Читаем без скачивания Белые искры снега. Анна Джейн - Анна Джейн

- Я обо всем сообщила классному руководителю, - отозвалась я. Терпеть не могу, когда на меня кричат или делают из меня крайнюю. Делаешь доброе дело, а тут еще и виноватой оказываешься? Просто отлично.

- Кошмар! А ведь у нас лучшая школа в городе, - никак не могла выйти из образа женщина.

- В лучше школе города одни ученики не доводят других учеников до бессознательного состояния, - тихо, но вполне себя внятно сказала я.

- Что? – выключился режим истерички у завуча, и она вновь превратилась в адекватную женщину.

- Говорю, взаимоотношения в классе не самые хорошие между учениками.

- Ой, ну не говорите уж так, Настенька. Просто подростки всегда такие сложные, просто ужас. Сейчас все мы выясним. Галина Сергеевна, вы узнали номер телефона мамы Полины Масловой? Еще звоните? Давайте побыстрее. Ах, секретарь еще не взяла трубку?

Телефон Масловой-старшей добыли в ближайшие пару минут, и мама Полины сообщила, что ее дочь очень плохо себя чувствует и останется дома.

- Честно говоря, я бы очень хотела, чтобы она поехала на вручение, но у нее сильно поднялась температура – заболела, - сказала женщина по телефону.

- Какая жалость. Ну, пусть Полиночка выздоравливает, - повздыхала завуч и наскоро распрощалась с Масловой-старшей. Под ее руководством все мы погрузились в школьный микроавтобус, который тут же тронулся вперед.

Вшивков уселся рядом со мной и принялся всячески развлекать какими-то совершенно невозможными шуточками, Зарецкий, сидевший неподалеку, поглядывал в нашу сторону с особенным неодобрением.

Но не успели мы проехать и трех кварталов, как затормозили.

- Как же я забыла! – закричала на весь салон завуч, изрядно перепугав водителя, который сердито глянул на женщину. – Нам надо купить цветы! О, Господи, цветы!

- Какие еще цветы? - удивились остальные. Несколько букетов и так лежали на заднем сидении.

- Мы совсем забыли про букет для Лилии Петровны! Всем купили, а ей - нет! Лилия Петровна – из департамента образования нашего района, очень любит белые розы, - пояснила завуч нам, хотя я не понимала, зачем вручать цветы непонятно кому на вручении наград школьникам. – А когда я покупала цветы, на базе белые розы были в каком-то совершенно ужасном состоянии. Уважаемый! – закричала она, обращаясь к водителю, - остановитесь возле какого-нибудь цветочного магазина!

Водитель, крякнув, почти сразу затормозил.

- Там, - за углом есть, - сказал он завучу, кивнув влево, где вдоль дороги, на первых этажах старых, но могучих, недавно реконструированных могучих домов располагались самые разные магазинчики. Десятки ярких вывесок привлекали внимание, узоры уже работающих новогодних гирлянд притягивали взгляды, а нарядные миниатюрные елочки в витринах заставляли вспоминать, что уже совсем скоро наступит Новый год. Я любила этот райончик – так же мило и ухоженно, как и в центре, но куда меньше людей и тихо. А чуть дальше, за домами, есть отличный каток, на который мы как-то хотели сходить с девчонками, но все никак не собрались.

Завуч, было, уже сорвалась с места, чтобы побыстрее оказаться в цветочном, но ей совершенно не вовремя позвонил сам господин директор, и она тут же перепоручила покупку цветов тому, на кого ее глаз упал первым – то есть, на меня. Как всегда, я осталась крайней.

- Настенька, купите цветы, белые розы, ровно двадцать штук, вы самая молодая и быстрая, - сказала она, прижимая трубку к уху, и вручила мне деньги. – Найдете цветочный магазин?

- Найду, - визуально помнила я, где он находится.

- Можно, я с ней схожу?! – встрял Вшивков, но ему не разрешили. Я спешно вышла из школьного автобуса на залитую зимним солнцем улицу, и, полной грудью вдыхая неповторимый аромат морозной свежести, зашагала по дороге, слушая, как скрипит снег под моими ногами. День был погожий, довольно теплый для декабря-месяца, безоблачный и безветренный, и улицы казались иллюстрацией к открытке – все было завалено искрящимся под дневным светилом снегом. Особенное внимание привлекали деревья, словно одетые в мантии из ослепительно-белых облаков.

Правда, вскоре к «моему» скрипу присоединился «чужой» - кто-то поспешно догонял меня.

- Злорадский? – очень удивилась я, обернувшись. – А ты что тут делаешь?

- А ты подумай немного и догадаешься, - отозвался возмущенно парень. – И если сможешь, запомни мою фамилию, Анастасия Куровна.

- Куровна уже была, - отозвалась я. Опять этот мерзкий ребенок меня дразнит!

- Ничего страшного. Белка просила передать, что нужно купить не двадцать роз, а двадцать одну, - сказал он мне.

- Какая еще белка?

- Завуч наша. Зовут ее все Белкой.

- А позвонить нельзя было и сказать?

- Они твоего номера не знали, - отозвался Зарецкий. О, Боже, они там все с приветом, что ли?

- Хорошо, куплю двадцать одну розу, можешь идти. – Денег завуч дала предостаточно.

- Я пойду с тобой. Проконтролирую, - отозвался парень.

- И что ты будешь контролировать? Чтобы я всю сдачу принесла, что ли? – прищурилась я.

- Сама разбирайся со своей сдачей, - отозвался с достоинством Ярик. – Гляну на цветы. А то вдруг ты покупаешь цветы так же, как проводишь сочинения.

- В смысле? – снизу глянула я на вымахавшего Зарецкого.

- Помогаешь любимчикам. Вшивковым всяким, - делал вид, что его интересует пейзаж, парень.

- Никому я не помогаю.

- Ну да, конечно. – Его только за один насмешливый голос хотелось удушить и прикопать где-нибудь здесь, под снегом. – А то никто ничего не понял.

- Слушай, ты вообще зачем пошел? – остановилась я.

- Чтобы не пошел Вшивков, - отозвался легкомысленно Ярослав. – Сначала хотели послать его, но сходить решил я. Куда ему со мной тягаться? – самодовольства в его словах было много. Нет, какой же он еще ребенок, меряется в песочнице с другим ребенком, у кого куличики лучше и ведерко больше.

Я засмеялась и, распахнув дверь магазинчика, жестом пригласила Ярослава войти.

- Прошу, Ваше Высочество, - сказала я и даже слегка поклонилась. Проходящие мимо люди странно на нас покосились.

- Детский сад, - задрал Яр нос и зашел в пропитанный ароматами самых разных цветов магазинчик, не позаботившись придержать дверь для меня.

Женька оказался в этом районе города совершенно случайно – ночью, во время репетиции с парнями из группы у него порвалась струна, и он поехал в любимый, затерявшийся между высоченными домами, музыкальный магазинчик, в котором и нужный товар всегда имелся в наличие, и цены радовали демократичностью, и одним из продавцов был его старинный приятель – тоже музыкант. Приобретя все, что было нужно, и заодно присмотрев классную акустическую гитару, Женька стоял и трепался с другом-продавцом обо всех возможных плюсах этого музыкального инструмента.

- А в комплекте еще крутой жесткий кейс.

- Главное, звук приличный. И сборка качественная.

- Так покупай, - махнул рукой длинноволосый продавец.

- После сессии подзаработаю и приду за этой малышкой, - ухмыльнулся Женька, бережно проводя рукой с напульсником на запястье по деревянному корпусу. – А сам-то чего не берешь, раз так нахваливаешь?

Приятель погрустнел и вздохнул.

- Да я бы с радостью, но у меня девушка, - даже с какой-то гордостью изрек он.

- И? – не понял Евгений.

- Красивая девушка, - пояснил длинноволосый, как будто бы это все объясняло.

- Ну и?

- Ты дурак, что ли, Хирург? – заржал парень-продавец. – Она у меня красивая и требовательная. Кафе, кино, подарки – я должен быть на уровне. В марте в Таиланд полетим, - доверительно сообщил он Женьке. – Так что гитара отпадает. А как там у тебя с девчонками?

- Нормально, - не стал распространяться на эту тему Женя.

- Я тебя с такой красоткой тут на днях видел из машины. Вы вечерком шли по центру. Не твоя?

- Нет, просто знакомая.

- О, смотри! Вот такой букет я хочу своей купить на День рождения, у нее как раз скоро, - оживился продавец, глядя за окно. Из соседнего магазинчика, в котором продавались цветы, вышел парень с огромным букетом белых грустных на морозе роз, завернутых в прозрачную упаковку. Пару секунд спустя к нему подбежала длинноволосая девушка в пуховике, и парень вручил цветы ей, торжественно улыбаясь.

- Круто смотрится, - сообщил Хирургу приятель, глядя на парочку. – Уважуха пацану прям. Моя бы обрадовалась. Сколько такой букет стоит-то, а?

Женьку совершенно не интересовало, сколько стоит этот букет или какой-либо другой. Его поразило кое-что совершенно другое. Потому что девушкой, которой подарили столь впечатляющий букет, была ни кто иная, как его Настя. Она прижала розы к себе, как сокровище, что-то сказала парню, сделавшему ей такой подарок, он ответил, и они заспешили прочь. При этом малолетний мудак – а это был именно тот самый дегеренат, которого Женька видел вчера в кафе, по-свойски положил Насте руку на пояс. А после они, завернув за угол, скрылись из вида.

- Вот… - нехорошо и крайне злобно выругался Хирург и, не прощаясь с изумленным приятелем-продавцом, бросился вон из магазина, следом за парочкой. Но их уже нигде не было – видимо, Настя и ее ухажер сели в машину – как раз следом за микроавтобусом с парковки отъезжал черный автомобиль с темными стеклами – разглядеть, кто за ними скрывается, Женька не мог. Но почему-то он подумал, что Настя сидит именно в этой машине. Злость накрыла его с головой так, что даже в кончиках пальцев появились пульсирующие иголки. Да и к сердцу кто-то попытался прикрепить степлером бумажный портрет Насти, которая с нежностью держала свой волшебный белоснежный букет.