Рафаэль велел таксисту подождать его. Он без лишних подробностей попросил Карлу собрать вещи Мауры, необходимые ей для поездки в Сиуатанехо. Карла удивилась столь неожиданной поездке, но выполнила его просьбу.
Вернувшись из города, Рафаэль в нетерпении спросил:
– Ну, что? Как он?
Ему хотелось, как можно быстрее получить от Антонио причитающиеся ему деньги. Но Маура сказала только, что Ломбарде упрямится, все время порывался уйти. Чтобы удержать его, пришлось дать ему снотворное, которое когда-то прописал ей врач…
Глава 58
Выходя из сонного забытья, Антонио чувствовал тяжесть во всем теле, кружилась голова, мысли были тягучие и с трудом связывались в слова, которые он медленно выталкивал из пересыхающего рта:
– Дай мне мою одежду, – сказал он.
– Когда я тебя нашла, на тебе были только рваные штаны. У меня не было времени что-нибудь купить, только это вот и достала.
– Поезжай и найди мне еще что-нибудь. Если не при-неешь мне одежду, я уйду, как есть.
На следующий день он категорически отказался принимать какие-либо таблетки. Огорченная Маура поделилась неприятной новостью с Рафаэлем, – Антонио пытается избавиться от их опеки.
Узнав об этом, Рафаэль снова подступил к Мауре с просьбой о деньгах – ведь она давно обещала поговорить с Ломбардо и до сих пор не сдержала своего слова. В конце концов ему все равно, с кого получить деньги – с него, с Максимилиане или с Ракель.
– Ты хочешь, чтобы его убили? – возмутилась Маура.
– Я хочу получить деньги. И прежде, чем Ламбардо отсюда уедет, – ответил ей Рафаэль.
Но денег он все-таки не получил. В один из дней, как и предсказывал Рафаэль, Антонио вышел из маленького домика как и, вложив все свои силы в один мощный хук, уложил Рафаэля на землю, отстранил бросившуюся к нему Мауру и, оглядевшись, побрел в сторону дороги.
Попутный трейлер довез его до дома Пабло.
Открыв дверь, Памела с недоумением и страхом уставилась на высокого человека в одних старых джинсах и с повязкой через плечо. Человек тяжело дышал:
– Где Пабло? – хрипло спросил он и, видя ее замешательство, добавил: – Я – Антонио Ломбардо.
– Сеньор Ломбарде? – удивилась Памела и отступила в сторону. – Проходите.
Антонио прошел в комнату и тяжело опустился на диван. Памела принесла ему халат Пабло и пошла приготовить кофе. Значит, Антонио хотели убить… Неужели брат говорил правду? Только раз в жизни она осмелилась не поверить ему, и вот что получилось…
Памела принесла кофе и, взглянув на бледное усталое лицо Антонио, предложила:
– Вызвать вам доктора? Как ваша рана?
От врача Антонио отказался. После долгой паузы он спросил о своей жене. Памела рассказала ему все, что знала. Снова воцарилось молчание. Чувствуя, что ожидание затягивается, Антонио попросил Памелу позвонить к нему домой – может быть, Пабло с Андресом там.
А они, действительно, были у Ракель, и, в который уже раз уговаривали ее отказаться от своей идеи немедленно идти в полицию. Ведь если сам Антонио, с его влиянием и возможностями, не стал делать этого, то им тем более лучше подождать: вдруг через несколько дней что-нибудь произойдет: позвонит еще раз Роберто Агирреч или выяснится, что жив Антонио – мало ли, все может быть… Каково тогда будет Антонио, если ее арестуют вместе с Максом? Им нужно иметь на руках хоть какое-нибудь доказательство вины Максимилиано, чтобы защитить ее. За ним-то и отправился в Гвадалахару Клаудио.
– Но вы так говорите, будто Антонио действительно может вернуться. Вы что-то знаете, – заволновалась Ракель. – Опять позвонил этот человек? Ради Бога, если вы что-нибудь знаете об Антонио, вы должны сказать мне. Поймите же! – она смотрела на них молящими глазами.
– Нет, мы ничего не знаем. Прошу тебя, не волнуйся, – убеждал ее Андрее. – Все это только предположения.
С большим трудом они уговорили ее подождать до возвращения Клаудио.
Памела набрала номер, трубку поднял Рамон и, как обычно, поинтересовался, кто говорит. Услышав, что это сестра Пабло, он тревожно спросил:
– Что-нибудь случилось, сеньорита?
– Он мне срочно нужен, – сказала Памела. Рамон позвонил Ракель и сказал, что сеньора Пабло просят к телефону.
Сидящий в гостиной Максимилиано быстро спросил:
– Это сестра Пабло? Дай мне трубку.
На лице Рамона появилось выражение твердой решимости.
– Нет, – категорически заявил он.
– Убирайся! Проваливай отсюда! – закричал Максимилиано, вырывая у него из рук трубку.
– Нет, – все также решительно повторил Рамон, не убирая с телефона своей руки. – А если вы снимете трубку, я вырву провод.
По голосу сестры Пабло сразу понял: Памела чем-то взволнована.
– Что случилось? – тревожно спросил он. И вдруг услышал:
– Если там кто-то есть, не подавай вида. Это – Антонио. Я у тебя дома. Немедленно приезжай. Никому ничего не говори. Ты понял? Только Андресу.
У Пабло перехватило дыхание. Стараясь ничем не выдать своих чувств, он сказал, как можно небрежнее:
– Да, конечно, сейчас выезжаю.
– В чем дело? – встрепенулась Ракель.
– Сеньор Клаудио звонил из Гвадалахары. Он просил с ним связаться. Идемте, сеньор Андрее.
– Может, судья не хочет ехать сюда, может, он растерялся? – забеспокоилась Ракель.
– Сеньора, я вам потом позвоню. Идемте, сеньор, – снова повторил он, обращаясь к Андресу.
Когда они вышли, Пабло низко наклонился к Андресу и сказал:
– Это был сеньор Антонио.
– Антонио?
– Да. Он у меня дома. Едем.
Спустившись вниз – должен же он знать, что происходит в доме, – Максимилиано сидел в гостиной. Он проследил с некоторой тревогой, как закрылась дверь за Андресом и Пабло, и увидел осторожно спускавшуюся по лестнице Ракель.
После той сцены с Габриэлем и возвращения из больницы, они, по существу, не разговаривали. Когда им приходилось встречаться, Ракель смотрела на него холодным отчужденным взглядом и отводила глаза. Он физически ощущал острую неприязнь, исходившую от нее, и ее постоянную готовность к взрыву. А теперь, когда и без того все было так напряженно и неясно, лучше не создавать себе лишних проблем. Пора бы ей понять, наконец, как нужно себя вести.
– Ракель, давай забудем все, что было, – предложил он.
– Забудем о том, что ты убил Антонио? И Габриэля тоже?
– Я не убивал Антонио. А Габриэль не осмелился вернуться домой, потому что сказал тебе неправду.
– Да, все говорят неправду, кроме тебя! Мой отец тоже лжет! Но, поскольку он старик, Габриэль нищий, а я сумасшедшая, никто нам не поверит, правда? Поздравляю тебя, ты очень умно все устроил.
– Послушай, я хочу покончить со всем этим, потому что у меня нет… – он хотел сказать, что у него уже нет сил вести эту изнурительную борьбу, но Ракель не дала ему договорить.
