— Как ты назвал это чудовище? «Монгольский воин»?
— По-моему, вполне подходит.
— Мы должны перехватить его, прежде чем он пройдет под мостом.
— Если опоздаем, трудно будет нанести по нему удар с воздуха, не разрушив половину Бруклина.
— Твой план сработает, если береговая охрана и полиция Нью-Йорка потерпят неудачу.
— Скоро узнаем, — заметил Питт.
* * *
С борта «Уильяма Ши» адмирал Доувер попытался установить связь с приближающимся танкером.
— Говорит командующий береговой охраной Соединенных Штатов. Ложитесь в дрейф и приготовьтесь принять на борт команду для досмотра.
Напряжение на капитанском мостике катера все возрастало, поскольку команда танкера не проявила никакого желания выйти на связь. Танкер по-прежнему на полной скорости двигался в направлении Нью-Йорка. Доувер сделал вторую попытку, затем третью, но все тщетно. Команда и капитан ждали дальнейших распоряжений адмирала.
Неожиданно тишину на мостике нарушил твердый холодный голос, донесшийся из передатчика.
— Говорит владелец «Монгольского воина». Я не намерен останавливать мое судно. Предупреждаю, что любая попытка причинить вред моему танкеру приведет к непредсказуемым последствиям.
С неопределенностью было покончено. Сомнений больше не оставалось. Над городом нависла страшная опасность. Доувер мог попытаться продолжить переговоры, но время работало против него. Он отдал приказ антитеррористическим командам вертолетов начать операцию. Одновременно приказал катерам двигаться курсом, параллельным ходу танкера, изготовив орудия к бою.
В бинокль он продолжал наблюдать за палубой танкера, пытаясь понять, какую тактику на этот раз изберет его безумный капитан.
«Слава богу, — подумал адмирал, не отрывая глаз от бинокля, — что море сегодня спокойное. У команд спецназа не будет проблем с высадкой».
Вертолеты зависли над палубой танкера, пока пилоты выбирали место для высадки людей. Катера изменили курс и по дуге попытались приблизиться к корпусу гигантского судна.
Это было все, что успел сделать адмирал.
Пораженный ужасом, он наблюдал, как небольшая ракета, выпущенная с палубы танкера, поразила первый вертолет, вспоров его с такой же легкостью, как консервный нож банку. Развалившись на куски, охваченная пламенем машина упала в воду. Через несколько секунд на поверхности осталось несколько обломков, от которых к покрытому тучами небу вздымался столб дыма.
50
Канаи окинул равнодушным взглядом жалкие обломки полицейского вертолета, отброшенные в сторону форштевнем «Монгольского воина». Он не испытывал чувства вины или угрызений совести, лишив жизни дюжину человек меньше чем за десять секунд. Атака вертолета стала для него лишь досадной помехой, мелким неудобством на пути реализации его планов.
Еще меньше беспокоила его флотилия катеров береговой охраны, окруживших танкер со всех сторон. Он чувствовал себя в полной безопасности, прекрасно понимая, что ее командующий никогда не отдаст приказ открыть огонь на поражение, разве что в случае буйного помешательства или профессиональной непригодности. Если хоть один снаряд попадет в резервуар со сжиженным газом и вызовет взрыв, все живое вокруг в радиусе пары миль будет мгновенно уничтожено, включая пассажиров автомобилей, двигающихся по мосту.
Он бросил взгляд на мост, один из крупнейших в мире. Танкер уже настолько приблизился к нему, что можно было различить шум автомобильных двигателей. С недоброй усмешкой на губах он наблюдал, как пилоты трех оставшихся вертолетов отвели свои машины подальше от танкера, осознав тщетность попыток высадить на палубу команды спецназа. Он обратил внимание на два больших катера береговой охраны, подходящие к танкеру с двух сторон. Их намерения были ясны для него, но их орудия при всем желании не могли нанести серьезного ущерба судну.
«Теперь настала моя очередь позабавиться», — подумал он с мрачным удовлетворением. Но прежде чем он успел отдать приказ выпустить ракеты по приближающимся катерам, те первыми открыли огонь из двадцатипятимиллиметровых орудий. Заходящий с носа катер обстрелял капитанский мостик и рубку управления, второй, атаковавший с кормы, принялся всаживать снаряд за снарядом в корпус у самой ватерлинии, пытаясь поразить машинное отделение. Комендоры орудий на обоих катерах внимательно следили за тем, чтобы их снаряды ложились подальше от гигантских резервуаров с газом, находившихся на верхней палубе.
Самому Канаи пришлось спасаться бегством, когда один из снарядов попал в капитанский мостик, частично разрушив контрольную консоль. Стоявший за штурвалом наемник был убит на месте, еще один получил смертельное ранение. Добравшись ползком до телефонного аппарата, Канаи скомандовал:
— Ракетами класса «земля — земля» по катерам. Пуск!
Лежа на полу капитанского мостика, он осторожно выглянул сквозь разбитое ветровое стекло, чтобы оценить ситуацию. «Монгольский воин» находился на расстоянии меньше мили от моста. Но и повреждения были значительнее, чем он рассчитывал. Разбитая компьютерная консоль сделала невозможной подачу автоматического сигнала в рулевую рубку. Канаи снова потянулся к телефонному аппарату и вызвал машинное отделение.
— Доложите обстановку, — распорядился он.
Главный механик, служивший раньше на военных кораблях, проводивших секретные операции, отозвался немедленно:
— Поврежден один генератор, но двигатели в порядке. Один человек убит, еще один тяжело ранен. Бронебойные снаряды пробивают обшивку, но при этом теряют ударную силу, так что оборудование почти не пострадало.
Канаи уже успел заметить, что танкер слегка отклонился от курса.
— У нас проблемы, чиф. Система автоматического управления накрылась, — в свою очередь сообщил он. — Переходите на ручное. Вернитесь на курс три — пять — пять, или мы врежемся в опору моста. Так держать, пока я не отдам новый приказ.
Он спустился с капитанского мостика и увидел еще одного из своих людей. Наклонившись над поручнями, он практически в упор расстреливал из ручного ракетомета носовую часть «Тимоти Ферма». Первый ракетный снаряд насквозь прошил тонкую палубу и корпус, взорвавшись уже в воде. Второй оказался более удачным: поразил фальшборт и скосил людей, возившихся у орудия. Куски металла и ошметки человеческой плоти закружились в воздухе, как обгоревшие листья. Ракета, выпущенная с противоположного борта, попала в палубные надстройки «Уильяма Ши», взметнув в небо тучу обломков и густого черного дыма. Но расчет орудия в носовой части катера, обстреливающий машинное отделение, не пострадал.
