— Поступай как хочешь, Камилла! — сказала Мари. — Чтобы быть школьной учительницей, нужно призвание. У меня оно есть. А еще это стало для меня навязчивой идеей! Кстати, ты знаешь, что твоя сестра добилась своего? В сентябре отец отвезет ее на прослушивание, но в Париж, а не в Бордо. В столице есть театральные курсы, которые считаются очень престижными. Если ее примут, одна из племянниц Адриана приютит ее у себя. И, я думаю, она перестанет приезжать домой на выходные. Я полагала, что наша Мелина будет остаток лета носиться по дому, сама не своя от радости, мечтая об этом прослушивании, но все получилось наоборот! Она еще мрачнее, чем ты!
— В Париж! — повторила Камилла. Во рту у нее пересохло.
— Ну да… И она, бедняжка, сказала мне странную вещь — что она наконец-то уедет из этого дома… Ты выйдешь замуж, твоя сестра будет жить в столице… Я знала, что это рано или поздно случится, но, признаюсь, меня это немного пугает… Мы с твоим отцом будем одни в этом огромном доме…
— Не так уж плохо, если Мелина уедет подальше, а у тебя останется Луизон! — сухо произнесла Камилла.
Ее тон рассердил мать. Мари показалось, что ей в лицо плеснули ведро ледяной воды. Она наклонилась над столом и, холодно глядя на дочь, сказала серьезно:
— Будь осторожна, Камилла! Еще немного, и ты все испортишь из-за отвратительного недостатка, который называется зависть! Я часто проводила уроки нравственности со своими ученицами, так что не могу не предостеречь тебя! От зависти и злопамятства полшага до ненависти и злости! Ты помнишь, отец твоего жениха, Макарий, причинил мне много горя именно из-за элементарной зависти. Прошу, ответь на мой вопрос: почему вы с сестрой поссорились?
Камилла вскочила и, не найдя в себе сил ответить, убежала и заперлась в своей комнате. Она провела там все утро и много плакала…
На следующий день Мелина поднялась очень рано. Она не стала прихорашиваться и оделась по-спортивному. Потом, сжимая в руке пожелтевшую фотографию, стала поджидать часа, когда должен был приехать Гийом.
— Мамочка, сегодня я за тебя отомщу! — прошептала она. — Ты всегда будешь для меня настоящей мамой, самой красивой на свете!
И девушка поцеловала портрет Леони с черными косами, радостно улыбающейся.
***
Кто-то, стоя на обочине дороги, ведущей из Брива в Обазин, махал рукой; Гийом притормозил и узнал Мелину. Он удивился и хотел было продолжить путь, но она буквально бросилась на капот автомобиля, и ему пришлось остановиться. У девушки в руках была довольно объемная сумка, лицо ее казалось более детским, чем обычно.
— Что стряслось? — спросил он. — Вы убежали из дома?
— Зачем бы мне убегать из дома? Я решила избавить вас от лишних хлопот, вот и все! Вся семья уехала купаться на берег Корреза. Мама Мари доверила мне собрать продукты для пикника и дождаться вас, чтобы показать дорогу!
Молодой человек выключил двигатель и задумался. Ситуация была по меньшей мере странной.
— Но почему встретить меня не поручили Камилле? — шутливым тоном поинтересовался он. — Я был бы счастлив отвезти ее туда…
— Влюбленных не оставляют в машине наедине, пусть даже на пару километров! Папа Адриан строго следит за своей дочерью. Я — другое дело! Я ведь ничем не рискую…
Тон Мелины был провокационным, и в то же время в ее голосе улавливалась горечь. Гийом с видимым разочарованием открыл ей дверцу автомобиля.
— Раз так, не будем терять время! — сказал он. — Вообще-то я не взял с собой плавок. Ну ничего, посижу на берегу и полюбуюсь играми прекрасных наяд!
Мелина скорчила насмешливую гримаску, потом поудобнее устроилась на сиденье и, насвистывая, подставила лицо ветру.
— Вы едете так быстро! — сказала она. — Жаль, на такой скорости невозможно любоваться пейзажем!
Гийом смотрел на девушку и пытался понять, почему она на этот раз выглядит как-то по-детски. До него вскоре дошло: он впервые увидел Мелину без макияжа. В таком виде ее можно было принять за девочку. С трудом верилось, что она уже спала с парнем…
— Вам очень идет, когда вы не накрашены! — сказал он. — Совсем девочка!
— Могу вас заверить, что я уж не девочка! У меня есть любовник, и я этим горжусь!
— Надеюсь, однажды он на вас женится! Возможно, это произойдет довольно скоро, кто знает…
С таинственным видом Мелина приложила пальчик к губам, призывая его к молчанию. Кивком она указала на боковую дорогу, которая вскоре привела их к изгибу реки, берега которой поросли деревьями. Здесь был маленький галечный пляж, который ласкали сверкающие воды реки.
— Но… где же все? — удивился Гийом.
Мелина вышла из машины и в мгновение ока разделась. Теперь она стояла перед молодым человеком почти голая. В ореоле солнечного света ее худенькое, стройное, почти совершенное тело казалось прекрасным. Крошечный белый купальник подчеркивал ее округлости. Она протянула ему руку, дерзкая и ослепительная:
— Конечно, здесь никого нет! Вы поняли, что я устроила вам ловушку, но все же поехали! Не стройте из себя невинного мальчика, Гийом! Вы здесь, потому что вам этого хотелось! Ну же, смелее!
Молодой человек подумал о Камилле, которая, без сомнения, ждала его в Обазине, о последствиях этой эскапады, если о ней узнают его будущие тесть и теща. Рассерженный, он вышел из автомобиля, хлопнув дверцей, и, сунув руки в карманы, встал перед Мелиной:
— Мои поздравления! Вы наконец нашли лучший способ разлучить нас с Камиллой и очернить меня в в глазах ваших родителей! Адриан не простил бы мне такого проступка, Камилла — тем более!
Мелина приехала сюда не затем, чтобы разговаривать. Она решила перейти ко второй части своего плана. Лицо ее, секунду назад такое лукавое, вдруг окаменело, в глазах блеснула ненависть. Она шагнула вперед, обняла Гийома за шею и подставила ему свои губы.
— Вам не хочется попробовать запретный плод? Зачем ждать целый год, чтобы получить удовольствие? Я тоже вас люблю и докажу вам это! Здесь и немедленно! Я — ваша!
Девушка дрожала — открытая, зовущая, жаждущая… Гийом сбросил обвивавшие его руки, оттолкнул Мелину и выкрикнул яростно:
— Маленькая идиотка! Я не собираюсь приносить в жертву свое будущее ради сомнительного удовольствия! Запомните раз и навсегда: я люблю Камиллу и хочу на ней жениться, и вам не удастся мне помешать! Я знаю, что такое ненависть, Мелина, и получше, чем вы! Она — плохая советчица! Не знаю, за что вы хотите отомстить, но не втягивайте в это меня! И не пытайтесь рассказывать мерзости обо мне, когда вернетесь домой! До свидания!
Он вернулся к своему «феррари» и сел за руль. Мелина же так и осталась стоять в растерянности. Зарычал мотор, и автомобиль развернулся. Этот звук вывел ее из оцепенения. Бросившись следом за автомобилем, она крикнула:
— Гийом, подождите!
Но «феррари» скоро скрылся из виду. Обескураженная и униженная, девушка упала на траву. Она не сомневалась в своем успехе! Такая мизансцена и… провал! Причем когда она была так близка к цели! Дрожащими руками она собрала свою одежду, потом легла в тени ивы. Когда захотелось есть, она достала из сумки пару сэндвичей, запила их лимонадом.
«Какой прекрасный день!» — подумала она с иронией, в то время как по ее щекам текли слезы.
В три пополудни она отправилась в обратный путь. Такая продолжительная пешая прогулка ее не пугала, хотя она никогда не любила подобное времяпрепровождение. Час спустя она пришла в Обазин, присела на бортик фонтана и стала смотреть на особняк, который столько лет называла своим домом.
«Здесь мне больше нечего делать!» — сказала она себе.
В то же мгновение дверь открылась и выбежала Мари. Злая как фурия, она накинулась на Мелину:
— Где ты была? Твой отец умирает от беспокойства!
Мари обняла девушку и крепко прижала к себе. Когда биение ее сердца стало спокойнее, она прошептала ей на ухо:
— Никогда так не пугай меня больше, дорогая!
Испытывая угрызения совести, Мелина прижалась к материнской груди и разрыдалась.
