Рыцари, ландскнехты… Они лежали повсюду. В коридорах, на лестницах, на смотровых площадках башен и в переходных галереях стен, на крепостном дворе, в лагере. В подвесных кабинках канатных дорог. У ворот. На перевальном посту.
Под стенами и башнями растерянно бродили быкони.
– Вот же мляха-муха! – поежился Костоправ, выглянув из очередной бойницы. – Стремно-то как, а! Мертвое царство, мать его! Будто после Бойни, епть!
«А ведь в этой «Бойне» погиб только один мутант, – подумал Виктор. – Но чего стоила его смерть!»
Огромная Цитадель с живым, но полностью выведенным из строя гарнизоном и раскинувшийся у ее подножия лагерь производили гнетущее впечатление. Будто Цитадель и окрестности забросали бомбами с каким-то особым Смрадом Геенны, который воздействует исключительно на людей.
Если бы сейчас здесь появились перьеносцы, они без труда и потерь вырезали бы всех Инквизиторов. Однако для четырех человек это все-таки непосильная задача. Особенно если понятия не имеешь о том, как долго продлится оцепенение «спящих красавцев» с крестами на плащах и доспехах.
Могло ведь и не очень долго. Так что разумнее было не рисковать понапрасну, а поскорее выбираться из впавшей в кому крепости.
Узкий коридор и винтовая лестница, которые вели к покоям Магистра, были завалены телами так, что ногу некуда поставить. Видимо, по звуку сирены сюда ломанулась вся охрана башни. Здесь же она и легла.
Проходя мимо Фридриха, находившегося, как и все Инквизиторы, в отключке, Костоправ не удержался.
– У-у-у, морда палаческая! – лекарь в сердцах пнул крестоносца, да так, что на Фридрихе звякнул доспех. Впрочем, этим расправа над давним и совершенно беспомощным теперь обидчиком ограничилась.
Змейка использовала время, которое они потратили, пробираясь через завалы неподвижных тел, с большей пользой: на верхнюю площадку башни она поднялась с парой пистолетов и короткорылым компактным пистолетом-пулеметом, экспроприированными у рыцарей-Стрельцов. Пистолет-пулемет Змейка повесила на шею, а две пистолетные кобуры прицепила к поясу, на котором уже висел ландскнехтский меч. Стрелец-баба разжилась также запасными обоймами и магазинами. В общем, вооружилась до зубов деваха.
Виктор тоже не скромничал. Он прихватил с собой пару автоматических винтовок с боеприпасами. Зачем? А чтоб было! Глупо не подобрать старые стволы, валяющиеся прямо под ногами. Стрелец он, в конце концов, или как?
Конечно, Инквизиторское оружие – это не привычный «АК». Конструкция незнакомая, как пользоваться – понятно лишь в общих чертах, но будет время – авось, разберемся.
Костоправ и Костяника ничего брать не стали. Первому за глаза хватало кистеня и трофейного бронебойного топорика, второй – ландскнехтского меча и арбалета.
* * *
Покинуть башню Магистра тем же путем, которым они в нее поднялись, оказалось непросто. Воздушная повозка, связывавшая башню с соседними укреплениями, висела в широком проеме между башенными зубцами. В покачивающейся на ветру кабине валялись стрелки, и было ясно, что сам собой этот транспорт по канатной дороге теперь никуда не поедет.
Виктор глянул вниз. С быконем, который проводил в движение подвесную гондолу, ничего не случилось. Но там, внизу, сейчас некому было заставить двигаться его самого.
Пришлось крутить ворот внутри кабины. Ворот шел туго, кабина скользила по направляющим тросам медленно и неохотно. Но, слава богу, сейчас воздушную повозку нужно было спускать под уклон, а не тянуть наверх.
Они не застряли на полпути и не сорвались. Благополучно добрались до противоположного конца канатной дороги. Гондола стукнулась о каменную кладку с деревянным козырьком-«причалом», и пассажиры перешли в знакомое помещение. Стол с телефоном, валяющаяся под столом стража… Все как везде, в общем.
Дальше по Андоррской Цитадели их вела Змейка.
И вывела-таки! Стрелец-баба действительно хорошо запомнила дорогу. Что ж, не зря она была лучшей княжеской разведчицей. Хотя почему была-то? Есть, как выяснилось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На крепостной стоянке они выбрали небольшую автоповозку. Это был мощный и относительно хорошо сохранившийся дизельный внедорожник, переделанный под нужды нового времени. На выступающем далеко вперед бампере, который при необходимости можно использовать и как таран, крепились ремни для быконской упряжки. На капоте, закрытом деревянными щитами, было оборудовано место возницы. Сзади – на корме с навесной защитой, украшенной черными крестами, – Инквизиторские умельцы прикрепили пару небольших бомбардочек на подвижных шарнирных лафетах, а наверху, на вертлюге – пулемет. Тоже не очень знакомое оружие: его еще надо будет как-то осваивать. Возле места пулеметчика были закреплены две коробки с лентами.
Колеса у автоповозки – бескамерные, из нескольких слоев проклеенной быконской шкуры, чередующейся с необычайно прочной чешуйчатой шкурой какого-то котлового гада. Такие протекторы не пробьешь и быстро не износишь. В защищенном багажном отделении обнаружились дубовая бочка и пара вместительных канистр с горючкой, а сверху – ящик с гранатами. Тут были и старые «лимонки» с запалами и кольцами и обычные фитильные метательные бомбы. Хорошее дело, кстати, чтобы уходить от погони. Возле водительского места даже поблескивало – верх пижонства! – треснувшее зеркальце заднего вида.
В общем, это была машина, на которой можно и через дорожный заслон прорваться, и от мутантов отбиться. И – что сейчас важнее – убраться из орденской крепости далеко и быстро.
Виктор сел за руль. Во время торговых экспедиций ему приходилось водить всякий транспорт, и не только гужевой, а Инквизиторские автоповозки мало отличались от машин, использовавшихся в Сибирском княжестве.
Рядом расположилась Костяника. На голове у нее – все тот же шлем с тонированным забралом. Впрочем, пока оно было открыто: Костяника будет делать то, что умеет лучше других – высматривать опасности в пути.
Костоправ и Змейка открыли ворота на перевальной заставе, и автоповозка выехала на извилистую горную дорогу.
Андоррская Цитадель остались позади. Ветер стих, башенные стяги с Черными Крестами обвисли. Крепость, казавшаяся мертвой и безлюдной, молча пялилась пустыми глазницами бойниц вслед удалявшейся машине.
* * *
– Что с ними? – Разящая Пуля – Меткая Стрела озадаченно смотрел на Людей Креста.
Это был небольшой отряд. Пара повозок, несколько мелких, почти безрогих мустангов-бизонов в защитных попонах с черными крестами.
И полтора десятка вражеских воинов. Некоторые были без шлемов и почему-то с расцарапанными лбами. Другие, похоже, тоже пытались снять шлемы, но не смогли или не успели этого сделать.
Судя по всему, группа направлялась куда-то на юго-восток, а потом…
Потом с ними что-то произошло. Что-то странное и непонятное.
Люди Креста лежали на дороге, у обочины, в повозках, словно всех их одномоментно сразила смерть.
Однако мертвыми они не были.
Закатившиеся глаза, неподвижные тела, и при этом…
– Живые, – пробормотал Смотрящий-за-Волны, осмотрев пару человек. – Живые, только в отключке.
– Может, эпидемия? – предположил Пуля-Стрела.
Смотрящий поспешно отступил от тел.
– Вряд ли, – к ним на бизоне-мустанге подъехал Медвежий Коготь. – Со скотиной ведь ничего не случилось.
Оседланные и впряженные в повозки животные Людей Креста действительно выглядели здоровыми. Хотя…
«Зараза может выкашивать только людей», – подумал Пуля-Стрела. Но промолчал. Видно было, что вождь старается избежать распространения панических слухов. И правильно: паника бывает заразнее и страшнее любой эпидемии.
Что ж, будем надеяться, что ничего страшного не произошло. А если все же произошло, Маниту Тотемов не оставит своих верных слуг без защиты.
– Собрать оружие, – распорядился Коготь, пряча непонимание за нахмуренными бровями.
– А что делать с Людьми Креста? – спросил Смотрящий.
– Убить, – угрюмо отозвался вождь. – Им от этого хуже уже не станет. А Тотему такая жертва не нужна. И вряд ли от них можно чего-то добиться. Если кто-то хочет взять скальпы – берите.
