Спартанцы замедлились, выставляя перед собой щиты и переходя на шаг. Медленно, но верно они двигались вверх, неся небольшие потери от стрелковых отрядов противника.
Изначально сражение велось в количестве тысячи легко вооружённых и слабо оснащённых беотийцев против полутора тысяч хорошо оснащённых спартанцев. Пока добирались до неприятеля, спартанцы лишились примерно сотни бойцов.
— РЫВОК! — из середины строя прокричал Густав, представший перед публикой в образе спартанского военачальник.
Оставшийся десятиметровый участок склона исчез под сотнями красных спартанских плащей и шлемов. Отреагировавшая за мгновение до удара щитами Кира бросила вперёд свою пехоту. Это помогло остановить ударный импульс противника.
Она методично отдавала одно указание за другим, наблюдая за разворачивающейся резнёй.
Спартанцы, пользуясь небольшим численным преимуществом, принялись обходить стоявшие плотным строем отряды противника и постепенно их окружать, беря в полукольцо. Небольшое затишье вызвало улыбку на лице Киры.
«И это всё? Густав, ты хотел меня удивить просто мясорубкой? Мог бы и не сопротивляться.» — она уже отдавала приказы резервным отрядам перекрыть проход между стеной поселения и основными отрядами врага, когда поняла свою ошибку.
— РЫВОК! — два легко вооруженных отряда под прикрытием немногочисленной элитной пехоты спартанцев обогнули основное место боестолкновения и встретились с резервом Киры и, словно нож сквозь масло, прошли через них. В этот раз расположились отряды обороняющихся и обошедших с фланга нападающих на одной высоте. Щиты не врезались, как несколькими минутами ранее, в стену из воинов беотийцев. Они их раскидали в стороны, как тренировочные манекены. Через этот немногочисленный отряд, словно вода, просочились ещё две группы воинов спарты.
Лёгкая пехота, вооружённая мечами и малыми щитами, врезалась в отряд метателей дротиков и связала их боем. Следующими двигались такие редкие среди спартанцев лёгкие копьеносцы. Отличительной их особенностью было наличие двух копий. Более лёгкого — метательного дротика, и более тяжёлого, окованного железом копья для ближнего боя.
Хоть Кира и развернула свою «стражу» с щитами, дротики нашли свою цель за мгновение до окончания формирования «стены щитов». От трети до половины щитоносцев оказались убиты и ранены, а оставшиеся спешно закрывали появившиеся бреши. Свой дротик нашёл и Киру. Тяжёлое ранение стало помехой в управлении войском и требовалось время для отдачи новых приказов. Боли истинное тело не имело. А вот ограничение на выкрики приказов игра накладывала.
— НАТИСК! — скомандовал малочисленной группе копьеносцев без щитов Густав и вместе с этим отрядом, держа копьё наперевес, взял разбег на поредевшие ряды телохранителей Киры.
«Всё или ничего!» — именно эта мысль мелькнула в его голове за мгновение до столкновения с щитоносцами Киры.
Если их натиск не удастся, он будет в окружении многочисленной группы врага с двумя десятками воинов.
Металл столкнулся с металлом, крики наполнили этот окровавленный клочок земли. Ноги защитников на скользких от крови камнях не выдержали натиска и вместе со своей правительницей отправились с двухметрового утёса прямиком на копья расположившихся снизу спартанцев.
Каждого из защитников, что сорвались с обрыва, нашло сразу несколько копий, кровавым дождём окропляя бесстрашных спартанцев, словно благословение Ареса, бога войны.
«Победа за Спартой!» — возникла на экране короткая, но такая шокирующая для Аресовцев надпись.
Сражающиеся выбрались из своих игровых комнат, установленных на арене, и их взгляды пересеклись.
Холодная ярость Густава и задумчивый, удивлённый взгляд Киры.
Организаторы объявили небольшой перерыв, и я открыл глаза.
— Если так и дальше пойдёт, наша помощь на этом этапе и не понадобится. Всё таки не зря мы его натаскивали все эти дни.
*Налицо грубая недооценка соперника. Вряд ли следующие сражения будут столь же бездарно проиграны*
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Поживём, увидим» — ответил я Куратору и подключился к просмотру следующего боя.
Да уж. Вот что значит — взяться за дело всерьёз. Вторая карта — середина шестнадцатого века. Карибские острова, карта захвата портовой крепости. Карта включала в себя и портовый городок с узкими улочками, частично холмистые джунгли. Эта карта была самим воплощением всевозможных тактик и стратегий. Обороняющий форт и прилегающие к нему улицы Густав выбрал англичан, Кире же достались испанцы. Первые пятнадцать минут всё шло относительно неплохо. Да, Густаву приходилось несладко из-за кочующих и скрывающихся в густых зарослях любителей пострелять из мушкетов испанцев. И, казалось бы, он сумел уничтожить, навскидку, треть войск противника. Но это было далеко не так. Грамотная рокировка войск, отвод легкоранненых после обстрела из пушек форта позволили оставить практически в полном составе численность нападающих.
Спустя тридцать пять минут после начала встречи у обороняющихся закончились ядра, и пушки стали бесполезны. Словно только этого и ждавшая Кира выкатила свою собственную артиллерию, до этого скрывающуюся в густых джунглях. Слегка раненные солдаты стали пушкарями и принялись долбить по стенам форта и скоплению войск англичан.
Густав был вынужден отодвинуть свои войска вглубь форта, скрывая их от обстрела. А когда канонада прекратилась, имеющие практически двойное преимущество в количестве войска испанцев начали широкомасштабное наступление. Пушки лупили по воротам, которые не выдержали. Теперь англичанам предстояло держать под контролем не только стены, на которые они с огромным трудом возвращались, зачастую погибая от мушкетных выстрелов только лишь появляясь на стенах.
*Вероятность проигрыша составляет свыше 81%* — отрапортовал Куратор, и я принял решение вмешаться.
Перед глазами появилась картинка Густава, что истерично командовал резервами. Я сходу отменил последние несколько приказов и отдал новые. Граф, конечно, офигел, когда его приказы стали отменяться, но возникшая перед его глазами игровая надпись разъяснила ему, что происходит, и потребовала действовать совместно.
— Так вот о каком фокусе ты говорил... — загадочно прошептал Густав и, оценив оставшиеся силы и положение форта, доверил сражение мне и Куратору.
Это хорошо, что я успел его предварительно обработать во время перерыва. Иначе, боюсь, он мог бы и сдать меня.
Резерв отправился на противоположную стену, смотрящую в сторону моря. Оттуда снаряды не прилетали, но и достать противника было невозможно. Пока он не войдёт на территорию форта. Две сотни мушкетов и пистолетов, поставленные ряд за рядом, как классическая линейная пехота 18 века, должны были обеспечивать частоту стрельбы. Забаррикадировавшиеся в главном здании форта английские офицеры и нанятые матросы, что не имели пистолетов, должны были стать последней линией обороны, пока мы стремимся исправить ситуацию. Вариантов было действительно не слишком-то и много, но и я не ожидал подобных тактических уловок от Киры.
Три десятка конников, пятьдесят стрелков и два десятка закованных в кирасы стражей форта выдвинулись к противоположной стене, где, следуя моей команде, выбрались через чёрный ход на небольшое скалистое плато, разделявшее форт и море. С него витиевато вниз, к городу, шла узкая тропинка, по которой мог пройтись максимум один человек. Враг штурмовал по полной стены и уже прорвался сквозь ворота, заставляя защитников форта перейти в рукопашный бой. Мы же тем временем оказались в портовом городке, который в рамках игры вымер. Вновь построившись в боевые порядки, мы полукрюком вышли из города в местные джунгли, где рассредоточились и лихо налетели на отдыхавших артиллеристов, возвращая себе шансы на победу.
В этот момент стрельба в форту уже затихла и раздавался лишь мерный стук в деревянные, укреплённые стальными листами ворота центральной башни.
