– Здрасте, приехали, епс-перевердопс! – растерялся Костоправ. – Что за бред, Золотой?!
– Не бред, – жестко отрезал Виктор. – Если мы перестанем доверять друг другу и начнем друг друга ненавидеть, это будет поопаснее красных глаз Костяники. Это значит, что вместе мы только до первой серьезной заварушки. А я хочу быть уверен, что мне прикроют спину и не ударят сзади. Короче, Змейка, не согласна – проваливай. Только карту придется оставить. От нее слишком многое зависит.
– Карта – моя! – набычилась Стрелец-баба.
– Не твоя. Ты раздобыла ее для князя, а меня больше интересует благополучие княжества. Это – во-первых.
А во-вторых, я не уверен, что сама ты сможешь доставить ее в Сибирь. Впереди долгий и опасный путь – так ты, кажется, говорила. В общем, решай. Только решай сейчас и здесь. И так, чтобы потом своего решения не менять. Ну?
– Поехали, – буркнула Змейка.
– Мы договорились насчет Костяники?
Стрелец-баба поджала губы. Не-е, так дело не пойдет. Молчанка не прокатит. Сейчас нужно дожать до конца и расставить все точки над «ё», чтобы потом ни о чем не жалеть.
– Я спрашиваю: мы договорились?
– Воздух! – вдруг вскрикнула Костяника.
– Мля-разомля! – выдохнул Костоправ.
Из-за скалистых пиков и путающихся в снежных вершинах облаков вынырнула гигантская птица перьеносцев. Над горами разнесся клекот, похожий на громовой раскат. Кажется, где-то сошла лавина.
Жизнь снова вошла в свою обычную колею. Жизнь потекла бурно и быстро, как горная река.
И опять разговоры говорить не было времени. Ладно, окончательный ответ на его вопрос Стрелец-баба даст позже, а пока ее нужно использовать по прямому назначению.
– Змейка, к пулемету! – крикнул Виктор, запуская мотор.
– Да я ж не…
Не пулеметчица – понятное дело, но…
– Разберись! Постарайся!
Стрелец-баба, ругаясь сквозь зубы, загромыхала ящиком с пулеметной лентой. Понятно: это надолго…
– Костоправ, что с бомбардами? – спросил Виктор.
– Не заряжены, етить их!
– Да твою ж…
– …мать! – охотно подхватил лекарь.
Виктор принялся разворачивать громоздкую машину на тесной дороге. Не самое простое занятие, особенно когда орут под руку.
– Какого хрена, Золотой?! – закричал Костоправ. – Куда ты намылился?!
– Возвращаемся в тоннель, – объяснил Виктор.
От птицы сейчас можно укрыться только там. Если, конечно, они успеют туда доехать.
Бум-м-м-хр-р-рясь! Удар и скрежет. Корма автоповозки задела дорожное ограждение, приподнялась, зацепилась. Задние колеса беспомощно завертелись в воздухе.
«Не успеем! – понял Виктор. – Застряли!»
Он поднял голову, ожидая атаки сверху.
Глава 30
Птица не напала. Похоже, она вообще не обратила на них внимания. Впрочем, не удивительно: когда предгорья и горы вокруг усеяны беспомощными крестоносцами, а на перевале, как вишенка на торте, красуется беззащитная Андоррская Цитадель, и собранные в кучу орденские войска не способны оказывать сопротивление, вряд ли крылатую тварь заинтересует одинокая автоповозка на горной дороге. Пернатый монстр улетел куда-то в сторону Инквизиторской крепости.
Но проблема заключалась в том, что за птицей идет наземная армия перьеносцев, а от нее в тоннеле уже не спрячешься.
Автоповозку освободили довольно быстро. Столбик, на который напоролась машина, Костоправ в пару ударов раскрошил трофейным топором. Чудо-кристалл перьеносцев годился не только для того, чтобы пробивать черепа, шлемы, латы и сейфы.
Виктор осторожно отъехал от опасного обрыва.
А Змейка, чертыхаясь, все возилась с пулеметом. Стрелец-баба пыталась зарядить ленту в незнакомый агрегат, но пока не очень в этом преуспевала.
Птицу больше не было видно, и Виктор решил не возвращаться к тоннелю, а двигаться к развилке, где начиналась дорога на Каталонию. Рискнуть стоило: пока в горах не появились основные силы перьеносцев, следовало убраться поскорее и подальше.
Поскорее удалось. А вот насчет подальше…
Что происходит за скалой, которую огибал горный серпантин, не могла видеть даже Костяника. А когда автоповозка вылетела за поворот, прятаться было уже поздно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Их ждали. Наверное, перьеносцы услышали звук приближающейся машины и приготовились к встрече.
Скорее всего, это был передовой разъезд – не очень большой, но им бы хватило.
Трое всадников на огромных заокеанских быконях и целая свора мутантов, похожих на волкопсов, только малость поменьше. «Собачки, типа, едрить их!» – совсем по-Костоправски подумал Виктор.
– С-с-суки! – басовито простонал Костоправ.
Выстрелов не было, но по автоповозке отчетливо стукнуло два или три раза. Стрелы? Копья? Метательные топоры? Виктор даже не понял, что это было. Мозг лихорадочно решал одну задачу: как поступить? Дать по тормозам и остановиться? Повернуть и ехать назад? Но любая заминка сейчас подобна смерти. И разворот на горной дороге, как показывала практика, – маневр непростой и небезопасный. По крайней мере, выполнить его быстро вряд ли удастся. А гнать громоздкую машину задом по серпантину сможет только прирожденный ас, каковым Виктор все-таки не являлся.
Он решил ехать вперед. Между двумя быконями перьеносцев еще оставалось немного пространства, правда, там метались заокеанские волкопсы. Ну, да ладно, придется рискнуть. Виктор вдруг стал спокоен, как толстокожий мурж из северных морей. Он видел все как бы со стороны. Так и надо. Нервничать сейчас нельзя.
* * *
– Держитесь!
Виктор вдавил педаль газа, очень надеясь проскочить между быконями.
– Держи! – заорала Змейка. – Меня держи!
В трясущееся зеркало заднего вида Виктор увидел, как Костоправ хватает левой рукой Стрелец-бабу за талию, а правой – сдергивает с пояса кистень.
Обниматься и драться одновременно – на такое, наверное, способен только он. Главное, чтобы лекарь не перепутал чего с кем надо делать.
– Захерачу всех налево! – громогласно пообещал Костоправ. Хотя сидел он вообще-то у правого борта.
Змейка так и не разобралась с турельным пулеметом, но прихваченный из крепости Инквизиторский пистолет-пулемет она с грехом пополам освоила. Повиснув в объятьях Костоправа и используя вертлюгу в качестве упора, Стрелец-баба открыла огонь.
Через голову Виктора на противника обрушился беспорядочный, не очень прицельный, зато очень частый град пуль. На свинцовый шквал сразу напоролись две или три «собачки» перьеносцев. Крайний быконь, пытавшийся атаковать вдоль дорожной ограды, тряхнул рогатой головой, словно отмахиваясь от мошкары, и оступился, развалив заборчик. Мутант сорвался с обрыва вместе с наездником. Костянике удалось сбить еще одного всадника, выглянувшего из-за горба своего быконя. Наверное, случайно получилось, но главное, что получилось!
Увы, стрельба быстро оборвалась. То ли закончились патроны, то ли заклинило старое оружие.
Бум-бум-бум-бум! Бампер автоповозки разбросал «собачек» перьеносцев. Заокеанские волкопсы разлетелись в стороны, кто-то угодил под колеса. Один – прыгнувший в машину через подвесные щиты – наткнулся на арбалетную стрелу Костяники, еще один попал под кистень Костоправа.
В последний момент вражеские быкони попытались загородить дорогу.
Рога мутантов ударили по бортам автоповозки. С левого слетел дощатый щит, да так и остался болтаться на башке твари. Быконь, ударивший справа, пропорол корму и сковырнул бомбарду.
И все же они проскочили.
Два быконя, один уцелевший перьеносец и с полдесятка волкопсов развернулись и бросились в погоню.
Поврежденное правое заднее колесо восьмерило, автоповозку водило в стороны, и Виктор опасался развивать большую скорость, так что оторваться от преследователей не получилось.
Змейка, по-прежнему поддерживаемая Костоправом, теперь палила с двух рук из Инквизиторских пистолетов. Однако ей удалось уложить лишь волкопсов: быконей пистолетные пули не брали, и перьеносца, прячущегося за горбом боевого мутанта, тоже достать не могли.
