с трудом совладав с прыгающими губами.
После такого приключения я не видела ничего странного в том, чтобы поблагодарить дерево. В конце концов, оно меня защитило, в этом сомневаться не приходилось. Вот уж не думала, что мне когда-нибудь в жизни придется испытать такое! Интересно, не появилось ли у меня седых волос? Я бы не удивилась!
Внезапно меня посетила любопытная мысль, которая выглядела несколько фантастичной, но после этой ночи ничто уже не казалось мне невероятным. «Нужно будет проверить», – наказала я себе и… заснула. Сидеть и бояться до утра было глупо, раз уж дерево решило защитить меня один раз, вряд ли оно даст мне пинка и вышибет на поляну под открытое небо, не так ли? Кажется, сквозь сон я слышала какие-то звуки, кто-то бродил вокруг, трещал сучьями, шелестел травой, но меня никто не потревожил.
Проснулась я рано утром, отлежав спину на твердой земле. Солнце уже успело высушить росу, похоже, предполагался еще один жаркий денек.
Колючие ветви, ночью опустившиеся до самой земли, теперь приподнялись, открывая мне выход. Уж не приснилось ли мне все это?
– Спасибо за помощь, дерево, – сказала я, на четвереньках выбираясь наружу. Определенно, приснилось. Наверно, Олора намешала в воду какой-то гадости наркотического свойства, и вот результат… – Ох…
Одна из веток вдруг опустилась, хотя ветра не было и в помине, и коснулась моей щеки – как будто колючая мохнатая лапа меня погладила. Н-да… Все-таки это был не сон.
Я потрясла головой, чтобы окончательно проснуться, и попыталась сосредоточиться. До Замка топать и топать по кустам и канавам, а вот если взять правее и пойти вдоль оврага, то вскоре я выйду на дорогу, по которой мы прибыли в Замок. Чтобы убедиться в правильности своих выводов, я принудила какую-то пичугу послужить недолго моими глазами. В самом деле, до дороги было не так уж далеко и, что приятно, путь лежал под гору…
…На дорогу я выбралась аккурат после полудня, исцарапанная, встрепанная – косынку я, как оказалось, забыла под деревом, где ночевала, однако возвращаться не стала, – но довольная. Днем в Лесу было хорошо, хоть и жарко. Должно быть, из-за моего приподнятого настроения – как же, преступление-то, считай, раскрыто! – мне казалось, что лесные тропинки сами стелются мне под ноги. Во всяком случае, о корни и сучья я не спотыкалась, в ежевичнике не увязала, да и мошкара не слишком мне докучала. К тому же по пути я наткнулась на небольшой ручеек, напилась вволю, а на другом его берегу обнаружила земляничную поляну. Горсть ягод – это не еда, но все-таки идти стало приятнее, чем на пустой желудок. Пару раз я проверяла с помощью птиц, верно ли я иду. Оказалось, верно, а последняя моя помощница углядела на дороге нечто интересное.
Выбравшись на дорогу, я не пошла в сторону Замка, а уселась на придорожный камень, с наслаждением закурила и принялась ждать. Не прошло и четверти часа, как я услышала невдалеке перестук копыт. Лошади плелись небыстрым шагом, и я легко могла расслышать увещевания какого-то мужчины, судя по говору, местного:
– Да глупости это, говорю я вам! Не найти ее, не найти, если только Лес начать прочесывать, да толку-то? Чужаку ночью в Лесу не выжить, точно вам говорю!
– Госпожа Нарен не обычный человек, – отвечал ему упрямый и злой голос лейтенанта Лауриня. – Она могла уцелеть!
– Да глупости вы говорите, – отзывался первый. – Да и странная она, эта ваша госпожа… Ну зачем ей понадобилось к оврагу идти на ночь глядя? Да еще одной? С чего вы это взяли?
– Она хотела осмотреть место, где нашли ту девушку, Райту, – ответил Лауринь. – Так рейе Олора сказала.
А, так вот что придумала Олора! Ну что ж, неглупо. Очевидно, меня все-таки хватились – надо думать, именно Лауринь, хотел, поди, доложить о своих успехах, но меня не нашел и всполошил весь замок. Тогда-то Олора и выдала вполне жизнеспособную историю: мне вздумалось прогуляться к оврагу, посмотреть на место предполагаемого преступления, а вернуться я не вернулась. Заблудилась, в Лесу это легче легкого… А откуда Олора это узнала? Да я мимоходом обмолвилась, а она услышала, только и всего! А может, я дорогу у нее спросила, тоже вариант.
– А чего вы решили, что надо ее у оврага искать? – бубнил первый голос. – Мало ли где она заплутала!
– Дальше оврага она вряд ли ушла, – сказал Лауринь неуверенно. – А там… мало ли, упала, как эта ваша Райта, голову разбила…
– Я вам самому голову разобью, Лауринь, если будете чушь нести! – сказала я громко – всадники еще не появились из-за поворота, но услышать меня уже могли.
На мгновение воцарилось молчание, а потом раздался дробный конский топот, и из-за поворота вылетел Лауринь на своем гнедом. Я как ни в чем не бывало восседала на камне и дымила трубкой, наслаждаясь произведенным эффектом. Лауриню, впрочем, было не до эффектов, он живо слетел с лошади и подбежал ко мне.
– Госпожа Нарен!.. Вы живы? С вами все в порядке? – засыпал он меня вопросами. – Что с вами случилось?!
– Тише, лейтенант, – попросила я. – Я жива, как видите, цела и даже нахожусь в довольно неплохом настроении. Но оно быстро испортится, если вы не уйметесь. Что со мной случилось, я расскажу в Замке, чтобы не повторять дважды. – Я посмотрела на двоих ошалевших всадников: мое появление явно повергло их в шок. Лауринь одарил их победной улыбкой, дескать, что я вам говорил? – Однако небольшая поисковая партия…
– Больше рейе Фейна не выделил, – наябедничал Лауринь. – Сказал, все равно бесполезно, если случайно не наткнется кто-то, то не найти вас… К тому же вы чужая.
– Прекрасно его понимаю, – вздохнула я и встала. – Ну что ж, господа. Надеюсь, кто-нибудь из вас одолжит даме лошадь? Нет, не вы, Лауринь, ваш гнедой для меня слишком нервный, а кто-то из этих двоих…
В результате мне досталась симпатичная соловая кобылка, не чета моей серой в послушании, конечно, но вполне приличная.
– Как же вы, госпожа, ночью в Лесу… – начал было один из провожатых, но вопроса не закончил, и так ясно было, чтó он хочет узнать.
– Да как-то вот… – пожала я плечами. – Заплутать тут у вас в самом деле ничего не стоит. Проблуждала, пока не стемнело, а там под деревом заночевала. Утром по солнцу сориентировалась, вышла к дороге, только и всего. Очень удачно на вас наткнулась.
Я поймала взгляд Лауриня – он в мою историю не поверил совершенно, зная уже, как именно я ориентируюсь на местности.
