Главное, морда шахида в относительной целости. А мне большего и не надо.
С этим все. Для порядка осматриваю фургон и, не найдя ничего ценного, вылезаю на свежий воздух.
На улице моего выхода ждут двое бывших рабов и большой, пропитанный кровью кусок брезента, приспособленный под носилки.
Вот ведь, одежда впитала трупный запах. А он въедливый, зараза, проще вещи выкинуть, чем отстирывать.
- Капитан, снимите тело, - киваю на растянутый между двумя столбами труп раба. - За что его?
- Пытался бежать. Парня подстрелили, а труп повесили для устрашения.
- Похороните его достойно, он спас ваши жизни.
Капитан кивает.
- Ты и ты, начинайте готовить обед на всех. Ты и ты, на ревизию контейнера-склада. Грета, пригляди за ними, - девушка понятливо кивает. - Родители, взяли своих чад и повели их мыться на озеро, - жертвую на помывку кусок мыла из своих запасов, еще кусок добавляет Грета. - Вы трое, и еще ты, и ты, навести порядок в лагере, кровь присыпать, негритянские потроха закопать. Кто там не согласен!? Нет несогласных, то-то.
Хаотичное движение в лагере постепенно обретает осмысленные формы.
- Тебе копировальный аппарат не нужен?
- Что......? Какой, нафиг, копировальный аппарат?
Кому тут нужен копир? Нужны патроны и лопаты, бензин и гвозди. А копир, вот уж последнее, что нужно.
- Да откуда я знаю, какой. Большой, на коробке "Canon" написано.
Ладно, сейчас глянем, что за копир.
Отодрав скотч, заглядываю в коробку.
Н-дэ, солидный аппарат, по весне в контору купили два похожих, но те попроще были. И главное, новый - муха не сидела. В комплекте с копиром имелся запасной барабан и солидный запас тонера.
Со знанием дела люди комплектовались.
Возьму себе агрегат, тут он точно не нужен. А вот, когда я приеду к русским, найду на него покупателей. Там, где производство и армия, всегда наблюдается повышенный документооборот.
- А больше ничего нет? Компьютер или еще какая оргтехника?
Девушка отрицательно качает головой.
Похоже, негры тянули хабар совершенно бессистемно.
- Что дальше? Сэр.
- Не так капитан, совсем не так. Что делать? И кто виноват? Вот извечные вопросы, - поворачиваюсь к капитану.
О! Да тут целая делегация.
Стало быть, дозрели до обсуждения по-настоящему серьезных вопросов.
- А дальше, вы все напишите сочинение на тему "Как я провел лето". В двух экземплярах, с указанием фамилии, имени, позывного или псевдонима, номера Ай-Ди и прочих личных данных. Я ваши сочинения к фотографиям приобщу.
Что значит зачем? Товарищи - освобожденные рабы, вы свои Ай-Ди восстанавливать собираетесь? Или статус бомжей для вас уже привычен? У вас, что в банке Ордена денег нет? То-то. Считайте, что я готовлю законодательную базу этого процесса.
Со скрипом, ручек и карандашей хватило едва на треть "писателей", но процесс пошел.
- Грета, солнышко, морды лица "писателей" отщёлкай. Подколем к "сочинениям". Кассета кончается? Беда-беда. Тогда укладывай "писателей" крестом на землю, головами в центр креста и фотографируй по четыре человека за раз. Потом фотографию на четыре части порежем.
По секрету (только вы, уважаемые читатели, никому не говорите) признаюсь - я цинично вру о восстановлении Ай-Ди.
Если свидетельские показания бывших рабов помогут им в деле восстановления Ай-Ди - прекрасно.
Не помогут - их трудности.
Моя задача иметь на руках максимальную доказательную базу того, что трупы на фото принадлежат именно неисправимым нарушителям закона, за которых Орден платит премии.
Онли бизнес и ничего личного.
Второй важный вопрос, который я задал представителям освобожденной от оков рабства общественности. Остаются они здесь или пытаются добраться до мест более обетованных?
- Что, все уедут? - я в шоке, честно.
Кроме отставного морпеха, высокой женщины с ребёнком, пожилого мужчины и его жены - той, которая молилась, когда кончали негров, все решили ехать.
Вот молодцы!
Н-да.
Ненавязчиво интересуюсь у "молодцов".
Где?
Как?
И главное, на какие средства они собираются пережить сезон дождей?
"Молодцы" задумались. Крепко задумались. Думать - вообще полезно.
- Сэр, вы оставите нам стволы? - раздобыв где-то бритву, морпех уже привел внешний вид в относительный порядок. Чувствуется в человеке стержень.
Я молчу, выразительно молчу, ожидая продолжения.
- Сэр, я бы хотел получить назад свой М14.
- Кэп, ждешь неприятностей?
- Более того, я на них очень рассчитываю. Надеюсь поквитаться за мою старушку.
Стало быть, его "старушка" не пережила прелестей рабства.
- Вряд ли ушедшая часть банды появится.
Морпех согласно кивает, но говорит совсем друго: - И всё-таки я обожду их тут.
- Винтовки и все гладкоствольное ваше.
- Спасибо, сэр, - морпех тут же начинает суетиться вокруг оружия и пересчитывать оставшиеся патроны.
Морпех еще не успел облапать вожделенную М14, а на его месте уже стоят пожилой мужик с женой. И через Грету - переводчицу интересуются, что же им - бедолагам все-таки делать?
- Я вам что, Мать Тереза? У вас работы на три пятилетки вперед. Через день-два, максимум три такой дождина вольет, что у гражданина Ноя никаких шансов. Если не хотите отращивать жабры, переставляйте палатки выше по склону и обкапывайте все ценное и не очень водоотводными каналами. Проведите ревизию продовольствия и имущества, - на звук политинформации подтянулся увешанный винтовками морпех. Инициативный товарищ, а инициатива наказуема. - Оборудуйте на скальном гребне наблюдательные и огневые точки, перегородите нормально проход, лучше всего каменным валом. А то там какие-то горе-рогатки стояли, я их "Татрой" посшибал. И вообще, данной мне властью назначаю тут главным капитана Бейкера.
Не ожидавший такого подвоха, морпех ошалело вытаращился на меня, но строевую стойку принял чисто на рефлексах.
- Действуйте, капитан!
Мужик замялся, но "подчинённые" так выразительно уставились на новоиспечённое начальство, что морпех таки из себя выдавил набившее оскомину: - Есть, сэр!
Вот и чудно. Единоначалие то, что доктор прописал, для борющегося за выживание коллектива. Кроме отставного капитана годных кандидатов на роль лидера я не увидел.
А мне здесь больше делать нечего.
