фантазия о черепах Сканда-пураны2^, где умножение черепов привело к отлучению Шивы от жертвоприношений, к которым допущен он был впоследствии весьма неохотно.
Вышеупомянутым искажением миф Бхайравы был обязан частичному и узкому взгляду. В другом мифе несколько версий взаимоотношений пятых голов Брахмы и Шивы можно расположить в круг, но не полный25. Круг, однако, замыкается, когда еще в одном мифе антилопа, бывшая жертвой Рудры изначальным утром, воспевается как сам Шива: «Поклонение Богу в форме оленя (антилопы), повелителю оленей»26. Этот панегирик Пашупати-Шиве далее восхваляет бога, имеющего форму животного (пашу), разрушающего оковы (паша) майи, связывающие пашу и играющего с пашу. Панегирик Шиве-антилопе заканчивается поклонением Господу, который принял форму животного и бродил с Праматхами по священному лесу: «Поклонение
Теофания (греч. Oeocpaveia) — богоявление. — Прим. пер.
Богу, который есть семя спасения мира»27. Антилопа, животная форма Праджапати, стала животной (пашу) формой Шивы и тварного существа (пашу).
Пашу, существо, освобожденное от оков (паша), более не знает себя отдельно от Шивы, а пашу, пойманный миром и его богатствами, не может осознать, что Шива находится в нем. Царь Чандрашекхара и его царица Таравати были Шивой и Парвати, не осознающими себя и друг друга. Только пережив великое потрясение, они осознали свою божестсвенность — и то на мгновение, — а затем вернулись к повседневному сознанию, свойственному смертным28.
Шива и Парвати живут в каждом существе. Шива рождается вновь и вновь в каждом ребенке. Когда Шучишма-ти, жена мудреца, пожелала сына, подобного Махешваре, и ее муж с этим желанием в сердце поклонялся Вирешва-ралингаму в Варанаси, над лингамом появился мальчик, и Шива исполнил желание мудреца и его супруги. Сам Шива, приняв имя Грихапати, «господина дома», родился в семье Шучишмати. Легенда, рассказанная в Сканда-пу-ране, представлена в Восточной Индии X века во множестве изображений, на которых дитя лежит в изящной кроватке возле прекрасной матери. Правая рука ребенка поднята в жесте, дарующем безопасность29.
Шива был рожден женой брахмана, приняв имя Грихапати, господина дома. Это было его собственное имя, так как боги вначале задумали и сформировали его как Ва-стошпати, Бога Жилища. Грихапати, дитя, воплощение Шивы, мог повторить слова из гимна, приписываемого Шанкаре: «Мое истинное Я есть ты... мои вдохи и выдохи — твои слуги, мое тело — твой дом»30. Тело как дом Бога — это микрокосмический эквивалент васту. Вастошпати, господин васту, — это форма, приданная в Раудра-брахмане чудесному архетипическому произведению богов. Искусство в мире людей рассматривается как подражание ему31.
Шива присутствует в мире человека. Пашупати, Повелитель животных, освобождает от оков «животное» — духовно невозрожденного человека, связанного своим эго и своими страстями, а также освобождает этого человека, «социальное животное», от оков условностей. Рудра для Отца подготовил огненное семя творения, и именно он вживил это семя в человека как творческое начало, для создания произведений искусства, в подражание поразительным архетипическим произведениям богов.
Безымянный Бог изначальной сцены был диким охотником. Гимн Шатарудрия воздает хвалу Рудре, лучнику32, а также производителю стрел, горшечнику, кузнецу и рыбаку33, людям низкого социального положения, и тем, кто не имел никакого социального положения, разбойникам, ворам, мошенникам, а также собакам34. Шива мог явиться в образе нищего, бездомного аскета или также работника. В южноиндийской легенде повествуется об одной старой женщине, которой пандийский царь приказал починить плотину. Задача была ей не по силам. В своем горе она стала усердно молиться своему богу, Сундареше, «Прекрасному Господу», Шиве. Появился работник с корзиной и лопатой. Одним ударом лопаты он починил плотину. Это был Шива. Царь построил великолепный храм Господу Сундареше, который до наших дней почитается в Большом Храме в Мадуре, и в процессиях его изображение проносят в золотой корзине с золотой лопатой35.
С изначального рассвета поныне Шива присутствует в космосе. С того утра начало существовать время (Кала). Все, что произошло тогда, оставило свой отпечаток в небе. Рудра превзошел время как Махакала, он стал Бхайра-вой в своем прорыве от Времени к Вневременное™. Если Шиву, обладателя тысячи и более имен и форм, звать одним из этих имен, он необходимо оказывается также и противоположностью, жестокий милостивый Бог. Он превосходит границы ума, способного мыслить не иначе как парами оппозиций. Все оппозиции принадлежат Шиве в проявлении и даже выше, ибо он заключает в себе высшую пару: проявление и Непроявленное. Он их Сознание.
Великий Бог несет в себе сознание Непроявленного, Абсолюта. В медитации, когда он уходит внутрь себя, он возвращается в Непроявленное. Открывая свои глаза «солнца и луны», он видит себя во всякой существующей вещи. Он Аштамурти, само Бытие. Шива Аштамурти есть Бытие. Шива, Великий Йог, — это сознание Существования и Непроявленного.
2. ВИШНУ И ШИВА
В то время как Брахма оказывается неотъемлемой частью мифа Рудры, роль Вишну — вспомогательная и второстепенная. Вишну занимает левую половину образа Шивы, называемого Харихара, идеей напоминающего образ Ардха-наришвары. Однако этот объединяющий образ превзойден, когда говорится, что Шива — это Вишну, а Вишну — это Шива36.
Миф повествует об этом определенно, как в истории состязания Арджуны с Киратой, диким охотником37. В образе Кираты, дикого охотника, скрывался неузнанный Арджуной Шива. Арджуна, который держал себя геройски, после яростного сражения был повержен наземь и потерял сознание38. Удовлетворенный доблестью Арджуны, Шива открыл себя своему почитателю39. После устроенной Арджуне проверки, в которой тот проявил себя достойно, Шива одарил его оружием «Пашупата» . Затем Арджуна созерцал Шиву во славе как Причину всех причин и восхвалил Махадеву: «Поклонение Шиве в облике Вишну и Вишну в облике Шивы, Разрушителю жертвоприношения Дакши, Харирудре!»40
В противоположном духе миф о Шиве как Шарабхе41 повествует о Вишну в его воплощении человекольвом (На-расимха). Нарасимха распотрошил демона Хиранья-ка-шипу, «Золотые Одежды», который не только потревожил богов, но и ненавидел собственного сына, Прахладу, преданного Вишну. Убийство демона не утолило ярости На-расимхи42. Он грозил уничтожить вселенную43, считая себя Калой (Kala) — смертью, причиной ее разрушения44. Шива, аспектом которого является Махакала (Mahakala), Смерть смерти45, в образе четырехногой птицы запустил свои когти в Нарасимху и поднял его в воздух. Человеколев потерял свою силу, и Шива-Вирабхадра положил конец его жизни46. Вирабхадра содрал шкуру с человекольва, и с тех пор Шива носил ее47. Такого рода мифы и их образы говорят не столько о Шиве, сколько о симпатиях и антипатиях его последователей и их борьбе за власть. Иконография наделяла Шарабху восемью лапами (четыре из которых подобны
