— Симон!
Джелит и Алдис устроились под козырьком скалы, и это было единственно возможное укрытие от солнца. Колдеровская агентка поднялась на ноги, глядя на своих спутников, а потом туда, где стояли в мерцающем воздухе ворота. Руки ее сжимали талисман, лицо оживилось, на нем теперь было такое выражение, словно она видит перед собой то, к чему стремилась. Она двинулась вперед, сначала неторопливо, а затем все убыстряя шаг. Симон хотел было остановить ее, но Джелит подняла руку предупреждающим жестом. Алдис бежала под палящими лучами солнца, не обращая на них никакого внимания, ее изодранное платье волочилось по камням.
— Скорей! — крикнула Джелит, кидаясь за нею вслед, и Симон бросился бежать за ними.
Они были ближе к воротам, чем те, что в лагере, и те заметили их не сразу, потому что некоторое время они держались позади застывших в неподвижности грузовиков и наваленных рядом с ними ящиков.
Алдис бежала к воротам, и хотя на всем пути до этого места она все время спотыкалась и падала, сейчас от усталости и следа не осталось. Она бежала с невероятной, нечеловеческой скоростью, впереди своих преследователей.
В лагере раздался крик, он Симон не осмелился даже повернуть голову, ибо нужно было следить за Алдис, которая выбежала на ровное место и неслась как птица. Джелит не слишком от нее отстала, а Симон бежал позади женщин.
Джелит сделала отчаянный рывок и сумела ухватиться за подол платья Алдис. Материя затрещала, но Джелит не выпустила подола. Алдис изо всех сил рвалась к воротам, волоча за собой Джелит. Симон подбежал к женщинам, тяжело дыша и задыхаясь от бега. И почти сразу же что-то просвистело у них над головами, и спас их только очередной отчаянный рывок Алдис. Их начали обстреливать из лагеря. Но Симон сделал то единственное, что могло вывести их из поля огня. Всей своей тяжестью он навалился на борющихся женщин, сделал отчаянный рывок, и все трое оказались под поперечиной ворот.
И сразу же их словно поглотила ночь после сияющего дня. Ощущение того, что он вторгается туда, где нет места ему подобным, охватило Симона с такой силой, что эти несколько мгновений показались ему вечностью. А потом он провалился во мрак, и косые струи дождя хлестали его тело.
Сверкнула молния и раздался оглушительный удар грома. Джелит, лежавшая в его объятиях, всем телом прижалась к нему.
Вода хлестала им прямо в лицо. Симон задыхался и отплевывался, но упорно продолжал пробираться вперед, волоча за собой Джелит. Она что-то крикнула ему, но он не услышал за свистом ветра, и только при свете вспыхнувшей молнии увидел лежавшую ничком Алдис. Вода хлестала ее неподвижное тело. Симон наклонился и взвалил на свои плечи бесчувственную женщину: ее глаза были закрыты, голова беспомощно болталась.
Они находились в долине между двумя каменными стенами, и вода быстро заполняла эту впадину. Симон добрался до стены и осмотрел ее, ища точки опоры. Подъем на нее оказался изнурительный, особенно из-за Алдис, но в конце концов они взобрались наверх и рухнули рядом на камень. Симон лежал спиной к ветру, прикрыв голову рукой.
Когда он собрался с силами и сел, чтобы оглядеться, обе женщины даже не пошевелились. Небо было темным, дождь хлестал по-прежнему. Неподалеку Симон увидел какую-то темную массу и решил, что там они найдут убежище от непогоды.
Он легонько встряхнул Джелит, но она едва нашла в себе силы открыть глаза, потом с трудом встала на четвереньки, и Симону удалось поставить ее на ноги. Он довел ее до укрытия и вернулся за Алдис.
Только вернувшись обратно, Симон заметил, что укрылись они не под нависшей скалой и не в расселине, а в развалинах какого-то здания. Стены комнаты, в которой они очутились, полуобвалились, крыша зияла отверстиями. Между плитками пола там и сям пробивалась трава — значит, развалинам было несколько поколений. И, несмотря на свежесть гулявшего по развалинам ветра, здесь воняло тлением и гнилью.
На полу валялись камни, обломки чего-то непонятного, но Симон решил осмотреть комнату. Спотыкаясь и едва не падая, он пошел в дальний угол, где стены обвалились сильнее всего. И почти сразу же он наткнулся на какой-то предмет, затрещавший от толчка. Симон протянул руку и нащупал шелковистую ткань, сразу же разорвавшуюся под его руками, затем металлический стержень. Симон взял прут и вернулся обратно к двери, где мрак, казалось, начинал понемногу рассеиваться.
То, что было у него в руках, вполне могло сойти за оружие и чем-то смутно напоминало ружья его мира. Во всяком случае, здесь были ствол и барабан, но весило все это поразительно мало.
Джелит положила руку на лоб Алдис.
— Она умерла? — спросил Симон.
— Нет, она, вероятно, ушиблась, когда падала. Это и есть тот самый мир, из которого пришли колдеры? — в голосе у нее не было страха, только интерес.
— Похоже на то…
В одном он был уверен: им не следует удаляться от этого места, где они проникли через ворота. Если они заблудятся, то вряд ли сумеют вернуться обратно в свой мир.
— Интересно, есть ли с этой стороны какой-нибудь след ворот, — Джелит, как всегда, прочитала его мысли. — Ведь должны же они иметь какой-то ориентир, если хотят проходить сквозь ворота туда и обратно.
Постепенно буря унималась. Темнота ночи, встретившая их, когда они прошли через ворота, сменилась серым светом приближающегося рассвета. Симон стал с интересом осматривать окрестности. Это была пустыня, как по ту сторону ворот: было видно, что некогда здесь обитали люди — то, что поначалу он принял за обломки скал, оказалось обширными развалинами домов.
Некогда ему приходилось видеть подобные картины: когда армии с боями проходили через Францию и Германию. И там тоже все выглядело примерно так же: последствия войны или по крайней мере, великого бедствия. И точно так же, там стояли здания в руинах, и сквозь плитки пола пробивалась трава.
Солнце так и не появилось, но уже наступил день. И теперь он разглядел, что земля в руинах местами запеклась, напоминая черный шлак и перед ним снова воочию возник кошмар его родного мира. Атомная война? Радиоактивная земля? Но ведь атомная бомба не могла бы вот так снести половину здания, оставив старую половину в целости и сохранности. Значит, какое-то другое оружие.
— Симон!
Он и сам заметил какое-то движение за разрушенной стеной. Что-то живое, такое огромное, что внушало ужас, двигалось в направлении их убежища. Симон бросил свой взгляд на оружие, которое нашел на полу. Джелит потянулась к ножу, висевшему у нее на поясе. Симон вновь подивился сходству этого стержня с земными ружьями. Но его озадачило слишком узкое выходное отверстие — через него не проникла бы даже игольчатая стрела эсткарпских самострелов… Чем же могла служить такая тонкая трубочка? Ведь тут не было курка, только какая-то крохотная кнопочка. И, не ожидая никакого результата, Симон нажал на эту кнопку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
