что отделаться от Лауриня мне не удастся, а препираться с ним было лень. – Только не суйтесь мне на глаза, ясно вам?
– Так точно… – протянул Лауринь и в самом деле всю дорогу держался достаточно тихо, так что я почти забыла о его присутствии.
А побродила я немало. Обошла для начала вокруг замка: он стоял на невысоком холме, так что ближайшие окрестности можно было неплохо рассмотреть. Ничего интересного, к северу – деревня, небольшие, только прокормиться, поля и огороды (любопытно, кстати, как обстоит дело с рождаемостью среди простого люда; до сих пор они роднятся между собой или тоже приводят невест извне?). Дальше, если верить словам Фейна, еще одна деревня, еще дальше – там уже начинаются предгорья – постоянных поселений нет, туда только пастухи со стадами забредают. А там уж и до гор рукой подать. К югу и востоку от замка – непроходимая чащоба на много дней, а то и недель пути. Насколько я помнила карту, на ней эта область была отмечена как малоизученная и совершенно бесполезная. Видимо, такая позиция была более чем официальной, ибо исследовать эти не слишком дружелюбные места никто не рвался. А может, Арнелий приберегал эти земли в качестве резерва на случай резкого увеличения численности населения, не могу точно сказать. К западу – опять-таки чащоба, но не такая страшная, несколько дней пути по вполне приличной дороге – и ты в нормальном мире. Если, конечно, тебя соизволят проводить обитатели Замка, в противном случае дальше первого ночного привала ты никуда не уедешь. Надо думать, нам сильно повезло, что мы встретили разъезд: даже днем Лес выглядел довольно-таки враждебно, так и казалось, будто кто-то смотрит в спину из чащи. Ни одной живой души, за исключением мелких птиц и насекомых, там сейчас не было, но ощущение тем не менее не исчезало. Судя по тому, как то и дело передергивал плечами Лауринь, то же чувство преследовало и его, а значит, это не было моей фантазией. Да и не склонна я к пустым фантазиям, если честно.
В Лес, понятное дело, соваться у меня не было ни малейшего желания. С трех сторон Лес подступал к Замку почти вплотную, спустись с холма до середины – и вот они, деревья, а вот с западной стороны холм обрывался довольно-таки крутым утесом. Внизу, насколько можно было рассмотреть, бежала широкая мелкая речка, огибая холм. Вот по ее течению я и решила пройтись. Впрочем, речка – это громко сказано, просто ручей. Довольно широкий, но мелкий, с чистой прозрачной водой – сквозь нее видно было все камни на дне. Я прищурилась против солнца – мне показалось, что один из камней на берегу не вписывается в общую цветовую гамму. Тут преобладали достаточно спокойные, неяркие оттенки: серо-зеленый, коричневый разных тонов, сиреневато-серый, бежевый… А вот этот камень вносил некоторый диссонанс в окружающую среду. Разумеется, я решила спуститься вниз и посмотреть поближе на это чудо природы. И, конечно, тут же услышала страдальческий голос:
– Госпожа Нарен, что вы делаете?
– Стойте, где стоите, Лауринь, – велела я. – Раз уж вас понесло за мной, так хоть под ногами не путайтесь!
Придерживаясь за ветви кустарника, я без особых трудностей спустилась с откоса к ручью. Здесь он выглядел довольно широким, но все равно его бы курица вброд перешла.
Сзади послышался шорох осыпающейся земли – Лауринь, разумеется, на месте не остался и последовал за мной. Хорошо еще, кубарем с откоса не свалился, вояка…
Заинтересовавший меня камень находился на другом берегу ручья, пришлось идти вброд. Впрочем, я лишь едва замочила сапоги.
Небольшой осколок скалы, каким он показался мне с первого взгляда, откровенно не вписывался в пейзаж. Прежде всего, он был грязно-красного цвета, и, могу поспорить, если бы я задалась целью счистить с его боков наросты грязи и мха, камень оказался бы великолепным образчиком так называемого розового эрса. А розовому эрсу в этих местах взяться было решительно неоткуда.
– О!.. – послышался удивленный возглас, и я обернулась. – Госпожа Нарен, взгляните!
Чуть поодаль склон резко выступал вперед, скрывая за собой что-то, обнаруженное неугомонным Лауринем. Я завернула за этот выступ и невольно присвистнула. Здесь имелся еще один валун того же ржавого цвета, и некоторые его грани, чересчур уж ровные, наводили на мысль о том, что когда-то над камнем потрудились человеческие руки. Но что было куда более удивительным, так это колонна. Да-да, аккурат за камнем виднелась изрядно покосившаяся и вросшая в землю колонна. Сохранилась она вполне недурно, если учесть, что остался от нее обломок чуть ниже человеческого роста. Материалом для ее изготовления служил все тот же розовый эрс высокого качества, даже время не причинило ему особого вреда. Конечно, камень здорово выкрошился, но на солнце колонна по-прежнему сияла тем особенным розовато-лиловым светом, который присущ только лучшему эрсу.
Я посмотрела под ноги. Так и есть, песок около ручья имел нехарактерный для этих мест красновато-розовый оттенок. Очевидно, это были остатки других колонн, или что тут еще стояло…
– Откуда это здесь, госпожа Нарен? – спросил Лауринь пораженно.
Я обогнула валун, чтобы поближе посмотреть на колонну, и споткнулась о фрагмент каменной кладки. Однако плотная тут была застройка!
– Понятия не имею, – ответила я честно. – В Замке ни о чем подобном не упоминали. Вполне вероятно, что они и сами об этом не знают, а если и знают, принимают как должное. В конце концов, руинам этим столько лет, что Замок рядом с ними – новостройка.
– Интересно, что это было… – протянул Лауринь, разглядывая валун. – Госпожа Нарен, а это что?
Под руками любопытного лейтенанта пласт наросшего на камень мха съехал вниз, обнажив довольно ровную поверхность, в давние времена, очевидно, даже отполированную до блеска. Причина, по которой мху удалось закрепиться на гладкой поверхности, была очевидна – тут и там на камне виднелись довольно глубокие ровные борозды, теперь забитые землей.
– Вот еще… и вот… – Лауринь увлекся не на шутку, и наконец ему удалось расчистить достаточно обширную неиспорченную область.
Теперь стало ясно, что борозды – это часть орнамента, когда-то украшавшего поверхность камня. Знаки были мне совершенно незнакомы: пересеченные крестами двойные окружности, полосы разнообразных завитков, обрамленных двойными и тройными прямыми линиями, ромбы с полумесяцами внутри… Нет, решительно я никогда прежде не видела таких орнаментов, хотя некоторые элементы показались мне знакомыми. Они выглядели достаточно незамысловатыми, но вместе с тем в них чувствовалась некая сила.
– Это что-то означает? – спросил Лауринь, осторожно проводя кончиками пальцев по одной из высеченных в камне
