Техасское солнце и впрямь вело себя с беспощадностью тлинкитов, захвативших алеутский поселок, а форменные кобальтово-синие кители свежеиспеченных мичманов калифорнийского Нэйви ("...Ну и - последний вопрос: а что есть "армия", гардемарин?" - "Армия - это такая разжиревшая до неподвижности морская пехота, компаньеро инструктор!" - "Неуставным образом отвечаете, гардемарин!.. Но, впрочем, правильно") были пошиты в расчете на совершенно иной климат - на вековечную и всепроникающую ледяную морось Северной Пацифики. Жизнь, тем не менее, была прекрасна: до конца увольнительной оставалось еще больше двух часов, а общее выражение мечтательной расслабленности на лицах приятелей свидетельствовало о том, что знакомство с местными достопримечательностями в виде молодых нигритянок, на предмет коего их перед выходом в город исчерпывающе проинструктировал на полубаке старый боцман Дядя Сэм (Фрол Кузьмич Скобеев, по судовой роли) прошло "на отлично"... Ну, что - по пиву еще, напоследок?
Городок Порт-Гальвес, официально нареченный в честь когдатошнего испанского наместника Бернардо де Гальвеса-и-Мадриды и спокон веку неофициально именуемый всеми Пиратской Бухтой в честь вечно гнездившихся там французских корсаров и контрабандистов, располагался на Пиратском же острове и представлял собой нынче глубоководный аванпорт Нового Гамбурга. Техасская столица исторически возникла как рыхлая агломерация четырех приморских поселений на затейливо изрезанном побережье обширного мелководного залива, отделенного от моря "дамбой" из трех островов-кос (Испанский, Пиратский и Индейский, если с запада на восток), длиною миль по пятнадцать каждый. Пролив между Пиратским и Индейским островами составлял часть основного фарватера, проходящего по самой глубокой части залива; на западном берегу того пролива и выросла Пиратская Бухта, а на восточном - Индейском - высился заброшенный, испанской еще постройки, форт.
По нынешнему времени форт тот потерял всякое военное значение, ибо современная артиллерия могла с изрядным запасом простреливать тот фарватер и из недавно получивших апгрейд береговых укреплений самого Порт-Гальвеса. Полностью же решило ту задачу смонтированное с полгода назад в Форт-Навароне техасскими и калифорнийскими инженерами "Wunderwaffe - Чудо-оружие": стационарная пневматическая пушка со 120-атмосферным компрессором от паровой машины, посылающая почти на шесть километров двенадцатикилограммовый заряд флегмита-В; его попадания не выдержал бы даже броненосец - вознамерься он идти без спросу тем фарватером.
Неудивительно, что Радченко, первым разглядевший в просвете между домами приморской улицы поспешающую к порту со стороны залива, вдоль северного побережья острова, кильватерную колонну под звездами-и-полосами Федерации, воскликнул с изумлением, не лишенным восторженных ноток:
- Ты глянь-ка - они это сделали! Ай да сукины дети! Но как??
- Полагаю, - сощурился в морскую даль сквозь свой щегольской, по моде последнего курса, монокль Шмидт, - что они прокрались в Залив самым дальним, западным, проливом - там-то глубины хватает, а потом двинулись прямо на восток через мелководья между материком и Пиратским островом.
- Но там же мели сплошняком, по всем лоциям! Какая-нибудь мелочевка могла бы пройти - да, собственно, и шмыгает регулярно, - но уж никак не многопушечные фрегаты! На то и рассчитана была вся здешняя береговая оборона...
- Насколько мне известно, техасцы сейчас тянут чугунку в Порт-Гальвес. Сперва они собирались пустить паром с материковой части до Пиратского острова, но оказалось, что фарватер слишком сложен - ну, и в итоге решили строить по тем отмелям многоопорный железнодорожный мост...
- Ну вот видишь!..
- Экий ты торопыга! - с надлежащей укоризною воззрился на приятеля Шмидт - в привычной своей роли "самого умного". - Под тот мост техасцы сделали сейчас детальнейшую гидрографическую съемку тех отмелей, полную разметку бакенами, и всё такое. Ну и, стало быть, пройти там все же можно - если в дневное время, не спеша и не под огнем... В общем, адмирал Гудвин - это, кажется, он? - сыграл в эту рулетку и, похоже, сорвал банк; молодец - а что тут еще скажешь!
...Тем из современных читателей, кто, имея еще с детства в голове картину событий, последовавших спустя считанные минуты - в пять часов пополудни 14 октября 1861 года - у причалов и на рейде Порт-Гальвеса (и поделивших всю историю Техаса с Калифорнией на "До" и "После"), сочтет настрой наших юных мичманов слишком уж благодушно-отстраненным для тогдашней предвоенной обстановки - даем историческую справку: нет, общий настрой и в стране, и в ее вооруженных силах был тогда именно таков. Понятно, что все офицеры следили за ходом войны Севера и Юга с живейшим профессиональным интересом, однако интерес тот не выходил за рамки внимания к матчу между футбольными командами двух других факультетов: их стороны в том конфликте не было, а если уж кому Калифорния и сочувствовала подсознательно - так скорее северянам, чем барам-южанам. И когда эскадра Гудвина, вместо того, чтобы гнаться за укрывавшимися в Заливе торговыми судами под флагом Конфедерации (что явилось бы, конечно, нарушением международного права и поводом для техасской ноты, но не более того) внезапно и без малейшего на то повода открыла огонь по калифорнийским военным кораблям в порту, первой реакцией Радченко со Шмидтом наверняка стало изумление: "Что за хрень?! А нас-то за что?"
Американские историки по сию пору утверждают, на голубом глазу, будто нападение то сами же калифорнийцы и спровоцировали: они-де, "в нарушение демилитаризованного статуса Нового Гамбурга, накопили в Порт-Гальвесе ударную флотскую группировку", и Гудвин "вынужден был нанести упреждающий удар - предотвращая в последний момент очевидное намерение Калифорнии вступить в войну на стороне Конфедерации"; да и целью его, якобы, было лишь "нанести кораблям калифорнийского Нэйви повреждения, временно лишающие их боеспособности, всячески минимизируя при этом сollateral damage среди моряков" (конец цитаты).
Их оппоненты, опровергая те построения по всем пунктам, вечно оказываются, тем не менее, в дурацком положении оправдывающегося. Да, Новый Гамбург был демилитаризован - но этот статус не распространялся ни на Порт-Гальвес (территориально), ни на флоты союзных Техасу стран (организационно); так в чем нарушение-то? Да, "Господин Великий Новгород", монтаж которого был уже почти завершен в Порт-Гальвесе, должен был стать мощнейшим на тот момент броненесущим кораблем в Западном полушарии - но именно это "сверхбронирование" и превращало его в чисто оборонительное оружие, предназначенное лишь для охраны собственного побережья! Да, морская группировка, базирующаяся на Порт-Гальвес, существовала - но в ее состав входил единственный многопушечный фрегат "Нарвал" плюс недостроенный "Новгород" (ну и плюс совсем уж вспомогательная мелочевка); что же до эскадры Максудова, вышедшей уже из Вера-Крус курсом на Новый Гамбург, то мотивом (и оправданием) для нападения она служить не может никак, ибо Гудвин (как это теперь точно известно военным историкам) в тот момент просто не подозревал о ее существовании! В любом случае, даже и с Максудовскими паровыми фрегатами, группировка та годилась бы лишь для обороны Новогамбургского залива - вот как раз от такого нападения, а никаких планов "вступить в войну на стороне Юга" Конференция Негоциантов (как это, опять же, точно теперь известно!) тогда не вынашивала... И тэ дэ и тэ пэ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
