1848— 1849 гг. и находилась с ним в ссылке.
Письмо из Петербурга от Михаила Лазаревского...— Михаил Матвеевич Лазаревский (1818—1867)—один из близких друзей поэта. Он познакомился с Шевченко в Оренбурге, быстро сошелся с ним и вместе с братом своим Федором сделался ближайшим поверенным поэта. В упоминаемом письме 2 мая 1857 г. он писал: «Я узнал только, что третьего дня послана бумага командиру Оренбургского корпуса, что ты... получаешь отставку с предоставлением избрать род и место жизни. Но так ли это — не убежден, потому что сам не видел бумаги и увижу ее только через несколько дней. Потерпи, дружище, немного и, вероятно, сам узнаешь все вернее, нежели я теперь пишу». Одновременно Лазаревский прислал поэту деньги на дорогу из средств, собранных на спектакле в Академии художеств, организованном А. И. Толстой в пользу Шевченко.
Помолившись богу за Фультонову душу...— Шевченко имеет в виду железную дорогу из Москвы в Петербург, открытую в конце 1851 г.; упоминание английского механика Роберта Фультона — ошибка поэта; он имел в виду Джорджа Стефенсона.
Вся переписка моя идет через Гурьев городок...— во времена ссылки Шевченко уездный город Оренбургской губернии; в нем был расположен штаб 1-го оренбургского линейного батальона, в состав которого входил и гарнизон Новопетровского укрепления. Возможно, при содействии коменданта Новопетровского укрепления И. А. Ускова Шевченко использовал официальную почту крепости, избегая таким образом обязательного просмотра писем начальством. Поэт пишет дальше, что редко получает письма «через Астрахань», то есть обычной почтой.
Батько кошовый Кухаренко...— Кухаренко Яков Герасимович (1798—1862)—генерал-майор, наказной атаман черноморского казачьего войска (поэтому Шевченко и называет его «кошевым»), украинский писатель-драматург. Познакомившись с Шевченко еще в 1842 г., Кухаренко сблизился с ним, деятельно переписывался и поддерживал поэта в ссылке и морально и материально.
Бронислав Залесский (1820—1880)—польский революционер, художник. В 1846 г. за связи с тайными польскими революционными кружками был сослан в Оренбург солдатом. Здесь в 1849 г. встретился с Шевченко и вскоре подружился с ним. Об упоминаемых в «Дневнике» планах путешествия поэт подробно писал Залесскому 10 февраля 1857 г. (см. в наст. томе). По ошибке Шевченко называет в «Дневнике» местопребыванием Залесского «село Чирковичи», следует — Рачкевичи.
Нужно поспешить в Академию художеств.— Из писем друзей поэт узнал, что об его освобождении хлопочут вице-президент Академии художеств, известный художник-медальер Федор Петрович Толстой (1783—1873) и его жена Анастасия Ивановна (1816—1889). 9 января 1857 г. он писал ей: «Пока я мог взяться за перо, чтобы написать вам хоть что-нибудь, не похожее на настоящую чепуху, я бродил несколько дней вокруг укрепления и не с одним письмом вашим неоцененным, а с вами самими, сестро моя, богу милая! И о чем я не говорил с вами? чего не рассказал, чего не поверил я душе вашей восприимчивой! все — и мрачное минувшее и светлое будущее, все с самомалейшими подробностями... Я до того дошел в своих предположениях, что вообразил себя на Васильевском острове в какой-нибудь отдаленной линии, в скромной художнической келье об одном окне работающим над медною доскою (я исключительно намерен заняться гравированием акватинта. Живописцем я себя уже и вообразить не могу). Далее воображаю себя уже искусным гравером, делаю несколько рисунков сепией с знаменитых произведений в
Академии и в Эрмитаже, и с таким запасом отправляюсь в мою милую Малороссию, и на хуторе у одного из друзей моих, скромных поклонников муз и граций, воспроизвожу в гравюре знаменитые произведения обожаемого искусства. Какая сладкая, какая отрадная мечта! Какое полное, безмятежное счастие! И я верю, я осязаю мое сладкое будущее. Я посвящаю мои будущие эстампы вашему драгоценному имени, как единственной моей радости, как единственной причине моего безмятежного счастья».
14 июня
Целковых и арапчиков...— обиходные названия серебряных рублевиков и неполновесных, обрезанных или истертых червонцев.
Солдаты — самое бедное, самое жалкое сословие.— Свои наблюдения над жизнью солдат Шевченко широко использовал в повестях «Несчастный» и «Близнецы» (см. тт. 3—4 наст, изд.).
Казак Луганский написал книгу...— В. И. Даль (псевдоним «Казак Луганский»), Солдатские досуги, СПб. 1843 —сборник рассказов, анекдотов, пословиц и загадок, предназначенных для солдатского чтения. Шевченко, очевидно, знал книгу только по заглавию.
15 июня
Портрет г. Бажанова...— Имеется в виду подпоручик Николай Ефремович Бажанов, смотритель новопетровского «полугоспиталя». В позднейшем письме к поэту (8 августа 1860 г.) он вспоминал, как они «жили довольно мирно, бродили вместе от нечего делать по саду или так наз. огороду, а иногда спали после сытного обеда под не совсем тенистыми тальниками».
Зашел к Мостовскому...— Офицер-артиллерист Мостовский был одним из немногих, с кем Шевченко общался в Новопетровском укреплении; после отъезда Бр. Залесского поэт был с ним довольно близок и характеризовал его как человека тихого, доброго, хотя «безо всякого понятия о прекрасном» (см. письмо Шевченко к Б. Залесскому, сентябрь — октябрь 1853 г.).
17 июня
Пришел я на огород...— Осенью 1853 г. были посажены несколько ветел на расстоянии около километра от Новопетровского укрепления; в последующие годы после многих и долгих усилий удалось здесь устроить сад; некоторые деревья ко времени отъезда Шевченко давали уже значительную тень. По преданию, идущему от самого поэта, первая ветла в саду при крепости была посажена им (ср. ниже письмо к Н. О. Осипову, 20 мая 1856 г.).
...и видит бога на земле, как говорит поэт...— неточная цитата из стихотворения М. Ю. Лермонтова «Когда волнуется желтеющая нива».
Спасибо... Кулишу, что догадался прислать книг.— Пантелеймон Александрович Кулиш (1819—1897) —украинский литератор, идеолог буржуазного национализма. Сосланный в Тулу по делу Кирилло-Мефодиевского общества, Кулиш еще в самом начале пятидесятых годов получил возможность возобновить литературную работу, а после смерти Николая I поселился в Петербурге, где развил широкую издательскую деятельность. Шевченко упоминает о первом томе изданных им «Записок о Южной Руси» (СПб. 1856) — сборнике этнографических и фольклорных материалов. Восторженное отношение поэта к «Запискам» было вызвано содержательностью опубликованных в них фольклорных записей. «Заметки» поэта по поводу «Записок», о которых упоминается ниже, не сохранились. Можно лишь предполагать, что одно из возражений относилось к замечанию о том, что от дома Хмельницкого в селе Субботове «не осталось уже никаких следов»; среди рисунков Шевченко сохранилась акварель 1844 г. с изображением «Руин Богдана в Субботове».
18 июня
Видел во сне Межигорского спаса...— Перечисляются места под Киевом, хорошо памятные Шевченко. Межигорский спас — монастырь в двадцати километрах от Киева вверх по Днепру; монастырь этот, считавшийся «запорожским» (см. т. 2 наст. изд., примечание к стихотворению «Чернец»), в 1787 г. сгорел.
Дзвонковая криныца — ключ, бьющий неподалеку от
