– В том-то и дело, что ты даже самую бессмысленную гадость сможешь легко опричинить… Талант у тебя такой.
– Ха! – довольно усмехнулся Твист. – Вынужден признать, что Шалаюшка – один из немногих, понимающих мою талантливую натуру.
Несмотря на завязавшуюся между воеводой и бывшим королевским шутом пикировку, мне было ясно, что как только Твист появился рядом с нами, у Шалая значительно повысилось настроение.
И в этот момент мой случайно брошенный вверх взгляд зацепился за какую-то маленькую черную точку, появившуюся в небе над горизонтом и медленно двигавшуюся в нашу сторону. Точка росла и скоро стала пятном, очень мне не нравящимся! Я уже собрался снова произнести заклятие, отводящее взгляд, но меня остановил тоненький голосок, раздавшийся в моей голове:
– Не трать напрасно силы, это тебе не кукла-рыцарь! Лучше подумай, что теперь можно сделать!
– Как я могу думать, что теперь можно сделать, когда я не знаю, какое оно, это «теперь», – несколько раздраженно ответил я своей высокоумной, хотя и бумажной советчице.
– Теперь вы обнаружены епископской разведкой. Впрочем, ты сейчас сам в этом убедишься!..
И действительно, я в этом очень быстро убедился. Метрах в двадцати над нашим отрядом неспешно, как некий квадратный дельтаплан, пролетел… монах в черной развевающейся рясе с откинутым капюшоном и безобразно болтающимися голыми ногами. Монах странно помахивал руками, словно бы направляя свой полет, и гнусно улыбался.
Это бескрылое летательное свинство, безусловно, узнало нас с первого взгляда, вот только напрасно оно посчитало себя в полной безопасности. Я, может быть, действительно слишком долго раздумывал, что же теперь делать, но в нашем Братстве нашлись более сообразительные люди. Когда летающий прислужник Епископа решил сделать над нами круг почета, Эльнорда одним плавным движением выдернула из-за плеча лук и наложила стрелу. В следующее мгновение тетива негромко шлепнула по рукавице, и исследовавший нас дневной нетопырь неожиданно сорвался в штопор.
Подъехав к месту падения монаха, мы обнаружили совершенно мертвое тело со стрелой в горле и явными признаками множественных переломов. Но самое удивительное было то, что это совершенно мертвое тело все еще трепыхалось, словно пыталось опять подняться в небо!
Душегуб остановился над дохлым монахом, понаблюдал за этими неуклюжими попытками оторваться от земли и неожиданно заявил:
– А ведь это у него такой халатик летучий. Это он пытается мертвяка в небо утащить. Только мертвяк, судя по всему, тяжеловат для халатика, не то что живое тело.
– Точно! – немедленно согласилась Эльнорда. – Надо этот халатик на кого-нибудь из нас надеть! Пусть полетает, посмотрит, что там вокруг и как…
И оба повернулись в сторону трясущегося на огромной лошади Фродо.
– И не надо на меня так смотреть! – тут же отозвался кандидат в аэронавты. – У меня морская болезнь и вообще повышенная реакция на восходящие воздушные потоки! Я даже в самолетах по три пакета за раз использую!!!
– Здорово! – восхитился тролль.
– Что здорово?! Что здорово?! – еще более обеспокоился хоббит.
– Представляешь, мы тебя запускаем в небо, ты быстренько находишь этих дребаных рыцарей и вместо пакетов используешь наземные цели! Два-три вылета – и половина наших врагов задохнется в доспехах!
– Точно! – снова подтвердила Эльнорда. – Только перед каждым вылетом Фродо надо как следует кормить!
– Не надо меня как следует кормить! – буквально завопил хоббит, от чего его лошадь шарахнулась в сторону.
– Ну будем кормить, как не следует… – задумчиво буркнул тролль.
– Слушай! – воскликнула Эльнорда. – А может, нам этот халатик разделить на две половинки и заслать в небо обоих карликов?
Тролль ответил заинтересованным взглядом, а Твист и Фродо воплем:
– Кто карлик?!
– И вообще, – попытался Фродо перехватить инициативу в обсуждении летных перспектив, – почему вы решили, что запускать надо низеньких? Мне кажется, если над рыцарями зависнет Душегуб, они просто сразу все свои души повыпускают!
– Отчего бы это? – подозрительно спросил тролль.
– От ужаса! – радостно пояснил хоббит. – Ведь если такая гора рухнет на голову, ни один доспех не спасет. А еще лучше запустить Гэндальфа!
Тут, на мой взгляд, он перешел все границы, поэтому я сразу вмешался в разговор. Причем сделал это в своей излюбленной саркастической манере:
– Да-а-а?!
– Конечно! – возбужденно воскликнул Фродо. – У тебя так красиво будет развеваться бородища, они засмотрятся, а ты их с неба заклятиями, заклятиями…
– Щас я тебя заклятием, – угрюмо пообещал я, но хоббит бодро удивился:
– А я здесь при чем?! Это Эльнорда с Душегубом предлагают!
Твист довольно хихикнул, а тролль вытащил из кармашка кончик своей цепочки и многозначительно показал его карлику. Тот обиженно отвернулся, и его козлы медленно отошли в сторону.
Впрочем, пока мы препирались над бездыханным телом, один из всадников Байсана быстро соскочил с лошади и принялся споро стягивать дергающуюся рясу с мертвого монаха.
– Мы уже встречали такие хламидки, – негромко пояснил сотник, – и знаем, как с ними надо обращаться.
Как только степняк стянул рясу с тела, она успокоилась и безразлично обвисла в руках конника. Тот быстро сбросил свой халат и зачем-то сапоги, а затем натянул на свои широкие плечи черную рясу. И ничего не произошло. Однако парень, ничуть не смущаясь, примерился к слабому ветерку и побежал ему навстречу. Через пару десятков шагов он взмыл в небо и, сделав изящный круг, направился вперед, туда, куда лежал наш путь. Мы двинулись за ним неспешной рысью.
Наш летун вернулся через полчаса. Когда он появился в небе, Эльнорда уже держала лук в руках, но Байсан издалека узнал своего человека. Тот, смешно помахивая руками, опустился на землю и, чуть запыхавшись, доложил:
– До Замка часа полтора ходу… Но совсем недалеко собираются рыцари Храма.
– Много? – напряженно спросил Шалай.
– Когда я был над ними, их было десятка четыре.
Мы переглянулись. Нас тоже было около четырех десятков, стало быть, силы были практически равны.
– Но к ним выходило подкрепление. Я не знаю сколько, они выходили… ну… прямо из воздуха на дорогу…
– Зеркало! – скрежетнул зубами Шалай и пояснил, словно для самого себя: – Епископ поставил Зеркало. Интересно, сколько он сможет вывести против нас рыцарей?!
– Ну, это мы скоро узнаем, – задумчиво произнес я и повернулся к летуну. – Как ты думаешь, рыцарей видно из Замка?
– Конечно, – сразу ответил он. – Видно даже, как с замковых стен и башен этих серебряных ребят рассматривают.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
