░̷͍͕̥͔̩͖͇̟̙̮͎͉̹͕̤͋̀͋͐̈́̄̈́̀́͑̚̕̕Л̶̢̨̢͕̬̭͔̗̬̜͖͚̤̳͖͋͒̄̿̀̒́͂̀̀͌̚͠͝█⌧̶̮̹̏̈̏͒́̏͆͗̂̋̌̈̂̐░̵̢͍͍̟͓̮͎̻̘͓̳͕̝̤́̒͒̉͂̀̌͊̂̉͛̕̕͜
По ушам вдруг ударил писк и все звуки исчезли. Я почувствовал дикую головную боль и пошатнулся, с трудом удерживаясь на ногах.
Губы старика продолжали шевелиться, только теперь неестественно медленно. Я вскрикнул, инстинктивно схватился за уши и упал на каменный пол, чтобы заново начать вспоминать, как дышать.
Рядом примерно в том же состоянии были все мои спутники, одна лишь Фил удивлённо смотрела на нас, неуверенно вынув арбалет, но не понимая, кого нужно атаковать и что вообще происходит.
В голове по кругу бегала мысль — главное, не забывай дышать.
Перед глазами пробежало несколько строчек с иероглифами, а из ушей потекла кровь. Я несколько раз подряд скастовал регенерацию, но звон в ушах и полное отсутствие любых иных звуков никуда не исчезли. Следующим я попробовал облачную чистоту и касание Дафны. Подействовало только последнее, убрав разрывавшую голову боль.
Только после этого я осознал, что валяюсь на полу в окружении своих товарищей, пребывавших не в лучшем состоянии. Рядом был староста, рослый детина-охранник и новый персонаж, коего я раньше еще не встречал — облаченный в белую мантию мужчина лет пятидесяти в аккуратных круглых очках и с бородкой.
Образ сельского фельдшера въелся в него намертво, так что даже слово силы не понадобилось, чтобы распознать местного мага-целителя.
— С тобой все в порядке? — донесся голос Фил, словно бы откуда-то издали. Звон никуда не девался, но я хотя бы перестал чувствовать боль и мог разобрать речь.
Я для отмашки покивал, но никого это ни в чем не убедило. Перед глазами все еще мелькали красные буквы, расплывшиеся в нечитаемые иероглифы, которые затем спрятались красными квадратами в самых темных местах видимого пространства.
Впервые я по-настоящему усомнился в реальности мира вокруг себя. Всё вокруг на миг стало пиксельным, и теперь медленно собиралось обратно в реальные очертания предметов. Но похоже, видел это всё только я и мои спутники.
Кроме Фил.
Накинув на соратников касание, я несколько раз для всех прочитал молитву Покоя. Услышав ее, староста снова расслабился. Случившееся явно ему не понравилось, но готов поставить свой легендарный посох, что нам это понравилось еще меньше.
— Ты же служитель Нефтис, верно? — спросил старик, делая упор на имя моего павшего покровителя.
— Да прибудет с нами вечно Её Покой, — ответил я, еще не понимая, к чему он клонит. Но если его это успокоит, можно еще добавить, — А мой друг, — я указал на Терми. — пилигрим Тишины Тефнут.
— Тогда почему при имени… — начал было старик, но его тут же прервал Алиот.
— НЕ СМЕЙ! — закричал вампир, хватаясь за меч.
Буквально секунда понадобилась для того, чтобы Лита оказалась рядом с главой поселения, касаясь ножом его горла.
И еще одна секунда, чтобы у горла самой Литы оказался клинок Грейси.
— Ты не будешь угрожать безоружным мирным жителям, — отчеканил он каждое слово, словно вместе с ними наносил тяжелые удары мечом.
Сколько времени потребуется на оценку обстановки и вмешательство охраннику или врачу из деревенских, я предпочел бы не проверять. К счастью, взяв себя в руки, Алиот продолжил, уже заметно спокойнее:
— Давайте пока что обойдемся без этого имени, если вы не хотите спровоцировать конфликт. Не забывайте, что наши люди уже находятся в городе.
— Вы нам угрожаете? — спросил староста, потирая шею.
— Мы пришли с миром, и с миром завтра уйдем, — что-то подтолкнуло меня вновь взять инициативу переговоров в свои руки, хотя общение никогда не было моим лучшим навыком. — И мы никому не хотим причинить вред. Однако я думаю, нам есть что обсудить. О каком последнем событии во внешнем мире вам известно?
Алиот недоуменно посмотрел на меня, а Терми приготовился слушать. Лита нехотя сделала шаг назад и спрятала оружие, после чего, то же самое сделал и Грейси. Лишь на лице Фил появилась улыбка. Будь на её месте кто-то другой, я бы уже заподозрил её в чём-то недобром, но я достаточно успел изучить фрезию, чтобы понять — она действительно наслаждается любой странностью, с которой встречается.
— Мм.. — старик неопределенно посмотрел на своих помощников. Врач пожал плечами, а вот громила порадовал.
— Мать моего деда рассказывала мне о нашествии пришельцев из другой вселенной. — выдал он.
— Вроде как во время похода караванщиков, ну тех, что видел мой прадед, говорил что-то об этом… — припомнил и староста.
О таких событиях я не знал и вопросительно посмотрел на своих соратников.
— Ты говоришь о пленниках мира-темницы? — уточнил Нирал.
— Не знаю, как зовется их мир, но они сами звали себя вантюристами.
Авантюристы? До боли знакомое слово — именно так своих сородичей звала Филин. А значит, эти люди говорят о событиях еще до наступления золотого века древних сорами. Но как такое возможно? Даже если эти события застал их прадед, то это все равно слишком короткий срок. Ведь с тех прошёл не один десяток тысяч лет! Сколько лет живут местные полукровки?
— Да, он говорит о них, — подсказал я замешкавшемуся магу. Видимо, это название пришельцев он не знал.
— А тебе известно о том, что младшая дочь Смерти заставила одного из них нести смерть в своём родном мире? — спросил Нирал. — За это наш мир был отрезан от иномирья десятки тысяч лет назад.
К этому магу у меня тоже будет очень много вопросов. Откуда он сколько всего знает? То есть, наверняка в городе полно источников информации, доступных опытному волшебнику, но..
— Известно, что вантюриста незя убить, — заметил охранник.
— Но ей удалось заставить их самих убивать друг друга в их родном мире, — продолжил Нирал. -Потому высшие божественные силы, благоволящие пришельцам, и запечатали наш мир. А имя, которое вы по неосторожности назвали, забыто и стёрто.
— Слово, что вы произнесли вызывает боль у самого Мельхиора, — добавил я.
— …
Ответом стала мрачная тишина. Я краем глаза осмотрел своих спутников — все выглядели неважно, и кровь из ушей пошла не только у меня. Лишь Фил улыбалась всё шире и шире, словно осознав какую-то великую истину. Глаза её заблестели, а пустотная эмпатия выдавала смятение, радость и.. превосходство?
Разумных в помещении собралось больше, чем было рассчитано строителем довольно просторной по меркам местных хижины старосты. Поселение вообще мало напоминало архитектурой классическое село, потому я и старался избегать этого слова. Все дома
