— Да почему?! Энни, я не понимаю. Что-то случилось там? Ну, когда вы гуляли? — тихо спросила подруга, будто говорила о чем-то не совсем приличном.
— Нет, Эрн. Я тебе объясню всё, когда мы вернемся в Россию! Эрн, прошу, давай уговорим твою маму, чтобы сегодня же улететь обратно, — молила подругу я.
Сейчас я готова была разрыдаться, если Эрн со мной не согласится. Я же не могу ей рассказать, но, а как тогда объяснить, почему мне так срочно надо отсюда улететь? Как ей вообще все рассказать? Я просто теряюсь оттого, что мне приходится врать, придумывать несуществующие истории. Мне стыдно, но я ничего не могу поделать.
— Ладно. Я её уговорю. Но ты обещай, что расскажешь мне всё всё, когда мы приедем домой!
— Обещаю, — прости меня бабушка, что мне приходится давать невыполнимые обещания.
Эрн вышла из комнаты и через 10 минут вернулась обратно. Она сказала, что её мама согласилась улететь сегодня, даже прямо сейчас, когда мы соберем все вещи. Это меня обрадовало.
— Я уже собрала вещи. Теперь я могу помочь тебе. Эрн, главное давай быстрее. Я хочу улететь уже в ближайшие 2 часа! — Эрн на меня посмотрела, как на умалишенную. Конечно, сначала так рвалась уехать из России, а теперь рвется обратно еще сильнее.
Через полчаса мы уже с чемоданами выходили на улицу, где все так же стояла скорая, копошились люди. Кто-то плакал, что казалось этот плач, разрывает ночную тишину пополам. Не хотелось думать, по какой причине так плачут, хотя я догадывалась. Но мне главное было сейчас просто вызвать такси и уехать. Стоп. Ворота же так и не открыли. Как мы уедем?!
К нам, стоящим около самых ворот с чемоданами, большими шагами подходил Элеанор. Он был растрепан и явно чем-то сильно обеспокоен. Ну что ж, это его проблемы, не наши. Нам главное уехать и побыстрее.
— Вы решили покинуть нас так рано, милые леди? — разочарованно спросил он, явно обращаясь к нам с Эрн.
— Просто у меня дома проблемы. Надо срочно вернуться, — нагло соврала я, и Элеанор посмотрел мне прямо в глаза. Холод под кожей стал колоть с невыносимой силой, что я непроизвольно съёжилась. Элеанор лишь только ухмыльнулся и произнес:
— Я позову своего водителя, чтобы он вас довез до аэропорта, Элис. Желаю вам удачного пути, — он развернулся, и я заметила краем глаза, что Эрн сейчас чуть ли не вырвет.
— Эрн! — крикнула я, когда подруга согнулась пополам, и весь её скудный ужин вышел наружу.
Миссис Хапли подошла к дочери и похлопала её по спине, потом дала салфетку, чтобы та вытерла рот. И лишь только сейчас я заметила, что мама Эрн ведет себя не так, как подобает любящей матери, тем более сейчас она просто безразлично осматривала площадку у фонтана, совершенно не задерживая ни на чем внимания. Нет, она не может быть в этом замешана! Но сейчас её словно подменили.
К нам подъехала машина, которая забирала нас тогда в аэропорте. Водитель помог нам поставить чемоданы в багажник. Миссис Элис села на переднее сидение, а мы с Эрн сзади. Молча, мы выехали за ворота, которые открыли перед нами прислуги, и направились к аэропорту.
Сегодняшний вечер казался мне бесконечным, а ночь тем более! Всего один день без происшествий, и тут на тебя наваливается целая куча событий, от которых можно с ума сойти. Теперь я знаю, кто Леон. Теперь я знаю, что я сделала что-то не то этим крудусам. Теперь я знаю, что никогда не смогу избавиться от всего этого. Каждый в мире несет своё бремя. Я тоже, причем мне досталось самое тяжелое. Еще я вспомнила из детства то, что не мола тогда осознать. Теперь я знаю, что бабушка уже тогда пыталась предупредить меня о чем-то. О чем? Она не могла мне прямо сказать? И эти её подсказки… что они мне дают, кроме обмороков, в которых я ничего не понимаю? Но я точно уверенна в том, что бабушка могла дать мне ответы на все вопросы, но не дала. Она умерла.
Мы приехали в аэропорт, в котором сейчас было не так много людей, как днем. Надеюсь, до России найдется хоть один ночной рейс. Я просто молилась на это.
Нам повезло. Рейс был, как раз через час. Билетов было предостаточно, хотя самолет был итак маленький, но думаю, что как бы он наполнился хотя бы наполовину. Мы купили билеты и сдали свой багаж. Пройдя в зал ожидания, я, наконец, могла спокойно вздохнуть. Осталось несколько часов, и я буду в своем доме, который меня пугает не меньше всех этих сказок Леона. Мне кажется, что тетин дом, то есть моей бабушка, тоже как-то со всем этим связан, а если и верить моим ведениям… Особенно тому, которое было самым последним в недавно закрытой комнате.
Сейчас объявили посадку на самолет, на наш самолет. Поднявшись, мы направились к пункту регистрации. Я чувствовала себя облегченно, пока в микрофон не произнесли моё имя, и моя кровь просто застыла в венах.
— Прошу прощения. Если среди пассажиров находится Энге Андельсон, то вас просит сейчас полиция пройти срочно в контрольный пункт, — осторожно произнесла дикторша, и сейчас я готова была взорвать к чертям весь аэропорт. Самолет не будет меня ждать, но там, в той комнате, меня сейчас точно кто-то ждет…
Глава 29
Когда гаснут фонари, мир меняется…
Эрн смотрела на меня так, будто я только что избила ни в чем неповинного человека. Конечно, я ждала чего угодно, но не этого. Если я сейчас пойду к полиции, то не факт, что смогу вернуться обратно. Да и кому я понадобилась?
Я лихорадочно стала вспоминать, что я видела за весь этот день, но в голову ничего существенного не приходило. Я же нигде не участвовала, ни в каких ситуациях! Даже когда тот дворецкий упал — я не подошла!
Меня била дрожь. Но я стояла на месте. Сейчас идет посадка на самолет, и я просто не могу её пропустить. Леон сказал возвращаться домой, в Россию. И немедленно!
Я направилась к регистрационному пункту, полностью проигнорировав сообщение диктора. Пусть говорят что хотят, у меня самолет.
— Эн, ты далеко? — меня догнала Эрн и её мама. Странно, миссис Элис слишком подозрительно молчит.
— Я на самолет, куда еще? — я сделала вид, что не понимаю Эрн.
— Эн, ну тебе же сказали пройти в контрольный пункт!
— И что, Эрн? У меня самолет. Он меня ждать не будет, и тебя тоже. Если не поторопишься, то мы будем сидеть здесь до утра! — прошипела я и гордо прошла дальше.
— Эн, ну может это что-то важное! — не унималась подруга, будто преследуя меня и мои мысли.
— Что интересно? Эрн, я тут отдыхала, ни в какие передряги не попадала, ничего такого не видела! У меня нет повода идти к полиции. И Эрн, пожалуйста, поторопи свою маму, иначе мы опоздаем.
А ведь правда может быть что-то важное. Но что? Да и откуда местной полиции меня знать. Я здесь всего два дня. И я, правда, пока ни в какие передряги не попадала, точнее меня никто не видел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
