— Не знаю, — сказала она. — Но у вас серьезные неприятности.
— Какие неприятности?
— Не знаю.
— Когда?
— Тоже не знаю. Извините, — улыбнулась девушка, — я плохо вижу будущее. Вам лучше обратиться к специалисту.
— Обязательно, — сказал я. — Прямо сейчас и обращусь.
Она еще раз улыбнулась и бодро сбежала вниз по ступенькам, ни разу не поскользнувшись. Иронии в моих словах она не уловила. Наверное, не может себе представить, что бывают люди, для которых цена визита к профессиональному прорицателю составляет почти четверть месячной зарплаты. Ну и бог с ней.
Через пять минут я уже входил в свою комнату.
— Привет! — обратился я к своим коллегам и помахал рукой.
Костя Песцов, суетившийся около чайного столика, оторвался от своего занятия и протянул мне руку. Я пожал ее и застыл в изумлении.
— Ну ты даешь! — только и смог я вымолвить. — Классная у тебя девушка.
— Ну так! — самодовольно ухмыльнулся Костя. — Только выспаться не дала. Погоди… — Он вдруг нахмурился. — У тебя проблемы.
— Какие?
— Не понимаю. Вижу, что проблемы будут, причем большие, а какие…
В течение следующих пятнадцати минут мою руку пожали все семеро коллег-сокомнатников, человек шесть, проходивших мимо нашей комнаты по своим делам, и Иван Федорович, начальник нашего сектора, заглянувший посмотреть, что за посторонние разговоры творятся в рабочее время в его епархии. Узнав причину суеты, он заинтересовался и минуты полторы держал меня за руку, безуспешно пытаясь разобраться в происходящем.
Результаты импровизированного консилиума были плачевны. Никто не сомневался, что меня ждут серьезные неприятности, но, в чем они будут выражаться, никто не понимал. Софья Леопольдовна из бухгалтерии предположила, что проблемы носят криминальный характер, прочие участники дискуссии потискали мне руку по второму кругу и согласились с ее выводом. Иван Федорович вдруг потребовал, чтобы все проверили и его будущее на предмет возможных криминальных разборок. Недоумевающие подчиненные поочередно пожали руку начальника и не усмотрели в его судьбе никакой опасности.
Иван Федорович еще раз вздохнул и снял пиджак, под которым обнаружилась кобура с револьвером.
— В прошлом месяце мне было дурное пророчество, — пояснил Иван Федорович. — Пришлось револьвер купить. Стал носить с собой — рассосалось. Попробуй, Витя, может, и тебе поможет.
— А как же вы? — промямлил я.
— У меня теперь все нормально, он мне больше не нужен. Бери, не стесняйся, потом отдашь.
Иван Федорович объяснил мне, где находится предохранитель, а затем потребовал завершить митинг и заняться наконец работой.
* * *
Первая половина дня прошла спокойно, ничего достойного упоминания не произошло. А во время обеденного перерыва будущие неприятности снова напомнили о себе.
Расплачиваясь на кассе, я случайно коснулся руки кассирши, та вздрогнула и рассыпала мелочь.
— Что-то не так? — осторожно спросил я.
Кассирша беззвучно пошевелила губами, пытаясь подобрать подходящие слова, и произнесла:
— Молодой человек, сходите к прорицателю, не искушайте судьбу.
Ситуация начала меня нервировать. Если мое будущее пугает людей настолько, это уже совсем нехорошо. И револьвер Ивана Федоровича пока не помогает. Что же делать-то?
После обеда я попросил коллег еще раз подержать меня за руку. Энтузиазма у них стало меньше, а тревоги — больше. Слава Печников сказал, что увидел в моем будущем много крови. Больше ничего дельного он не сообщил — картинка была очень смутная, но и этого было достаточно, чтобы я забеспокоился по-настоящему.
В самый разгар дискуссии появился Иван Федорович. Он немного подержал меня за руку, посмотрел в глаза, выпустил руку и неодобрительно покачал головой.
— Сходи к прорицателю, Витя, — посоветовал он.
— Я не могу, — замялся я. — То есть могу, но…
— Можешь — сходи, — отрезал он. — Прямо сейчас.
— Но работа…
— В субботу отработаешь. В таком состоянии ты мне не нужен, ты только людей отвлекаешь.
* * *
Визит к профессиональному прорицателю обошелся мне в три тысячи рублей, что составляло ровно половину нашего семейного бюджета на ближайшие две недели, оставшиеся до следующей зарплаты. Не люблю обращаться к друзьям с просьбой одолжить кто сколько может до получки, но другого выхода, к сожалению, не предвиделось.
Можно было вежливо отказаться от настоятельного совета начальника, но… Нет, от таких советов лучше не отказываться. В конце концов, моя зарплата не настолько мала, чтобы неожиданный расход в три тысячи рублей стал катастрофой для семейного бюджета. Если бы я сказал Ивану Федоровичу, что у меня нет денег, он бы подумал, что я пытаюсь выбить халявное прорицание за счет фирмы, и обиделся бы. А если бы я сказал, что Наташа на прошлой неделе спустила пять тысяч в ювелирном, он посмотрел бы на меня как на слабохарактерного придурка и был бы в общем-то прав. Я свою жену очень люблю, но ее закидоны в последнее время не просто раздражают, а уже конкретно достают.
Я позвонил Наташе и обрисовал ей ситуацию. Она сказала, что мой начальник — жлоб, а я слишком нерешителен. В первом пункте она была не права, а во втором — права на все сто, и оттого ее заявление было особенно обидным. Я сказал ей, что не просил оценивать мое поведение, что я позвонил только для того, чтобы проинформировать ее о сложившейся ситуации и чтобы она подождала с покупкой нового музыкального центра хотя бы до следующего месяца. В ответ Наташа заявила, что денег на новый музыкальный центр у нас как не было, так и нет и вообще никогда не будет, потому что ее муж… Я приготовился выслушивать длинную и нелицеприятную характеристику моей личности, но тут Наташа заявила, что к ней пришли заказчики, и повесила трубку.
К прорицателю я явился в далеко не самом лучшем расположении духа.
Прорицатель оказался старым лысым евреем, он носил ермолку и говорил с одесским акцентом. Первым делом он убедился, что визит оплачен, а вторым делом взял меня за руку, наморщил лоб и тут же отпустил руку, вернее — даже не отпустил, а отбросил, как будто случайно схватился за кусок дерьма.
— Вы пришли не по адресу, молодой человек, — сказал он. — Вам надо было звонить в милицию.
— Все так плохо? — спросил я.
— Хуже не бывает. Если не принять срочных мер, до вечера вы не доживете.
— Это точно? — спросил я с некоторым сомнением.
— Точнее не бывает, — заверил меня прорицатель. — У меня все как в аптеке.
— Как это случится? Где, когда?…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
