торговаться! Откажешься от моего
предложения, и мои легионы превратят твои поселения в пепел. Твой народ
будет порабощен или уничтожен, вплоть до стариков и младенцев. В этом я
клянусь перед Марсом и Юпитером.
С трепетом на нервах Тулл наблюдал, как переводчик играет свою
роль.
Плечи Малловенда опустились. — Хорошо. Я согласен.
Выражение лица Германика стало торжествующим. Сердце Тулла пело.
После всех ужасов, через которые он прошел, орел Восемнадцатого должен
был вернуться на свое законное место.
— Штандарт спрятан неподалеку отсюда, — сказал Малловенд.
— Он охраняется? — спросил Германик.
— Десять воинов и жрец.
Туллу хотелось кричать от восторга.
230
Ястребиный взгляд Германика переместился на Тулла. — Я думаю, ты
должен возглавить эту вылазку. Ты согласен?
Тулл вытянулся. — Я никогда в жизни не хотел ничего большего, господин.
Глава XXXVIII
Чуть более чем в двух милях от них Арминий все еще находился в
своем укрытии недалеко от поселения Малловенда. Он провел ночь, обдумывая способы заставить вождя марсов раскрыть местонахождение
орла, но отбрасывал их один за другим. Штурм длинного дома Малловенда
всеми его силами был наиболее успешным вариантом. Его воины выиграли
бы битву, но многие погибли бы, и Малловенд тоже мог быть убит, унеся с
собой свою тайну.
Ничего не оставалось делать, как вернуться домой, с горечью решил
Арминий. Возможно, осенью и зимой можно будет заключить союз с
хавками. Это была слабая надежда – о чем он думал, когда казнил их
посланника? – но больше цепляться было не за что. Свернув одеяло, сняв
палатку, проверив оружие, Арминий оглядел поляну. — Готовы?
Его воины пробормотали в знак согласия.
— Мы разделимся, как и раньше. Малловенд сказал, что войска
Германика расположились лагерем к югу от его поселения, так что сначала
идите на север. Место нашей встречи сегодня вечером… — Арминий
склонил голову набок. Кто-то приближался к их позиции, производя много
шума. Римляне? Воины марсов? Не было никакого способа узнать. —
Рассредоточьтесь! Атакуйте по моему сигналу, — приказал он, убираясь в
кусты. В мгновение ока его люди образовали смертоносный круг над
поляной.
Напряжение витало в воздухе, когда нарушитель приблизился. В
голове Арминия крутились предположения. Был ли это трюк, чтобы отвлечь
их внимание, пока другие враги окружают их? Мог ли Малловенд
передумать?
Замешательство Арминия возросло, когда появился незнакомый ему
безоружный воин с поднятыми руками в универсальном жесте мира. В
расцвете сил, черноволосый, коренастый, воин был одет в простую
коричневую тунику и штаны с рисунком. — Я ищу Арминия из херусков, —
позвал он
— Кто ты? — крикнул Арминий.
— Меня зовут Дегмар. У меня срочные новости.
— Тебя прислал Малловенд?
Воин покачал головой. — Он понятия не имеет, что я здесь.
231
Сомнения Арминия остались. — Ты один?
— Да. — Дегмар повернулся на его голос. — Арминий?
Арминий вышел на поляну.
— Рад встрече. — Дегмар почтительно склонил голову.
— Зачем ты здесь? — спросил Арминий, все еще с подозрением.
— Не все марсы согласны с тем, что подчиниться римскому игу –
лучшая идея. — Глаза Дегмара были полны гнева. — Некоторые из нас хотят
продолжать сражаться, вести войну из лесов. Малловенду это не нужно. Ты
сделан из другого теста.
— Ты хочешь присоединиться к нам? — спросил Арминий, думая:
«Один воин ничего не изменит в моей судьбе».
— Частично.
Раздражение Арминия вспыхнуло. — Хватит тратить мое время.
— Я знаю, где спрятан орел.
— Как?
Дегмар улыбнулся. — Однажды ночью я последовал за некоторыми из
воинов, выбранных охранять его. — Он сделал паузу. — Говорят, ты хочешь, с помощью орла сплотить племена, чтобы продолжить борьбу против Рима.
Это правда?
— До моего последнего вздоха, — поклялся Арминий. — Наличие орла
доказывает людям, что римские легионы можно победить – можно стереть с
лица земли.
Дегмар удовлетворенно кивнул. — Нам лучше двигаться быстро.
Первая возможность, уйти незамеченным у меня появилась, когда Малловенд
выехал на встречу с Германиком почти час назад. Только боги знают, на что
он согласился с тех пор.
— Веди нас туда! — воскликнул Арминий. — Мы не можем терять
время.
Глава XXXIX
Тулл был глубоко в лесу, пробираясь по узкой заросшей тропе. В
просветах между деревьями рос кустарник ежевики, ограничивая обзор, но, по его расчетам, они прошли по крайней мере две из трех миль, описанных
Малловендом. Пятнистый солнечный свет просачивался
