вынуждены принять этот статус. Шива уверил их, что, признав его своим властелином, они освободятся от оков (паша), привязывающих их к объектам желаний. Развратить демонов так, чтобы оправдать их сожжение, было актом реабилитации Шивы, ибо демоны, даже будучи врагами богов, оставались его преданными. Боги, с другой стороны, ради которых Шива собирался разрушить Трипуру, подобно человеческим существам и всем, кто сотворен, жили в своем естественном, врожденном состоянии, которое они принимали как само собой разумеющееся. Шива заставил их увидеть себя как животных, и, превратив их таким образом в животных (пашу), он один мог освободить их и стать их Властелином, Пашупати-Шивой, владыкой чувствующих созданий. Соблюдая Пашупата врату, все боги стали созданиями Господа. Шива развязывает путы (паша) каждого пашу, каждого индивида 184. В то время, когда Шива принял решение разрушить Трипуру, Парвати привлекла внимание Шивы к Картикейе, и Шива попросил его станцевать. Вместе с ним пустились в пляс предводители ганов, а также вся Вселенная185. Стоя в своей колеснице, Шива бросил взгляд на три города. Они мгновенно были обращены в пепел. Боги сказали, что, хотя города были сожжены взглядом, Шиве придется выпустить стрелу ради их блага. Шива рассмеялся и выпустил стрелу186.
Действительно, зачем было Шиве, способному разрушить весь Универсум своим сознанием, ради сожжения Трипуры всходить на колесницу в сопровождении всех своих ганов? Это было всего лишь игрой (лила). Какую еще пользу он мог извлечь из этого детально разработанного спектакля?187
Начиная с вхождения Огня в железную, серебряную и золотую цитадели асуров и заканчивая аллегорическими фантасмагориями пуран, огненная стрела Шивы часто фигурирует в мифе. Ее силой Рудра стал Пашупати, Владыкой Животных; животные принадлежали ему, в его власти было убить или уберечь их, покровительствовать им или даровать освобождение. Первым животным, оказавшимся во власти Рудры, стал сам Творец; в конце концов все создания стали животными Рудры. Он освобождал их от их животной природы, устранял их оковы; он был их спасителем. Признание и обозначение Рудры как Маха-девы, «Великого Бога» имело место, согласно Махабхарате, когда боги решили построить ему колесницу для завоевания Трипуры188.
С самого начала Дикий Стрелок, Охотник, был превращен во Владыку Животных самим Праджапати. И все же Рудра не был принят другими богами, пока они не признали его как Махадеву, которому они отдали половину своей энергии189, дабы он, вооруженный луком и стрелой, взошел на свою колесницу. Им пренебрегали, его унижали, отлучали от жертвоприношений. Вначале сам Творец, актуально или потенциально, стал его жертвенным животным, жертвой первой стрелы Рудры, выпущенной в творение. Стрела была направлена против акта порождения, пролития семени — субстанции из полноты Непроявленного.
XII
ПРИСУТСТВИЕ ШИВЫ
1. КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ
«О мое сокровище, сладчайший, красное пламя небесных сонмов, которое ярче всякого блеска, Воплощенный, мой род, моя плоть, сердце моей плоти, образ в моем сердце, всеодаряющее древо, мое око, зеница ока, образ в зенице ока, сохрани меня от ударов всемогущей кармы»1.
Так пел Шиве святой Аппар в VII веке. Святой видел образ Спасителя — пылающего, сияющего — в непосредственной близости, в себе самом, воплощенным в его собственном теле, в сердце и глазах.
Неистовый Бог, охотник и его огненная стрела пребывали до появления жизни. Прямо в зарождающееся будущее он выпустил свою стрелу, ее опаляющая сила проникала в глубину. Ее острый огненный наконечник установил начало жизни на земле в мире Рудры. Если бы явление бога в его мире не было столь грандиозным, Аппар не смог бы ощутить божество пульсирующим в его плоти, не смог бы лицезреть в языках пламени небесных сонмов этот образ, хранимый в его сердце и запечатленный в его глазах.
Мир Рудры начинается с полета его стрелы, точно направленной в Отца, Создателя, занятого произведением потомства. Творец испустил семя, и часть его упала на землю. Семя содержало все формы жизни: это была могучая субстанция, приготовленная Агни-Рудрой, никогда ранее не проливавшаяся. Она содержалась в Отце, прежде чем оказалась возбужденной видом дочери, единосущной с Отцом, и как раз тогда гипостазированной им. Ее отделение побудило Праджапати, Господа Порождения, искать соития с ней; Творец внезапно схватил ее и соединился с ней, как это делают тварные существа. Он действовал как животное и в облике животного, антилопы. Когда семя Творца падало, боги создали из него brahman (слово силы) и придали ему форму Вастошпати. Семя упало в творение. Прежде таинственная субстанция семени содержалась в Непроявленном — состоянии трансцендентном и предшествующем творению. Неповрежденное в своей полноте тотальной потенциальности, Непроявленное было плеромой, полнотой, метафизической, трансцендентной, невыразимой в словах, предваряющей и превосходящей существование и деятельность, в которой берет свое начало миф. Непроявленное имело своих стражей, знавших эту необусловленную высшую тайну.
Праджапати, Господь Порождения, был готов испустить семя, когда был настигнут стрелой Рудры. Только акт насилия мог предотвратить нарушение Непроявленного. Пламенея, Рудра выпустил стрелу. Он был Огнем, который подготовил семя — нагрел его так, что Праджапати, не вынеся жара, позволил ему излиться на землю.
Рудра-Агни, амбивалентный в своей двойной атаке на Отца, был уверен в своей жертве, которую он взволновал, возбудил и захватил во время действия. Рудра был свирепым охотником, огнем творения как акта и огнем в творении грядущем. Пылающий, он занял положение на границе
Несотворенного, за которую не может проникнуть разум. Оттуда он послал свою стрелу. Она летела на первой заре жизни и поразила свою цель. Стрела, посланная в Отца, когда тот обнимал дочь, настигла его в момент соития, и часть семени пролилась на землю.
Рудра, хранитель Непроявленного, Огонь, причина творения; свирепый Лучник, своим первым деянием породивший время. Без этого не может иметь место действие, как не может существовать и само «место». Стрела, на долю мгновения запоздав, не смогла разделить чету прежде, чем было пролито семя. Субстанция Несотворенного излилась в творение.
Вызвав возбуждение Праджапати, Рудра прервал сношение. Рудра-Огонь способствовал тому самому, что намеревался предотвратить Неистовый Бог. Как Агни, он стоял на границе Непроявленного; его пламя, распространяющееся во все стороны, нагрело семя Отца. Как Рудра, он, по эту сторону границы, целился в производящего потомство Отца. Праджапати был обращен в сторону проявления, Рудра был обращен к Непроявленному, чьим стражем и представителем он был и чью целостность Время помешало ему сохранить. Рудра поразил творца-прародителя, пронзив стрелой его гениталии. Он «убил» Отца, но лишь для того, чтобы возродить, или он пощадил его жизнь.
Рудра, страж Непроявленного и мститель за утрату целостности, выступил антагонистом
