о моих устремлениях.
— Фил, только слепой не заметил бы, что ты не хочешь, чтобы я стала частью того, что ты делаешь. Ты принял очень серьезное решение, не посоветовавшись со мной.
Так оно и было. Он не придавал их отношениям важного значения. В отличие от нее.
— А что касается проявления интереса… ты хоть раз спрашивал меня об этом? — Широким жестом она обвела весь зал. — Ты сам хоть раз пришел и навестил меня?
— У меня нет машины, и я не мог позволить себе водить тебя по тем местам, куда мы с тобой ходили раньше, — выдавил он из себя.
— Все верно. Твоя псевдобедность.
Желая избежать ссоры, Фил решил сменить тему.
— Конечно, ты права. Нам следовало бы почаще видеться. Теперь, когда ты почти покончила с делами, давай подумаем, как нам провести вместе следующую неделю.
Мелисса перестала переставлять с места на место бутылки коллекционного вина и посмотрела на него своими холодными голубыми глазами.
— И что мы будем делать?
Фил сунул руку в карман и нащупал там ключи от машины Глории. Ему вдруг захотелось улыбнуться, но он сдержался.
— Просто будем вместе.
Взгляд Мелиссы потеплел, и она шагнула к нему. Он ощутил запах ее духов. Это не были его любимые. Что-то новое. Более тяжелое.
— Разговаривать о чем? — Она смахнула что-то с лацкана его пиджака. Возможно, это был кошачий волос, возможно, она искала предлога встать поближе. — О нас?
Нас. А существовало ли это «нас»?
Она была блистательна и знала это. Он сам говорил ей об этом. С блистательными женщинами у него не было проблем. Ему нравились блистательные…
Его пальцы опять нащупали ключи. Ему также нравились умные и сообразительные, спокойные и разговорчивые.
Мелисса была умная и могла болтать о чем угодно. Она могла быть серьезной, но шутки всегда вызывали у нее смех, и в любом обществе она легко находила свое место. Она ладила с его друзьями, а он находил общий язык с ее приятельницами. Но было ли ему с ней спокойно и уютно? Нет. С Мелиссой нет.
Хорошо, а насколько важен сейчас для него покой и уют?
— Мелисса? О, дорогая, все выглядит блистательно.
К ним приближалась компания общих друзей в сопровождении мужчины, который не был ему знаком.
Незнакомец восхищенным взглядом пожирал Мелиссу, и это не должно было бы нравиться Филу. Как-никак он считался ее мужчиной.
Однако он не бросил вызов этому парню, не подошел к Мелиссе и не обнял ее за талию. Он не испытывал никакого желания сделать это. Им овладело равнодушие. Все, что связывало его с Мелиссой, вдруг исчезло, растаяло.
И он прекрасно понимал, кто был тому причиной.
5
— Я не стану двигать рояль, пока мне не скажет миссис Кемпбелл.
— Хватит тебе, Майкл! — Официантка Оливия препиралась со старшим барменом.
В тот момент, когда Глория и Люси вошли в гостиную, Оливия обратилась к одетому в смокинг мужчине, который сидел за роялем.
— Эдвин? Пожалуйста, переставь рояль.
— Не могу. Профсоюзные правила. — Он сыграл журчащее арпеджио. — Я талант.
— Как хорошо, что ты сказал мне об этом, а то бы я и не догадалась, — огрызнулась Оливия.
Три стойки бара стояли впритык друг к другу. За Оливией выстроилась армия подавальщиков, которым пока нечего было подавать.
— Что происходит? — Голос Глории прозвучал громче, чем хотелось бы.
Ее услышали все, и все тут же стали объяснять наперебой.
— Эй! — Глория повелительно махнула рукой. — Где мои родители?
Все стали переглядываться.
— Ваша мать в спальне. Она не выходит, — сказала Оливия.
Лишь катастрофа могла помешать ее матери руководить подготовкой к встрече Нового года. К счастью, Глория прекрасно знала весь сценарий.
— Оливия, ты уже не первый раз здесь. Ты помнишь, как стояла мебель в прошлом году?
— Большой буфетный стол стоял там. — Оливия показала рукой туда, где был рояль, и злорадно посмотрела на Эдвина, который в ответ заиграл тему злой ведьмы из «Волшебника страны Оз».
— Правильно. — Глория подошла к старшему бармену. — Я — Глория Кемпбелл. Вас зовут Майкл?
— Да, мэм.
— Послушайте, Майкл, один бар нужно поставить наверху в игровой комнате к стене, напротив бильярдного стола. Второй бар пусть останется здесь, а третий поставьте в вестибюле.
Майкл кивнул своим помощникам, а Глория повернулась к роялю.
— Люси, помоги мне передвинуть это.
Люси осторожно взялась ладонями, чтобы не повредить ногти, за край рояля и наклонилась вперед, изогнув спину. Судя по выражению лица одного из барменов, вид спереди был довольно эффектным. Женщины напряглись, но у них ничего не вышло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
